Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки - Вернэлия Хайд

Дариан хмыкнул, скрестив руки.

— Сестрёнка, — сказал он, — ты держишь брата в узде. Но я проверил катакомбы — Селеста там что-то замышляет. И, чёрт, колыбель? Ты серьёзно?

Я фыркнула.

Рейн и Дариан расхохотались, а в этот момент из-за роз появилась Мишель, её ветряная магия взметнула лепестки, которые закружились вокруг Дариана. Он поймал её за руку, ухмыльнувшись.

— Рыжая, — сказал он, — твой ветер портит мою прическу. Хочешь потанцевать?

Мишель фыркнула, но её щёки порозовели, и она вызвала вихрь, который закружил его плащ, заставив Дариана отступить с притворным возмущением.

— Прическу? — хмыкнула она. — Твой меч мешает моему ветру, дракон.

Я прищурилась, замечая искры между ними, и шепнула Рейну:

— Кажется, твой брат нашёл свою бурю.

Рейн улыбнулся, обнимая меня крепче.

Вечером я вернулась в нашу с Катрин комнату. Девушка и Кайрен работали над украшениями для свадьбы. Катрин плела парящие звёзды, которые мерцали, как закат, а Кайрен добавлял эльфийский свет, создавая узоры, похожие на лунные тропы. Их магии сплетались, как танец, и я заметила, как его рука коснулась её, направляя звёздный узор. Катрин покраснела, её звёзды вспыхнули ярче, чуть не задев потолок, и она пробормотала:

— Кайрен, осторожнее.

Он улыбнулся, его зелёные глаза блестели, как изумруды.

Я закатила глаза, поддавшись капризам, и выпалила:

— Эй, звёздный дуэт, мне нужна зачарованная колыбель! С огненными узорами и драконьими крыльями! И пирог!

Катрин хихикнула, а Кайрен кивнул, его магия сплелась с её, создавая парящий силуэт колыбели, мерцающий звёздами и светом. Их пальцы почти коснулись, и я фыркнула:

Мишель, вошедшая с стопкой книг присвистнула

— Малявочки, — хихикнула она, — когда ж вы уже родиться. Ваша маменька скоро сведет всех сума.

В этот момент вошёл Дариан, и тут же закатил глаза.

— Мишель, — хмыкул дракон. — Вынужден согласится.

Я прищурилась, замечая, как их взгляды встретились.

Что-то мне подсказывало, что в скором времени мы сыграем еще одну свадебку, а возможно даже мне. Я перевела взгляд на эльфа и Кат мило воркующих на кровати.

Позже я отправилась в винный погреб, чтобы проверить запасы для свадьбы, ведомая капризом — мне вдруг захотелось зачарованного вина с эльфийской пыльцой. Погреб был тёмным, пропитанным магией, а бочки мерцали заклинаниями сохранности. Я заметила Селесту, склонившуюся над одной из бочек, её рыжие волосы сияли, как ядовитое пламя, а её магия — смесь яда и иллюзий — закружилась, как дым. Она подсыпала в бочку порошок, который заискрил тёмной магией, и я сжала кулаки, чувствуя, как кулон пылал.

— Свадьба будет… незабываемой.

Я шагнула вперёд, вызвав огненный шар, который осветил погреб, как факел.

— Похоже, тебе нужна новая причёска, рыжая, — прорычала я. — Что за зелье?

Селеста фыркнула, её магия окутала её, как тень, и она исчезла, оставив холодный след тёмной магии.

Глава 51

Я ворвалась в кабинет Рейна, как огненный вихрь, хотя моя магия теперь больше походила на тёмный дым, чем на пламя. Сердце колотилось, а кулон на шее тлел, как раскалённый уголь, обжигая кожу. Кабинет был пропитан драконьей магией Рейна: тёплой, как костёр, но с острой ноткой стали. Зачарованные светильники парили под потолком, отбрасывая мягкие тени на гобелены с вышитыми драконами, чьи глаза, казалось, следили за каждым моим движением. Рейн сидел за столом, его пальцы скользили по свитку с золотым гербом Империи Драконов — алый фон, пылающий дракон. Он поднял взгляд, и его голубые глаза, как два сапфира, поймали мой, заставив сердце пропустить удар.

Катрин и Мишель уже были здесь. Катрин, склонившись над книгой, плела звёздный узор в воздухе, её тёмные глаза сияли, как ночное небо. Мишель, с её вечно растрёпанными рыжими кудрями, сидела на подоконнике, лениво вызывая маленький вихрь, который крутил пылинки в воздухе. Дариан, как всегда, небрежно прислонился к стене. Кайрен стоял у окна, его серебристые волосы мерцали, как лунный свет, а эльфийская магия витала вокруг него, словно прохладный ветер. Все они обернулись ко мне, и я почувствовала, как их взгляды приковались к моему лицу — наверное, я выглядела, как дракон, готовый спалить деревню.

— Селеста отравила вино! — выпалила я, сжимая кулон так сильно, что он, кажется, врезался в ладонь. — Я видела её в погребе, эта рыжая змея сыпала туда какой-то порошок. Он заискрил тёмной магией, как ядовитый дым! Это для нашей свадьбы, Рейн!

Я шагнула ближе, чувствуя, как теневая магия бурлит в моих венах, готовая вырваться наружу. Она была чужой, не моей привычной огненной, но я уже научилась ею управлять — или, по крайней мере, притворяться, что управляю. Искры, чёрные, как ночь, срывались с моих пальцев, оставляя дымящиеся пятна на деревянном полу. Я поймала взгляд Рейна, и его драконья аура вспыхнула, окутывая меня теплом, как одеяло. Он встал, его широкие плечи напряглись, а глаза потемнели, как небо перед грозой. Его рука легла на моё плечо, и я невольно расслабилась, хотя внутри всё ещё кипела ярость.

— Ты уверена? — спросил он, его голос был твёрдым, как клинок, но в нём сквозила тревога. — Что за порошок? Опиши его.

Я покачала головой, пытаясь вспомнить детали. Погреб был тёмным, пропитанным запахом старого дерева и зачарованных бочек, а Селеста… Она сыпала что-то в бочку, и порошок заискрил, как тёмные звёзды, оставляя холодный след в воздухе.

— Не знаю, что это, — призналась я, чувствуя, как гнев снова накатывает. — Но точно не что-то хорошее. Она шепталась с Лизеттой, упомянула Велара. Они замышляют что-то против нас, Рейн. Против наших малышей! — Моя рука инстинктивно легла на живот, где двойняшки откликнулись вспышкой магии — тёплой, огненной, драконьей. Их сила была как два маленьких факела, и я знала: они чувствуют мою ярость.

Катрин ахнула, её звёздная магия вспыхнула ярче, и крошечные звёзды закружились над её головой, как созвездия, готовые упасть. Она шагнула к столу, её тёмные глаза сузились, а пальцы замерли над книгой.

— Тёмная магия в вине? — сказала она, её голос дрожал, но в нём чувствовалась стальная решимость. — Это может быть иллюзорный яд. Такие зелья искажают восприятие, заставляют видеть друзей врагами. Или хуже — они могут ослабить магию, сделав цель уязвимой. Если это для свадьбы, то… — Она осеклась, посмотрев на меня, и я поняла, что она думает о том же: о моих малышах.

Мишель фыркнула, соскочив с подоконника. Её ветряная магия взметнула бумаги со стола, и один свиток угодил прямо в лицо Дариану,