(с)нежный плен для зари - Анна Сиротина

— Стоять! Никто не тронет! Приказ! — Грубый голос громилы, которого я последним отправил в нокдаун, осадил попытавшихся вновь напасть. — Ты хороший воин, раз победил нас всех. И малявка твоя воин, уважаем. Видать не простых смертных занесло в степи. Моё имя Катхан! Это мой отряд. Зархан, Дарум, Отис, Арнак и Сарн. — Он по очереди представил людей. Последние имена говорил уже не зеленокожий лягух, а мужчина, чуть ниже меня ростом с длинными красными волосами, заплетенными во множество косичек. Остальные тоже приняли человеческую форму, по примеру своего предводителя. Все они были рыжеволосыми, обвешаны амулетами, на телах множество татуировок.

— Артём, моя невеста Зарина. — Зарина даже бровью не повела, от того, что назвал невестой. Хоть тут не спорит. Раскрывать наши цели и положение не собирался.

— Сарн, Арнак! Тащите Зархана вниз и грузите в повозку. — Тем временем распоряжался Катхан. — Малая, а ты опасная штучка. Повезло тебе Артём! Будьте нашими гостями. К тому же, вы пришли в благодатный час, сегодня большой праздник! До рассвета пурпурная луна будет дарить наслаждение!

В гостях

Мы очень быстро спустились к подножию, туда, где в тени редких деревьев паслись лошади и стояло несколько повозок. В одну из них погрузили бесчувственное тело орка. Она явно была не рассчитана на его размер в боевой форме, и ноги свисали. Выглядело это очень комично. Я приложила его основательно, не будет руки распускать. А то он так по-свойски хлопал меня по заду, будто я его собственность. От воспоминания про лапищу орка, которая оглаживала мои ягодицы, стало противно. Ничуть не пожалела о содеянном. Я понимаю, что насиловать меня бы не стали. Они считают ниже своего достоинства принуждать женщину силой. Только добровольное согласие. Но наглые приставания и тисканья мне были бы обеспечены. Ладно, придет в себя через день, причем мигрень ему обеспечена. Лошадей было восемь, все крупные и выносливые. Особая порода, гордость жителей степей. Две тащили повозки, а нам досталась принадлежащая Зархану. Мне, конечно, предложили поехать в повозке, но я наотрез отказалась. И сидя в седле впереди Артёма беззастенчиво развалилась на его груди. А что, сам невестой назвал. Если буду сторонится, выглядеть будет странно. Так что, пользуясь положением, находясь в кольце его рук я полностью расслабилась и доверила бразды правления ему. Стало вдруг интересно, а он хоть чего-нибудь не умеет? Вон как прекрасно держится в седле, аж завидно. Я подобным видом транспорта пользовалась впервые. И вообще, я больше механизмам доверяю чем животным. Но Артём правил умело, мы ехали бодрым шагом или медленным бегом. В общем, достаточно быстро. Катхан сказал, что прибудем на место за пару часов до заката и успеем привести себя в порядок и отдохнуть перед праздником.

Перед нами расстилалась бескрайняя степь до самого горизонта. Окрашенная в зеленые, желтые, оранжевые и красные цвета осени, она завораживала. Кругом стрекотали насекомые их звуки и шелест травы складывались в причудливую музыку. Запах луговых трав, нагретых солнцем, и поздних цветов приятно щекотал рецепторы. Я никогда прежде не была в степи и не думала, что мне так понравится. Что-то волшебное витало в воздухе. Я только на минуточку прикрыла глаза, а открыла их, когда мы подъезжали к мосту через широкую реку. За ней была… Нет, был! Город! Деревней, это огромное поселение, язык не поворачивается назвать. Единственное общее с деревней то, что дома были одно и двухэтажные. С двускатными заостренными крышами. Широкие улицы мощеные камнем, везде колодцы и небольшие фонтанчики. Кругом гомон многочисленной ребятни. Нам навстречу выбегали девушки, все рыженькие, с веснушками и удивительно миленькие. Они встречали отряд, кокетничали с мужчинами, с любопытством поглядывали на тело Зархана в повозке, и на нас. К своему неудовольствию, заметила, что девушки подмигивали и Артёму.

— Это кто же так Зархана приложил? — С неподдельным ужасом в глазах спрашивала совсем юная особа с двумя косичками и острым носиком.

— Зархан, пал жертвой своей любвеобильности и пристал не к той девушке, вот она и огрела его разрядом молнии. — При этом он многозначительно косился на меня. Девушки хихикали и уважительно смотрели в мою сторону.

— Давно пора, остудить его пыл. — Заливисто рассмеялась длинноногая красотка с роскошными формами и медовыми глазами. — А то, ни одна ему так и не смогла отказать.

— Ну, судя по всему, эту ночь Эла-Эль он пропустит, Оришка. Так что, считай, вы все ему отказали. А у остальных мужчин, с отсутствием главного ловеласа, появится больше шансов. — Катхан подмигнул девушке, и та залилась румянцем. Что-то мне подсказывало, оба брата пользовались одинаковым успехом у дам. И неизвестно кто больше. Мы выехали на большую площадь, и спешились около трехэтажного дома. На порог вышел огромный рыжеволосый мужчина в годах. За ним следовала женщина с белыми волосами. Катхан и его воины опустились на одно колено и склонили головы в приветственном жесте. Но тут же поднялись.

— Смотрю в наших землях завелись неучтенные гости. — Мужчина смотрел изучающе. А вот взгляд женщины наполнил меня первобытным ужасом. Белые глаза, словно выворачивали душу наизнанку.

Дела потом, главное обед по расписанию

— И каким ветром столь необычную пару занесло в наши степи?

— Именно ветром и занесло. — Тихонечко фыркнула рядом Зарина. Вокруг стало непривычно тихо. Ощущение такое, что кто-то резко выключил тумблер громкости. Вождь пристально посмотрел на нас, потом на стоящую рядом с ним женщину, явно шаманку. Она, едва уловимо кивнула, и начала спускаться по широкой лестнице. Отметил, что женщина невероятно красивая. Определить её возраст было затруднительно. С равным успехом ей можно было дать и двадцать пять и сто двадцать пять. А взгляд! Поймал себя на мысли, что неотрывно смотрю в, удивительного цвета, глаза. Белые! Не в прямом смысле этого слова, что сливались с белковой оболочкой и не имели зрачка. Нет, все они имели, даже серый ободок вокруг радужки и небольшие вкрапления. Но основная часть была белой. Это завораживало. Пока я изучал её глаза, она изучала меня, как амебу под микроскопом. Заглядывала в каждый уголок души. Буран нервничал, ему не нравилось столь пристальное внимание к его особе. А то, что шаманка дотянулась до тигра,