Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки - Вернэлия Хайд

— Эта змея Селеста, — прорычала Мишель, её рыжие кудри подпрыгнули, а маленький вихрь закружился вокруг её пальцев, как сердитый рой пчёл. — Я поджарю ей эти её ядовитые кудри, если она тронет хоть каплю вина! Надо идти в погреб. Сейчас.

Дариан оттолкнулся от стены, его ухмылка была острой, как лезвие его меча. Он подмигнул Мишель, и я заметила, как её щёки слегка порозовели, хотя она тут же закатила глаза.

— Рыжая, не торопись, — сказал он, его голос был пропитан озорством. — Если Селеста там, я хочу лично её прижать. Аделин, ты с нами? Или будешь отдыхать тут?

Я фыркнула, чувствуя, как теневая магия искрит на кончиках пальцев, оставляя дымящиеся следы на полу.

— Ещё бы я осталась, — прорычала я, бросив взгляд на Рейна. — Я покажу этой рыжей, что бывает, когда лезешь к моим малышам.

Рейн поднял руку, призывая к тишине. Его драконья магия сплелась с моей, как огонь с дымом, и я почувствовала, как буря внутри меня немного утихла. Его глаза, сияющие, как горные озёра, смотрели на меня с такой уверенностью, что я почти поверила, что мы справимся.

— Мы проверим погреб, — сказал он, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась угроза, как в рычании дракона. — Кайрен, Катрин, подготовьте защитные заклинания. Если яд магический, нам понадобится детектор. Мишель, Дариан, проверьте охрану зала для свадьбы. Если Селеста работает на Велара, это не просто её выходка. Тёмный Круг хочет наших двойняшек.

Кайрен кивнул, его эльфийская магия мерцала, как лунный свет, мягко касаясь воздуха. Он коснулся плеча Катрин, направляя её звёздную магию, и их силы сплелись, создавая щит, мерцающий, как ночное небо. Катрин покраснела, но её пальцы уверенно начертили в воздухе звёздный узор, который засветился, как созвездие.

— Я могу создать детектор ядов, — сказала она, её голос был твёрдым, несмотря на лёгкую дрожь. — Если вино отравлено, мы узнаем, какой тип магии использован. И, возможно, сможем нейтрализовать его.

Я кивнула, чувствуя, как кулон пылал, отражая мою решимость. Двойняшки снова откликнулись, их магия вспыхнула в моём животе, как два маленьких вулкана, готовых защищаться. Я посмотрела на Рейна, и его взгляд, полный тепла и силы, дал мне уверенности.

— Хорошо, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрже, чем я себя чувствовала. — Но если Селеста там, я не обещаю, что не подожгу её кудри. Или её саму.

Рейн улыбнулся, уголок его губ дрогнул, но глаза оставались серьёзными. Он взял меня за руку, и наши магии сплелись, создавая искры, которые осветили кабинет, как фейерверк. Я почувствовала тепло — его, моё, наших малышей, — и на секунду поверила, что всё будет хорошо.

— Моя императрица, — сказал он тихо, так, чтобы слышала только я, — мы справимся. Вместе.

Мы вышли из кабинета, направляясь к винному погребу. Коридоры академии были тёмными, пропитанными магией, факелы мерцали, отбрасывая зловещие тени на каменные стены. Я сжимала кулон, чувствуя, как он тлел, предупреждая об опасности. Погреб встретил нас запахом старого дерева, вина и заклинаний сохранности. Зачарованные бочки сияли мягким светом, но одна из них — та, что трогала Селеста, — излучала холодный, ядовитый блеск, как тёмная звезда.

Мишель вызвала вихрь, чтобы осветить погреб, и его порывы закружили пыль, заставив меня чихнуть. Катрин шагнула к бочке, её звёздная магия начертила узор, который окутал её, выявляя тёмную магию внутри. Её лицо побледнело, а звёзды над её головой закружились быстрее.

— Это иллюзорный яд, — подтвердила она, её голос дрожал. — Он бы заставил гостей видеть тебя врагом, Аделин. И ослабил бы твою магию, сделав уязвимой для атаки.

Я сжала кулаки, и теневая магия вспыхнула, заставив бочку заискрить, как будто она готова была взорваться. Мои малышки откликнулись, их магия бурлила, и я почувствовала их силу, как два огонька, готовых сражаться вместе со мной.

— Селеста, — прорычала я, чувствуя, как гнев захлёстывает. — Где эта змея?

Дариан, стоя у входа, вдруг напрягся, его рука легла на рукоять меча. Его голубые глаза, такие же, как у Рейна, но с озорным блеском, сузились, вглядываясь в темноту коридора.

— Тише, — шепнул он, его голос стал низким, как рычание. — Кто-то идёт.

Тени в коридоре дрогнули, и из темноты выступила фигура в плаще. Её аура была холодной, как бездна, и я почувствовала, как кулон обжёг кожу, предупреждая. Голос, шёлковый и острый, как клинок, эхом разнёсся в погребе:

— Похоже, пироманка нашла мой маленький сюрприз.

Селеста стояла в дверях, её зелёные глаза сверкали, как ядовитые искры, а рыжие волосы сияли, как пламя, пропитанное магией. За ней маячила Лизетта, её магия иллюзий создавала дымку, скрывающую их движения. Я шагнула вперёд, вызывая огненный шар — пусть и с тёмными искрами, но всё ещё мой. Он осветил погреб, как факел, и я посмотрела прямо в глаза Селесте, чувствуя, как ярость и магия двойняшек бурлят внутри.

— Пора тебе ответить, рыжая, — прорычала я, и мой огненный шар запылал ярче, готовый полететь в неё. — Играешь с ядом? Плохо выбрала цель.

Глава 52

Я стояла в своей комнате, глядя в зеркало. Завтра свадьба, и вчерашняя стычка с Селестой в погребе всё ещё звенела в моих мыслях, как натянутая струна. Мы не поймали её — она и Лизетта исчезли, как тени, но я знала: они не отступят. Мои руки легли на живот, где двойняшки шевельнулись, напоминая, что я не одна. Их тепло давало мне силы, и я поклялась, что никто не доберётся до них.

Академия гудела, как рынок перед праздником. Зал для церемонии превратился в вихрь подготовки: студенты таскали цветы, шёлковые ленты и кубки, а воздух был пропитан запахом воска и свежесрезанных роз. Я вышла из комнаты, направляясь туда, где, по словам Мишель, «всё кипит, как в таверне перед дракой». Коридоры академии были заполнены гомоном голосов, шорохом тканей и скрипом телег, на которых везли украшения. Факелы на стенах горели ровно, освещая гобелены с драконьими узорами, которые казались почти живыми.

В главном зале я сразу заметила Катрин. Она стояла в центре, её руки двигались быстро, словно она дирижировала невидимым оркестром, расставляя звёзды над потолком. Они сияли, превращая зал в подобие ночного неба. Кайрен был рядом, его движения были плавными, почти танцующими, пока он добавлял мягкий свет к украшениям. Их взгляды то и дело встречались, и я заметила, как Катрин чуть покраснела, когда их руки случайно соприкоснулись. Я усмехнулась — эти двое явно нашли друг друга не только