По ту сторону экрана - Мафэй Цзян

После этого они снова вернулись к выполнению домашнего задания.

Будто по мановению волшебной палочки появились концентрация и мотивация. Вэй Янь даже справилась со всеми задачами по одному предмету и приступила к выполнению домашки по следующему. От примирения с Цзян Хао стало легче дышать, с плеч словно упал тяжелый груз.

– Цзян Хао.

– М? – протянул Цзян Хао, не отрываясь от тетради.

– Какое твое любимое время года?

– Ты считаешь, что мы после хрупкого перемирия стали закадычными друзьями?

– У меня вот любимый сезон – лето, – обходя острые углы, с улыбкой продолжила гнуть свою линию Вэй Янь. Вот теперь внешность совпадала с характером. Вэй Янь даже скучала по колючей манере общения Цзян Хао, которая уже была до боли знакомой.

– Зима, – не очень охотно ответил тот.

– О, хороший выбор. Странно, что мы это не обсуждали раньше.

Цзян Хао на это лишь пренебрежительно фыркнул. Вэй Янь стало еще веселее и лучше. Она правда скучала.

Однако самый большой вопрос все равно оставался в подвешенном состоянии. Его решение было первостепенным – без него не удастся спать в полном спокойствии.

– Что потом? – почти шепотом спросила Вэй Янь, пододвигая стул ближе к Цзян Хао. Этот жест означал, что теперь пойдет диалог очень личного характера, касающийся только их двоих, и его не должен услышать никто, даже книги на стеллажах, и без того хранящие в себе мудрость миллионов людей.

– Ты о чем? – Цзян Хао, кажется, уловил посыл, потому что он даже – о Небеса, неужели! – закрыл книгу и отложил ее в сторону.

– Что потом будет? – повторила Вэй Янь. – Скажи, что ты подумал обо мне после совместных посиделок на занятиях? Думаю, ты хотел со мной подружиться.

Цзян Хао усмехнулся и закатил глаза.

– Какое самомнение. А если я не хотел?

– Нет, хотел. Потому что я тоже была не против подружиться с тобой. Я тогда еще подумала: «Было бы классно закорешиться с ним, если бы не обстоятельства, в которых мы оказались».

Цзян Хао отвел взгляд, потому что Вэй Янь материализовала в слова мысли, которые посещали его во время тех семинаров.

Вэй Янь была чертовски права, потому что они чертовски похожи. Но невозможно ведь испытывать настолько одинаковые чувства.

– Окей, признаю, – сдался Цзян Хао и скрестил руки на груди. – Я действительно думал, что было бы неплохо нам подружиться.

– Но только ли дружба нас связывает?

Цзян Хао моментально напрягся, а корпус его непроизвольно наклонился назад в попытке отдалиться от собеседницы. Он сжал в кулаке ручку, понимая, что сейчас, вот прямо сейчас, вопросы Вэй Янь свернули в довольно щекотливую сторону – далеко не ту, что хотел затрагивать сам Цзян Хао.

– Вэй Янь…

– Ведь это мы признались друг другу в любви, – напомнила Вэй Янь, заставляя Цзян Хао стиснуть зубы. – И мы любили друг друга. Да, мы создали образы, отчасти из-за которых друг другу и понравились, но ведь качества характера были присущи нам, это мы, а не кто-то другой, и…

– Не можем мы любить друг друга! – зло гаркнул на нее Цзян Хао, словно пес в наморднике, что способен только лаять, но укусить не может. От злости он вскочил со своего места, чуть не перевернув стул, и, кажется, был готов заорать во всю глотку, но его останавливало нахождение в библиотеке. – Не любили мы друг друга и никогда не полюбим! Не будем любить, ты поняла меня?!

Вэй Янь опешила от столь резкой вспышки ярости.

– Ты не можешь отрицать то, что было на самом деле…

– Этого не было! – шипел, стреляя жгучими молниями из глаз, Цзян Хао. Он был так зол, что на висках у него даже выступили вены.

– Да чего ты снова ерошишься?! – недоумевала Вэй Янь. – Неужели ты считаешь, что об этом можно благополучно забыть, сделав вид, словно ничего не было? Не получится, как ты не понимаешь, Цзян Хао!

Тот закрыл уши, словно маленький ребенок, спасавшийся от нравоучений родителей.

– Я ничего не хочу слышать! Отвали от меня! И прекрати обращаться ко мне так, я тебе не дружок из песочницы!

Цзян Хао не то что сложил, а фактически смел свои тетради и учебники со стола в рюкзак, пулей вылетел из зала, перед этим ощутимо задев плечом Вэй Янь, которой трудно было понять: сделал он это случайно или специально, чтобы было побольнее.

Глава 8

«Все в порядке» – я лгу

– Цзян Хао! Подожди! – Вэй Янь рассекала лестничные пролеты, перепрыгивая через две ступеньки, и лишь на выходе смогла с трудом схватить его за локоть. Цзян Хао дернулся, будто бы смахивал с руки грязь.

– Ты теперь будешь преследовать меня? – этими словами он точно припечатал Вэй Янь к стене. Он произнес это так жестко и резко, что от удивления в легких кончился воздух.

– Что? Нет. Я… Я не сталкер, просто… – промямлила Вэй Янь, даже не понимая, почему оправдывается перед Цзян Хао.

Тот раздраженно поиграл желваками и отвернулся от нее.

– Тогда зачем суешь мне эту свою любовь?

Вэй Янь не нашлась, что ответить, и ошеломленно замолчала. Она понимала, почему Цзян Хао взъелся на нее после того, как они сбросили фальшивые личины, но почему он злился после этого закономерного вопроса? У него память на события последних месяцев отшибло? Или… отшибло все чувства? Цзян Хао говорил, как боялся, что Вэй Янь расхочет с ним общаться, но, похоже, после открытия правды расхотел общаться только он.

Вэй Янь так ничего и не ответила и уже спокойно спустилась по лестнице. Цзян Хао облегченно вздохнул, расставшись с ней. Снова не на радостной ноте, но по-другому не получалось.

Когда Цзян Хао покинул библиотеку, в кармане завибрировал телефон. Если это Вэй Янь, то он сбросит. Но звонил старший брат. Цзян Хао немного расслабился, однако через пару секунд напрягся, понимая, по какому поводу Цзян Синфу звонит.

– Алло? Привет, гэгэ.

– Здравствуй, А-Хао, – миролюбиво произнес Цзян Синфу, и от этого уголки губ невольно поползли вверх. – Как скоро ты приедешь?

От последовавшего вопроса настроение сразу упало. Цзян Хао скривился, всем своим существом сопротивляясь поездке, но от нее было некуда деться.

– В течение полутора-двух часов, думаю, буду уже на месте.

– Хорошо, я тоже примерно через час приеду. Уже жду нашей встречи! – Цзян Хао не переставал думать о том, что Цзян Синфу – луч света в темном царстве. – В последнее время ты так редко приходил в гости,