Стану твоим первым - Кира Сорока

— Так ты не в курсе? — гаденько так усмехается. — Теперь мы с тобой соседи. Один ты жить не будешь.

Да быть не может…

Распахиваю дверь и показываю подбородком на коридор.

— Вали нахрен!

Феликс проходится по мне скептическим взглядом.

— А ты кто? Что ты здесь вообще решаешь, Агоев? Или, может, ты из какого-то королевского рода? Ой, прости, я корону сразу не приметил… — отвешивает мне нелепый поклон.

Паясничает, придурок!

— Короче, чё-то не устраивает — вали к директору, там выделывайся, — добавляет он уже скучающим тоном.

Распахивает шкаф и начинает выкладывать одежду из сумки.

Если сейчас не свалю, то мы точно сцепимся.

— Как там, кстати, дела с новенькой? — роняет бесстрастным тоном.

Спецом нарывается.

— Мы вместе. Я уже говорил.

Слова вылетают прежде, чем успеваю всё хорошенько взвесить.

— Вместе, да? Ты уверен? По Валерии этого не скажешь. Мне кажется, она тебя в упор не видит после вашего похода к директору.

И мне бы надо закрыть эту тему. Мы ведь теперь действительно не вместе. Но меня наизнанку выворачивает от того, как Феликс это произносит.

— Мы так играем, — оскаливаюсь в ответ. — Лера разыгрывает недотрогу, я к ней подкатываю.

— Ой, да не гони! — недоверчиво отмахивается. — Понять не могу, что ты так в неё вцепился. Не светит тебе ничего, Ярик. Дай другим попытать счастья. Она мне реально нравится.

Резко захлопнув дверь, приближаюсь к Егорову, играя желваками.

— Мне тоже нравится. И что дальше?

— Это называется здоровая конкуренция, Яр! Пусть выбирает. Или ты боишься?

На слабо меня берёт, это понятно. Но, несмотря на то, что понимаю это, тут же выдаю:

— Боюсь? Тебя? Пф… Она моей будет. Моей! Ты к ней даже не притронешься. Разве что насильно.

— Так, может, поспорим, Яр? — ухмыляется Феликс.

Твою ж мать… Что я делаю?

Он протягивает руку, и я смотрю на неё, как на бомбу замедленного действия. Долго смотрю.

— Так я и думал… — начинает было Егоров, но я поспешно хватаю его руку и стискиваю со всей дури.

— Сроки?

— Не знаю, — задумывается он. — Неделя?

— Три.

— Две, — торгуется Феликс. — Походу, я чуть больше в себе уверен.

— Ладно, две. Какой финиш?

Феликс бросает взгляд на кровать. Понятно.

— Ничего другого я от тебя и не ожидал, — говорю с дьявольской ухмылкой.

Нам обоим придётся из кожи вон вылезти, ведь Лера совершенно точно не такая!

— Нет, ты, кажется, не понял, Яр. Всё это здесь должно случиться, — вновь смотрит на кровать.

Бля… Придурок!

Это невозможно! Нереально!

Но я всё равно встряхиваю его руку, заключая сделку.

Есть ли у меня мозги?

Походу, нет!

Отдам ли я ему Леру?

Определённо НЕТ!

* * *

Вылетаю в коридор. Потом на улицу. Кажется, я сейчас сотворил такую дичь, что даже для меня это перебор.

Феликс просто мастер меня поддевать. Мой личный тролль, чёрт возьми!

Застываю на дорожке.

Лера. Уверенно идёт к женской общаге. Не рыдает, ничем не испачкана, одежда не порвана… Хрен его знает, что ещё может Воронова выкинуть.

Решительно иду навстречу девушке, но она пытается пройти мимо. Преграждаю ей путь. Держу руки в карманах брюк, чтобы, не дай Бог, до неё не дотронуться. Я уже успел смириться с тем, что моё тело реагирует на Соболеву странным образом.

— Ты как? — спрашиваю торопливо.

Лера останавливается в метре от меня.

— Нормально.

— Лика к тебе подходила? Чего хотела?

— Я сама к ней подошла, — неожиданно заявляет новенькая.

— Зачем?

— Это моё дело.

Ну вот и всё, собственно. Лера, и правда, сама справляется. А мне нужно просто уйти…

Но я не могу. В кармане пиджака прожигает дыру её айфон. Который нужно вернуть. Но я этого не сделаю. Прямо сегодня поеду в город и отдам в ремонт.

И даже это странное решение я не могу себе объяснить. Дело ведь не в споре и не в Феликсе. Вдруг телефон реально ей дорог?

Продолжаю стоять на месте. Лера тоже не двигается.

— Что ты сказала директору? Попросила меня не отчислять?

Вновь индифферентно пожимает плечами. Как же бесит это наигранное спокойствие!

— Сказала, что ты не имеешь отношения к тому инциденту в коридоре.

— А к какому имею?

Ведь за что-то директор всё-таки взъелся на меня.

— А ты сам подумай, — отвечает она с вызовом.

Синие глаза устремлены на моё лицо, на губах — надменная улыбка.

Мне вновь хочется свернуть шею этой девушке. Меня бомбит! И не только от её зашкаливающей борзоты и надменной отстранённости! А оттого, что я наконец понимаю, где успел накосячить. Она же была в моей комнате! Её дядя выводы сделал неправильные. Хотя именно на такие я и рассчитывал, когда придумывал это шоу. Но шоу не предназначалось для директора школы!

— Да, понял… Ты не стала отрицать, что я насильно притащил тебя в свою комнату. Ведь я уверен, что про тебя, такую прилежную и правильную, подумали именно так: ты — жертва. Ну а я, конечно, козёл.

Она вдруг вспыхивает и выпаливает, топнув ногой:

— Я не жертва!

— А выглядишь именно так! Все так за тебя впрягаются!

Из меня почти уже вырывается правда о задании её братьев, но я вовремя затыкаюсь. А Лера вдруг смахивает слёзы со щек, быстро обходит меня и несётся ко входу в общагу.

Какого хрена она опять ревёт?

И как собралась держать удар, если даже мне ответить не может? Лика точно её сожрёт и даже не подавится. А Феликс…

Вспомнив про Феликса, дёргаюсь за Лерой.

— Подожди, мы не закончили!

Успеваю поймать её до того, как она забежит в общагу. Охранника поблизости нет, но это может быстро измениться. Тяну девушку за угол. Она вырывает руку, но не убегает больше и говорит теперь каким-то поникшим голосом:

— Что тебе ещё нужно?

— Ты нужна. Мы же вместе, помнишь?

Произношу это с трудом. Потому что эта ложь и меня уже достала.

А вот моё предательское тело с маниакальной радостью тянется к девушке. Она прижимается к стене, а я встаю рядом, уперев руки так, чтобы Лера не сбежала.

— Яр, хватит! — пихает в грудь.

Бесполезно. Сдвинуть меня не получится.

— Ответь: я тебе нравлюсь?

— Нет! — тут же отрезает она.

Что ж… ладно. Но нет, меня это не устраивает.

— Окей, что мне сделать?

— Ты о чём?

Лера давит на мою грудь двумя руками. Затылком вжимается в стену. Видимо, боится, что я её поцелую. Но я не буду. Пока нет…

— Что мне нужно сделать, чтобы тебе понравиться?

Качает головой.

— Ничего. Ничего не надо делать.