Конец Игры - Бекс Дево

широко для его широких плеч. — Не волнуйся, я позабочусь о тебе, — его голос звучал не слишком убедительно, но в тумане течки Тара, казалось, этого не замечала: она приподняла бедра над кроватью в тщетной попытке придвинуть свою мокрую, изнывающую от потребности киску ближе к его ожидающему рту.

Как и в тот первый раз, когда я видел ее такой, на ней не было ни единого волоска. Ее красивая розовая киска отражалась в черном стекле искаженной и бесцветной.

Джесси сдвинулся, поравнявшись с ней, и начал дразнить зубами внутреннюю сторону ее бедра, пока Тара снова не заскулила, неразборчиво умоляя его сквозь разочарованные полувсхлипы.

У меня потекли слюнки при мысли о том, как я впервые попробовал ее сладкую, как фруктовый лед, смазку, слизывая ее с дилдо, которым я ее трахал. О том, как мне хотелось сорвать сдерживающий меня намордник, чтобы зарыться языком в ее сладкую киску и впитывать этот сочный вкус прямо из источника.

В искаженном монохромном отражении экрана я наблюдал, как Джесси обхватил руками бедра Тары и раздвинул их шире, открывая себе доступ; он пожирал ее, посасывая и причмокивая на ее поле, пока его язык проникал внутрь.

В мире не существовало порно, которое могло бы превзойти это.

Ее стон эхом разнесся по комнате; она вцепилась руками в простыни и волосы Джесси, прижимаясь к его лицу, беря на себя инициативу в получении удовольствия, даже несмотря на то, что Джесси, как можно было бы подумать, находился в доминирующей позиции.

Послышалось, будто Джесси что-то пробормотал, но разобрать слова было невозможно, так как его лицо было плотно прижато к ее киске. А может, он просто стонал.

Блядь. От этой мысли, от запаха Тары и ее прерывистых похвал из меня начала сочиться смазка. Я прижал руку к своему набухшему члену, едва сопротивляясь желанию запустить ладонь в штаны и начать себя дрочить.

Что угодно ради капли облегчения.

— Вот так, Джесс. Ты такой молодец, — тяжело дышала Тара, что полностью шло вразрез с той умоляющей, всхлипывающей размазней, с которой я столкнулся в «Отеле Похоти».

Ну... хотя... разве?

Я полагал, что она взяла инициативу на себя со мной, потому что чувствовала в этом необходимость. Что, когда я вышел из образа, который навязал мне Камео, она почувствовала, что я недостаточно силен, чтобы дать ей то, что должен давать альфа.

Что я не тот альфа, который ей нужен, потому что мне не хватает напористости, чтобы взять контроль в свои руки так, как того жаждут омеги... или каким там дерьмом Камео забил мне голову.

Потому что — осознал я с болью от того, каким же дураком я был, наблюдая, как Тара обхватывает своими тонкими пальцами член Джесси, вознаграждая его старания уверенным движением, от которого бедра беты оторвались от кровати, — всё так и было.

Буллшит (Дерьмо) альфа-мудаков.

Ложный стереотип, из-за которого я чуть не потерял девушку своей мечты.

Словно Тара почувствовала мои мрачные, полные ненависти к себе мысли — или, может быть, дело было в Джесси, который стал стараться усерднее, чтобы удержать ее внимание, — она издала громкий скулеж, возвращая мое внимание к себе с лазерной точностью.

— Блядь, он так вкусно пахнет, — прошептала она себе под нос, ее бедра дрожали. — Из-за этого мне хочется... о, блядь!

Она кончила с громким стоном; комнату затопила волна того самого аромата вишневого лаймада, от которого у меня стоял в штанах с той самой секунды, как я снова ее увидел, но меня больше заинтересовала мысль, которую она так и не закончила.

Тебе хочется чего, маленькая омега?

Я не произнес эти слова вслух, боясь разрушить чары моего до нелепости удачного стечения обстоятельств, которое вообще позволило мне оказаться так близко. Не говоря уже о том, что... Джесси начал осваиваться. Я не горел желанием снова навлекать на себя его гнев.

Тем более, когда мы могли бы стать командой.

Но это была слишком далекая, слишком обнадеживающая идея. Я знал, что он тоже что-то чувствует по поводу происходящего, но держит это в себе ради Тары.

Тара перевернула его; поерзав, она помогла себе рукой и направила член Джесси так, чтобы опуститься прямо на него, с легкостью насаживаясь. Она не стала ждать и сразу начала скакать на нем, подпрыгивая и ерзая у него на коленях с тихими вздохами и стонами.

Я слышал, насколько она была мокрой, как быстро принимала в себя Джесси. Звук их сталкивающихся тел в ровном ритме кожи о кожу был одной из самых эротичных вещей, которые я когда-либо испытывал.

Моя рука легла поверх члена через штаны. Потребность прикоснуться к себе была болезненной, но я знал, что не должен его доставать — вероятно, мне вообще не следовало его трогать, учитывая, что я был готов кончить от малейшего дуновения ветра. Но мне нужно было хоть какое-то облегчение. Пусть даже в виде моей ладони, медленно трущейся о грубую джинсовую ткань, слегка надавливая на мой подергивающийся, истекающий смазкой ствол.

Мой запах висел в воздухе так же густо, как и запах Тары, заставляя меня чувствовать себя чуточку неловко. Не то чтобы я мог что-то с этим поделать: я мог сопротивляться лишь ограниченному числу биологических механизмов одновременно. И поскольку моей приоритетной задачей было сохранить рассудок и не сорваться в гон, мне пришлось смириться с тем, что мое очевидное возбуждение будет просто... тем, чем оно было.

Но блядь, чего бы я только ни отдал, чтобы нагнуть Тару прямо поверх Джесси и вколотиться в ее круглую задницу.

— Ты такая, блядь, охуенная, — простонал Джесси. — Такая узкая.

— Твой член — мой, — выдохнула она, и в ее тоне проскользнуло то же чувство собственничества, что и в аркаде. — Жестче, я сейчас снова кончу.

Ее движения немного потеряли свою ритмичную изящность; ее запах затопил комнату, когда руки Джесси легли ей на бедра, и он начал трахать ее снизу, пока она не выкрикнула его имя в очередном оргазме, от которого смазка капала вокруг члена Джесси.

— Тара... блядь, — Джесси напрягся вместе с ней; их сбившийся ритм послужил предупреждением о том, что он залил ее своей спермой.

Предэякулят стек по моей ноге, мой узел пульсировал от потребности глубоко в ней зарыться.

Но не раньше, чем я попробую их на язык; чтобы наконец самому узнать, склоняется ли сперма Джесси больше к кислой или сладкой стороне его лимонного запаха.

Скулеж Тары прозвучал как зов сирены; моя рука покинула ширинку брюк и вцепилась в черные подлокотники