Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки - Вернэлия Хайд

Я сжала кулон, чувствуя, как он пылал.

— Мы с Рейном не дадим им шанса, — сказал он. — Но держи вилы наготове.

Глава 43

Этим вечером я возвращалась в комнату, когда заметила Селесту в тёмном коридоре, шепчущуюся с незнакомцем в плаще. Его аура — холодная, как тёмная магия — заставила кулон пылать, а волосы на затылке встали дыбом. Селеста взглянула на меня, её зелёные глаза сверкнули, и она ушла, оставив след тёмной магии. Я сжала кулаки, чувствуя, как магия двойняшек откликнулась — два огонька, готовых сражаться.

На следующий день магистр Лорен объявила, что Тёмный Круг (совет по защите империи) посетит академию. Рейн напрягся, его драконья магия бурлила, а Дариан, стоя рядом, сжал рукоять меча. Катрин и Мишель переглянулись, их магия готова к бою. Я знала: это не просто визит. Селеста готовила бурю, и я должна была быть готова.

Я проснулась оттого, что мой кулон тлел, как уголь, а магия двойняшек бурлила внутри, как два крошечных дракона, требующих зачарованных ягод с драконьим мёдом — в три часа ночи, естественно.

Беременность превратила меня в ходячий факел с настроением, скачущим от «поджечь всё к чёрту» до «рыдать над тусклым светильником». Я ворочалась в кровати, бормоча проклятья, пока Катрин, спящая на соседней койке, не пробурчала: «Аделин, если ты подожжёшь комнату, я зачарую тебя в жабу, и двойняшки будут квакать». Я фыркнула, но желание ягод не отпускало. Эти малыши явно унаследовали мой характер и аппетит Рейна к драконьим вкусностям.

Утром я сидела в столовой, сжимая кружку с травяным чаем, который пах лесом после дождя, но не спасал от тошноты. Зачарованные стены мерцали звёздами, а столы были завалены пирогами, от которых меня тошнило ещё больше. Мишель протянула мне зачарованный пирог с фениксовым пеплом, её рыжие кудри подпрыгивали, как искры, а глаза сверкали озорством.

— Пироманка, — хмыкнула она, — ты выглядишь, как дракон, которому наступили на хвост. Опять капризы? Что на этот раз?

Я закатила глаза, поджигая край салфетки, которая вспыхнула и рассыпалась пеплом.

— Отстань противная девочка — буркнула я. — Пока хватит драконьего мёда. И звёзд Катрин в форме драконов. Вчера я рыдала, потому что её светильники были «не того оттенка синего». Это нормально?

Катрин, сидя напротив, подавилась чаем, её звёздная магия вспыхнула, и звёзды на потолке закружились, как в вихре.

— Аделин, — сказала она, сдерживая смех, — ты серьёзно? Я могу зачаровать мёд, но звёзды в форме драконов? Это… — Она осеклась, заметив мой взгляд, и вздохнула. — Ладно, попробую.

Мишель расхохоталась, чуть не уронив поднос.

— Пироманка, ты неподражаема, — хихикнула она. — Скоро будешь требовать зачарованную корону для каждого малыша!

Я фыркнула, но вдруг почувствовала тепло в животе — двойняшки откликнулись, их магия вспыхнула, как два огонька, и искры закружились вокруг, чуть не поджигая стол. Я ахнула, прижимая руку к животу.

— Проклятье, — пробормотала я, — эти малыши уже командуют. Они хотят мёд. И, может, трон.

Катрин улыбнулась, её глаза смягчились, и она начертила в воздухе звёздный узор, который сложился в силуэт дракона.

— Они будут как ты, — сказала она. — Огонь и хаос. Мы защитим их.

Мишель хмыкнула, подмигнув.

— И как Рейн. Бедная империя.

Я рассмеялась, но тревога кольнула. Слухи о моём «позоре» затихли благодаря заклинанию Катрин и Кайрена, но Селеста не отступала. Я видела её вчера, шепчущуюся с незнакомцем и её ядовитая улыбка обещала бурю.

Глава 44

Днём я отправилась в сад академии, где зачарованные розы мерцали, как огоньки, а воздух был пропитан магией. Рейн нашёл меня там, сидящую на скамье, где я пыталась не поджечь цветы, бормоча о мёде. Его драконья аура витала вокруг, как дым, а голубые глаза были мрачнее обычного. Он выглядел как наследник — чёрный камзол, меч на поясе, но его плечи были напряжены.

— Василек, — сказал он, садясь рядом, — двор прислал письмо. Они требуют свадьбу. Немедленно. Чтобы легитимизировать двойняшек как наследников.

Я закатила глаза, теребя кулон, который пылал, как будто соглашаясь с моим раздражением.

— Свадьбу? — буркнула я. — Рейн, я едва справляюсь с этими… — Я махнула на живот, где двойняшки устроили магический танец, вызвав искры. — Они требуют мёд, звёзды.

Рейн улыбнулся, его рука накрыла мою, и его драконья магия сплелась с моей, как огонь с дымом, успокаивая.

— Ты не одна, — сказал он, его голос был тёплым, как очаг. — Дариан рвётся проверять охрану, Кайрен помогает Катрин с заклинаниями. А я… — Он замолчал, его глаза сияли. — Я хочу, чтобы ты была моей женой. Не ради двора, ради нас.

Я замерла, сердце ёкнуло. Его слова были как огонь, тёплый и опасный. Двойняшки откликнулись, искры танцевали, и я ахнула, чувствуя их магию. Но я буркнула:

— Не зазнавайся, дракон. И найди мне мёд. И зачарованные сапоги. Платья — отстой.

Рейн рассмеялся, обнимая меня, и сад вспыхнул искрами, как будто двойняшки одобряли. В этот момент появился Дариан, его кожаная куртка скрипнула, а ухмылка сияла, как у гоблина, укравшего эльфийское вино.

— Сестрёнка, — сказал он, подмигнув, — держи брата в узде. Но мёд? Серьёзно?

— Ха, — фыркнула я. — Дариан, не нарывайся.

Мишель, появившаяся из-за куста с розами.

— Дариан, — сказала она, прищурившись, — если Аделин подожжёт твои волосы, я добавлю вихрь. Хочешь потанцевать?

Дариан поднял бровь, его драконья магия вспыхнула, и он шагнул ближе к Мишель, его ухмылка стала шире.

— Танцевать? — хмыкнул он. — Только если ты саставишь мне компанию, рыжая.

Мишель фыркнула, но её щёки порозовели, и она швырнула в него лепесток, который он поймал с ловкостью дракона. Я прищурилась, чувствуя искры между ними. Что за чертовщина?

— Эй, вы двое, — буркнула я, — флиртуйте где-нибудь ещё. Мне нужен мёд.

Рейн рассмеялся, обнимая меня крепче, и я почувствовала тепло — его, моё, двойняшек. Но тревога не отпускала: Тёмный Круг прибывал завтра, и Дариан упомянул слухи о связи Селесты с ними.

Вечером я пробиралась в библиотеку, чтобы найти свитки о защитных заклинаниях, когда услышала шёпот за зачарованной ширмой. Я притаилась, сжимая кулон, и увидела Селесту с Лизеттой. Её зелёные глаза сверкнули, когда она сказала: «Беременность Аделин — наш шанс. Велар будет доволен». Я ахнула, и магия двойняшек вспыхнула, выдав меня искрами. Селеста обернулась, её улыбка была ядовитой.

— Пироманка, — пропела она, её магия закружилась, как яд. — Подслушивать некрасиво.

Я шагнула вперёд, вызвав огненный шар, который осветил коридор.

— Похоже, тебе нужна новая причёска, рыжая, — прорычала я. —