Магия судьбы - Бритт Эндрюс

Нам придется двигаться быстрее и осторожнее. Теперь, когда он нас заметил, он будет наблюдать», — объяснил Наполеон, в его голосе слышалось возбуждение. Мышь была адреналиновым наркоманом.

«Может быть, нам стоит подождать...» — начал я, но был резко прерван, когда он издал боевой клич и вылетел из нашего укрытия.

Наши маленькие ноги двигались так быстро, что, казалось, мы парили. Еще один пронзительный крик раздался прямо над нами, когда Наполеон в последний момент вильнул вокруг дерева, и птица нырнула в противоположную сторону.

«Лох!» — завопил Наполеон, когда птица улетела в лес, сдаваясь. Мы не остановились, мчась прямо к дверям. Я не видел ни одного проема, но Наполеон не сбавлял скорости. Почти незаметная щель между дверью и рамой становилась все ближе и ближе.

«Свяяятое дерьмо!» — закричал я, когда мы нырнули вперед, проскользнув на другую сторону.

«Сделано», — радостно воскликнул Наполеон, взбираясь по стене на небольшой выступ, тянущийся по всей длине входного холла.

«Если я увижу огромного паука, я просто свихнусь», — предупредил я его, пока мы мчались дальше, вглубь туннеля.

«Не бойся, великан. Я слишком быстр для пауков», — ответил он, совершенно беззаботно.

Я принюхался к воздуху и уловил много разных запахов, но они все еще были там — запахи Энни, Слоана и его скоро-будет-мертвого отца.

«Мы на правильном пути», — сказал я своей мышиной половине.

Через минуту или около того мы добрались до второй двери. В ней были встроены толстые стеклянные окна. Я сразу заметил охранника, сидящего в маленькой будке по ту сторону. Он, казалось, читал что-то на своем столе и был полностью поглощен этим занятием.

«Нам нужно разобраться с ним», — сказал я Наполеону. «Когда он уйдет, остальные смогут войти без проблем».

«Держись за свой берет, мы входим», — объявил Наполеон, протискиваясь в щель в стене, и затем мы оказались на гребаной вертикальной канатной прогулке по электрическому шнуру. Тонкая полоска света прорезала тьму, показывая нам, где находится следующий выход. К счастью, этот казался немного больше предыдущих двух. Клянусь, я никогда не привыкну к этому протискиванию.

Наша маленькая мышиная задница заерзала от предвкушения. Когда мы прыгнули вперед в будку охранника, я отделился от Наполеона. Охранник перевернул страницу своей книги, но, должно быть, почувствовал, что кто-то за ним наблюдает, потому что внезапно поднял глаза. Я не удержался и помахал ему. Его лицо побледнело, он попытался схватить оружие, но я был на нем быстрее.

Поскольку я не знал, кто из них вовлечен — невиновен или виновен — я просто вырубил его двумя быстрыми ударами в висок. Он рухнул, как мешок дерьма. Не теряя времени, я открыл ящики стола в поисках скотча, веревки или чего-то, чтобы связать его. Мои глаза остановились на наручниках, и я ухмыльнулся. Идеально.

Пристегнув его к стальной балке, руки за спиной, я взглянул на экраны мониторов. Я расхохотался, когда увидел свою команду, стоящую на видеоэкране, на виду. Если бы только ублюдок делал свою работу... Как жаль.

Я нажал кнопку интеркома, усмехаясь, когда все на экране подпрыгнули от внезапного шума.

«Охранник нейтрализован. Входите», — объявил я.

Фарис ухмыльнулся. «Это сильно упрощает задачу».

«Какие-то проблемы?» — спросил Кэм.

«Никаких. Мы с Наполеоном продолжим; запахи Слоана и Энни здесь уже намного сильнее. Фишер и Фарис, будьте готовы использовать свою магию, как только подойдете достаточно близко, чтобы нанести урон. Мне нужно идти», — сказал я, нажимая кнопку с надписью «Дверь туннеля». Снова взглянув на экран, я дождался, пока все исчезнут в туннеле, прежде чем вырвать все провода.

«Положи книгу в дверь, чтобы оставить ее открытой для них», — предложил Багира.

Схватив книгу со стола, я подглядел название. «Особняк Руксгрейв». Черт.

«Даже не думай открывать эту книгу», — прорычал Багира, и я вздохнул.

«Ладно. Но она следующая в моем списке на прочтение, как только мы выберемся отсюда». — Я надулся, открывая дверь и подпирая ее романом. Черт, какая трата хороших слов...

Я быстро слился с Наполеоном, и мы помчались по коридору, а я указывал путь. Наконец мы добрались до двойных распашных дверей. Запах отца Слоана был настолько силен здесь, что я знал, что он должен быть рядом. Все они были рядом, возможно, прямо за этими дверями.

Двери распахнулись без предупреждения, и мы прижались к стене, прячась.

«...скоро будет здесь. Если он не будет сотрудничать, приведите их и сделайте все необходимое», — сказал мужской голос, и, черт возьми, я не вздрогнул, сдерживая желание немедленно превратиться в Багиру. Даррелл Салливан. Человек, которого я поклялся убить так давно...

«Не сейчас, великан. Мы искупаемся в крови наших врагов после того, как заберем дракона и девочку», — напомнил мне Наполеон и тут же нырнул в открытую дверь. Он легко нашел себе место на полке у задней стены, держась рядом с выходом.

Что это, во имя луны, за место? Я подавил рев ярости, когда мои глаза остановились на прозрачном загоне в центре комнаты. Внутри был заперт огромный дракон, ледяные голубые глаза которого говорили мне все, что нужно было знать. Этот дракон был Слоаном. Святое дерьмо. Я имею в виду, он говорил нам... но увидеть его воочию? Невероятно.

«Девочка. Вон там», — прошептал Наполеон, когда мы огляделись, и я увидел Энни, рисующую в стороне от комнаты.

«Принято», — подтвердил я. Мы осматривали комнату еще несколько минут, отмечая, что там было, вероятно, около тридцати человек. Некоторые из них были вооружены, и довольно многие, если не все, были демонами. Запах Азраэля нигде не чувствовался, что говорило мне о том, что его нет на месте и не было уже несколько дней.

«Время шоу, Наполеон. Надеюсь, ты готов к победе и крови».

«Я родился с сердцем воина и склонностью к смерти, великан», — поклялся он.

Через мгновение мы с восхищением наблюдали, как по лаборатории прокатилась волна молчаливой бойни. Когда последний мужчина шатко стоял у клетки Слоана, мы спрыгнули с полки и бросились вперед. Действие только начиналось, и я был проклят, если не собирался занять место в первом ряду.

«Они здесь», — прошептала Энни дракону Слоана через стекло.

Небольшая дверь справа от главных распахнулась, и в нее вошел не кто иной, как человек, чья смерть принадлежала мне.

«Здесь мы расстаемся, Наполеон. Держись крепче», — предупредил я, а затем прыгнул вперед, в мгновение ока превратившись из себя в Багиру. Дикий крик вырвался из нашей глотки, когда мы помчались по лаборатории. Глаза Даррелла расширились, когда он увидел нас, и в них мелькнуло узнавание. Да, ублюдок. Смерть пришла за