В плену запрета - Сара Адам

— Алло, — обречённость так и сквозит в моём голосе, когда принимаю звонок и брезгливо подношу мобильник к уху.

— Ты скажи, если я тебе надоедаю, любимка, — Демьян сходу атакует своей тупостью и пассивной агрессией. — Я это всё сразу отменю. Точнее папа отменит. Жалко ток дядька твой зря работу начал. Придётся аннулировать контракт, в минус уйдёт ваша компания. И так в долгах, а после этого Вадим сможет смело на банкротство подавать. Ну так что?

— Ты в курсе, что я тебя ненавижу? — произношу спокойно, предварительно помолчав и осмыслив прямую угрозу.

— От ненависти до любви, если знаешь, небольшое расстояние, — удовлетворённо хмыкает, добившись нужного эффекта от запугивания. Он знает, что я никогда не смогу навредить дяде и продолжу терпеть происходящее.

Ненавижу я не одного Шведова, но и саму себя. За откровенную трусость и слабость пойти против семьи. Отказаться и выбрать собственную свободу, не жертвуя будущим в браке - равно остаться одной на всём белом свете.

Я не могу лишиться семьи во второй раз... От одной мысли одиночества становится больно. Дядя, Валюшка, Янка, Инесса. Как я без них? Какие бы отношения у меня не были со снохой, она тоже моя семья.

— Не в нашем случае. Чего ты хочешь, Демьян? Я в университете, некогда с тобой разговаривать, — прижимаюсь к перилам, пропуская пробегающих мимо парней. Вот лоси, носятся, как школьники.

— Увидеться хочу. Тебя хочу. Желательно голой и под собой, — делает этот отвратно соблазнительный тон, аж тошнит. — Может порадуешь хотя б фоточками обнажёнными?

— После свадьбы, дорогой, — внутренняя стерва ликует от того, каким самодовольным тоном я это произнесла. — Через четыре года, если быть точнее. А обнажённые фоточки можешь в интернете поискать. Уверена, там их полно.

— Сучка, — хмыкает, понимая, что развести на интим как не получилось, так и не получится. — Чтоб на сообщения и звонки отвечала сразу. Сразу же, уяснила? — превращается в того самого мудака Демьяна, прекращая играть роль добренького парнишки. Спектакль окончен, как говорится.

— Хор... — слова застревают в горле, когда я вижу перед собой поднимающегося по лестнице Князева.

— Не понял, внятнее, — голос Демьяна в трубке переходит на второй план, белый шум на фоне, не более. Замерев, встречаюсь взглядом с безжалостным зверем. Внутри всё мигом холодеет.

— Ну привет, Кудрявая, — на лице татуированного расплывается зловещая улыбка.

Я действую на инстинктах, не осмысливаю и не обдумываю. Просто делаю, как чувствую: разворачиваюсь и бросаюсь наверх. Не удосужившись что – то сказать Демьяну, на лету сбрасываю звонок и убираю ледяными пальцами телефон в карман.

В голове промелькает мысль: может не стоило убегать? Вдруг я его спровоцировала этим? Нужно было сделать вид, что мне наплевать на него и произошедшее. Я показала свою слабость!..

Влетаю на этаж с дико колотящимся сердцем, несусь, не разбирая дороги, но от Князева не скрыться...

— Далеко собралась? — наглец сгребает меня в охапку и впечатывает в стену боком. Больно ударяясь плечом. Еле сдерживаюсь, чтобы не взвыть от тупой боли.

— Не прикасайся ко мне, животное, — пытаюсь оттолкнуть Руслана, вырваться, но в ответ он обвивает мою талию рукой, слегка разворачивает и прижимает к себе вплотную.

— Соскучилась? — убирает кудрявую прядку волос за ухо, проводя костяшками горячих пальцев по щеке.

— У тебя фетиш к домогательствам, что ли? Прекрати меня лапать, люди смотрят, — шиплю сквозь зубы. Агрессивно пытаюсь согнуть ногу в коленке, чтобы ударить его в пах, но неприличная близость лишает пространства для действий.

— Да похуй, — отмахивается, но всё же поворачивает голову в сторону небольшого количества зевак. Занятие уже началось, в коридоре осталось ничтожно малое количество студентов.

— А мне нет! — впиваюсь ногтями в его руку, которая переместилась на шею и слегка сжимает её, поглаживая сбоку большим пальцем.

— Понравилось наше свидание? — смотрит таким изучающим взглядом. Кажется, что в душу пробраться пытается.

Извращенец.

— Ты о попытке изнасилования? Если хочешь, можем вместе пойти в полицию я там при тебе подробно расскажу о своих впечатлениях!

— Да клал я на них. А ты чё, шавка ментовская? — ухмыляется на выпад. Не блефует, Князеву реально пофигу. На лице ни капли страха и волнения. Абсолютное безразличие.

Откуда в нём безграничное чувство абсолютной вседозволенности?..

— Поиграли и хватит, отпусти. Мне на пару идти нужно, — уже грубее требую, надеясь, что он отвалит, услышав про учёбу.

Интересный факт: все эти дни я боялась встречи. Переживала о возможной очередной стычке! Сейчас Князев стоит напротив, но мне не страшно. Ни капли. Я только раздражена и взбешена его наглостью.

Почему не трясусь в страхе перед тем, кто запер меня в кабинете и практически взял силой? Почему на кричу и не бью тревогу? Он же может повторить содеянное! Так много «почему».

— Отпущу если поцелуешь, — произносит на полном серьёзе, без капли иронии или намёка на шутку в голосе.

— Что? — ошарашенно переспрашиваю, пока шестерёнки в голове отказываются воспринимать его слова. — Не мечтай!

— Окей, тогда погнали, — небрежно отдирает от стены и угрожающе хватает под локоть.

— Никуда я с тобой не пойду! — в панике упираюсь ногами в пол, пытаюсь остановиться, но силы не равны.

— Ты уже идёшь, Лизавета. Хорош брыкаться, всё равно будет так, как я сказал, — уверенности хоть отбавляй.

— Мне больно, — говорю чистую правду, морщась. От сильного давления согнутая рука начинает жечь чуть выше локтя.

— Не хочешь целовать, сделаю это сам. В более интимной обстановочке, — зловеще ухмыляется, размашисто заводя меня в какой-то коридор.

Двигается Князев по обыкновению уверенно. Вот тут и наступает тот самый долгожданный момент, когда мне становится страшно!.. Дико, до дрожи в коленках. В груди начинает печь, чувствую, как становится катастрофически мало воздуха.

Сегодня, сейчас всё повторится... Бьющая внутри тревога подсказывает, что на этот раз он не остановится. Татуированный закончит начатое и никто мне не поможет.

Нужно что-то сделать, остановить его!..

— Хорошо! Хорошо! Поцелую, — лепечу, дёргая руку, но он игнорирует, не смотрит в мою сторону. — Я согласна, Руслан. Слышишь?!

Придурок останавливается, резко поворачиваясь ко мне. От неожиданности врезаюсь лицом и телом в его грудь, едва ли удержавшись на ногах. Руслан