Медведь и единорог - Элизабет Прайс

Глаза Кристиана мерцали.

— И когда это было?

Джульетта сузила глаза.

— Я никогда не скажу.

— Мне нравятся женщины постарше.

Он пошевелил бровями, и она пожалела о том, что её больше не может тошнить.

— Ага.

— Я думал, что твой отдел по поиску пропавших без вести перегружен работой.

Джульетта пристально посмотрела на него, но прежде, чем она успела исследовать его дальше, он сменил тему, и её кровь вскипела.

«Хм-м-м».

Глава 14

— Что это?

Скай заставила себя не хихикать, и даже её единорог фыркнула.

— Тофу.

Зейн экспериментально понюхал его и осторожно лизнул. Поразмыслив, возможно, это было не идеальное место для огромного медведя. Полностью вегетарианская, здоровая пища, без алкоголя, в помещении мягкая мебель и декоративное освещение. Но им владела её подруга Мэнди, и Скай хотела дать ей возможность подзаработать.

Поначалу было забавно видеть, как Зейн пытается опознать свою еду, и сексуально, когда он облизывал её, но теперь ей стало его жаль. Она сомневалась, что он когда-либо ел киноа раньше. И, судя по его плохо скрываемым гримасам, никогда больше не будет.

Скай наклонилась со своей подушки и положила руку ему на плечо.

— Прости, почему бы нам не пойти куда-нибудь ещё?

Зейн поёрзал в своём кресле-мешке, выглядя совершенно смущённым, но он заставил своё красивое лицо улыбнуться.

— Нет, это… весело.

— Правда?

— Конечно, я люблю такие места.

Он обвёл вокруг себя, хмуро глядя на постер фестиваля «Пылающий парень».

— Ты любишь вегетарианские рестораны?

Скай не потрудилась скрыть скептический тон. Даже её поражённая единорог, которая считала, что медведь не может врать, сомневалась.

— Конечно, я постоянно туда хожу.

Это прозвучало как ложь. Но вместо того, чтобы раздражать её — как это было, когда бесчисленное количество бывших парней ей лгали — это на самом деле улучшило её настроение. «Может быть, он действительно пытался залезть к ней в трусики!»

— Хорошо, тогда — ещё чая с жасмином?

— Э, конечно.

Зейн выглядел так, будто его вели к виселице, когда он нюхал жидкость. Он поставил чашку обратно на стол и прочистил горло.

— Ты часто приходишь сюда?

Его глаза сузились.

— Приходишь сюда на свидания?

— Я прихожу сюда, когда могу, но редко на свидания.

Она пыталась привести Итана, но волк оскорбил Мэнди, назвав её грязной, немытой хиппи, и ему запретили сюда приходить.

— Тебе нравится?

— Конечно. Я нахожу это расслабляющим. Еда вкусная.

Зейн чуть не задохнулся, и она похлопала его по спине.

— Эм, да, — согласился он.

Скай задумчиво посмотрела на него, пережёвывая кусочек брокколи.

— Знаешь, если мы собираемся околачиваться вместе, может, тебе стоит рассказать мне о себе — если только ты не думаешь, что это непрофессионально.

Хотя их совместная трапеза казалась совсем не профессиональной — она напоминала свидание. Вот почему Скай почистила зубы и нанесла макияж перед тем, как покинуть спортзал — на всякий случай.

— Нет, нет, — быстро произнёс Зейн. — Что бы ты хотела узнать?

— Может быть, мы могли бы начать с обычного. Любимый цвет, любимый фильм, я уже знаю, где ты работаешь, семья, любимая еда и тому подобное.

— Хм. Зелёный.

Он посмотрел ей в глаза и подмигнул.

— «Правдивая ложь». Мама и папа — мы не ладим. И я съем что угодно.

Он взглянул на свой тофу, который, казалось, не исчезал очень быстро. Возможно, ему следует изменить это почти на что угодно.

— А ты?

— Ох, тоже зелёный. Я говорю людям, что это «Касабланка», но на самом деле «Джордж из джунглей». Инструктор по йоге — как ты уже знаешь. Мама, папа, младшая сестра и два старших брата — мы хорошо ладим, в основном потому, что они в другом штате. А ещё я люблю ананас и тофу.

— Ага, я понимаю, почему.

Он поднял ещё один кусок и подозрительно посмотрел на него.

Скай сжала губы. Зейн откусил ещё кусочек и слегка поморщился.

— О, у тебя есть немного…

Она протянула руку и провела большим пальцем по его губе.

— Вот, вытерла.

И всё же она не двигалась, её рука замерла на его щеке, лаская полные губы.

Зейн наклонился к ней, ища её прикосновения, ища её. Её сердце ускорилось, когда его глаза почернели до его зверя. Скай облизала губы, чувствуя, как он приближается для поцелуя. Это было прекрасно, пока его чрезмерно большое тело не разорвало кресло-мешок, и шарики не разлетелись повсюду. Зейн зарычал, растянувшись на полу.

Она сдалась. Дикий смех вырвался из неё.

* * *

— Это была хорошая еда, — прокомментировала Скай, веселье всё ещё было заметно на её губах.

Зейн пытался не хмуриться, но ничего не мог с собой поделать. Ей понравилось; когда он хмурился, он выглядел мило угрожающе. Это было сексуально. Он был сексуален. Каждый грубый, ворчливый дюйм его тела. Её единорог одобрительно мотнула головой.

Скай занялась проверкой своих сообщений, пока Зейн перепроверял её квартиру.

«Хорошая ли идея связываться с Зейном?» Она хотела его, тепло в её животе и соски, напрягающиеся под рубашкой, свидетельствовали об этом, но что, если она в опасности? Что, если кому-то нужен её единорог? Что, если ей придётся исчезнуть? Или, что ещё хуже, Зейн в опасности, просто находясь рядом с ней.

Зейн не знал её истинной природы. Как бы он себя чувствовал, если бы узнал об этом? Будет ли это иметь значение? Пройдёт ли тот, кто её преследует, через Зейна, чтобы добраться до неё? Господи, он даже не знал, в какой опасности он может быть!

Инстинкт прятаться был силён, что-то привитое ей с юных лет. Но это новое желание защитить Зейна, сдаться Зейну, отдать ему всё — быстро набирало обороты. Её единорог хотела отдать ему всё.

Нет, она ещё не могла рассказать Зейну правду о себе. Но ей нужно обезопасить его, нужно увести его подальше от неё. Нужно…

«Ты сука! Ответь на чёртов телефон…» — ещё одно из восхитительных сообщений Итана. — «Я начинаю очень злиться… ответь на чёртов телефон… я скучаю по тебе… возьми чёртов телефон…»

Скай вздохнула, когда сообщение закончилось, и быстро удалила оскорбительную истерику.

— Итан, — прорычал Зейн, стоя в дюйме позади неё.

Она и её единорог подпрыгнули, быстро повернувшись, чтобы увидеть, как его тёмные глаза свирепо смотрят на неё.

— Эм, да.

Зейн правильно назвал его имя для разнообразия.

Зейн посмотрел на автоответчик с таким же презрением, как будто он только что оскорбил его мать.

— Он оставлял много таких сообщений?

— Сколько-то… несколько… пока что около двадцати, — угрюмо признала