Поцелуй меня, Док! - Девон Этвуд

Потому что в отличие от расчётов углеродного анализа или фактов о серебряной графике, травма не поддаётся логике. У неё нет структуры. Нет смысла. Её нельзя пощупать или измерить. Но она заставляет чувствовать. А я не хотела ничего чувствовать. Поэтому игнорировала.

Мы наконец дошли до здания. Джемма скрылась за стеклянными дверями фойе, бросив мне в спину очередное бессмысленное «сходи к врачу или пожалеешь». Я отмахнулась и поковыляла к машине, припаркованной у счётчика. Как минимум, пора было принять реальность, а не надеяться, что она сама исчезнет. Джемма была права — у меня практически была докторская степень по избеганию боли.

Сев в машину и направившись к аптеке, я попыталась проанализировать ситуацию. Что касается сообщений от Вона — игнорировать их по-прежнему казалось самым разумным решением. Был соблазн — хотелось узнать, зачем он вернулся. Какой-то бес во мне танцевал, подзуживая: а вдруг? Но здравый смысл твердил: ничего хорошего это не принесёт. Только заново откроет старые раны.

Что касается колена — я просто обязана была заняться им. Если бы удалось вытащить занозу и как следует всё прочистить, может, обошлось бы без больницы. Я справлюсь. Всё под контролем. На сто процентов.

Хотя… ладно, может, не на все сто. Где-то внутри меня всё ещё крутилась мысль о Кэле — как юла, вот-вот слетевшая с края стола. Я помнила, как себя чувствовала рядом с ним. Проблема была в том, что он мне нравился. А поцелуй в отеле… даже больше.

Я покачала головой. Нет. Это — из разряда того, чего мне пока не стоит касаться. Я могла расти над собой только в одном направлении за раз. Моё сознание просто не выдержало бы встречи с ним сейчас. С его красивым лицом, чётко очерченными скулами и зелёными глазами.

Я добралась до дома, таща за собой пакет с лекарствами и перевязочными средствами, которые, надеюсь, помогут. Пересекая газон и тротуар, я почти рухнула, но всё-таки добралась до своего здания. За углом, хромая, я резко остановилась.

У стены рядом с моей дверью стоял мужчина. Увидев его, я сразу узнала широкие плечи. Вон. Он поднял голову, когда я подошла, стараясь не показывать, как сильно хромаю. Волосы, как всегда, приглажены гелем и зачёсаны набок. Лицо — прямоугольное, с заметными возрастными складками. Вон был старше меня на пятнадцать лет, но сейчас эта разница казалась особенно явной. Очки без оправы, знакомая рубашка с короткими рукавами и тропическим принтом.

И правда: что я вообще в нём нашла?

— Привет, Рут, — улыбнулся он.

Я нахмурилась, остановившись перед ним.

— Откуда ты знаешь, где я живу?

— Ты оставила адрес в деканате, — он кивнул назад, будто показывал в сторону Денвера.

— Да, но как ты его получил? — я скрестила руки на груди, ожидая ответа.

Он почесал руку.

— Ну, технически, я всё ещё твой научный руководитель.

— Да ни хрена ты не руководитель, — процедила я. Я крепче скрестила руки, хотя это вряд ли удерживало всё то, что хотело вырваться наружу и разбиться у него под ногами. Ты меня бросил! Ты предал! Ты использовал меня!

— Рут, послушай, — Вон протянул ко мне руки. Я отшатнулась, но колено не выдержало, и он успел меня подхватить. Его липкие ладони схватили меня за локти, и, к моему ужасу, он притянул меня к себе. Его карие глаза изучали мои с наигранным беспокойством. — Я знаю, что поступил плохо. Жестоко. Но пойми, мне нужно было защитить финансирование.

— Наше финансирование? — прошипела я сквозь клубок слёз и злости.

Он проигнорировал мои слова. В этом он, кстати, был мастер.

— Я не знал, сколько займёт исследование, но оно идёт лучше, чем я думал. Мне действительно нужны ассистенты. Настоящие.

— Ага. Потому что всё, что я делала для тебя, было понарошку, — я говорила ледяным тоном.

Губы Вона сжались в тонкую линию. Он посмотрел на меня поверх очков.

— Не будь неразумной. Ты понимаешь, о чём я.

Господи, этот снисходительный взгляд. Как я вообще столько лет его выносила? На что надеялась?

— Отпусти меня, — выдохнула я.

Он подчинился, но отступил всего на шаг.

— Мне нужна ты, Рут.

Сердце сжалось, я положила руку к основанию шеи.

— А мне ты не нужен. Уходи. Меня не интересует ни ты, ни твои предложения.

— Рут, — снова повторил он. И теперь в его голосе появилась злость, брови сдвинулись. Я попыталась обойти его, чтобы открыть дверь, но он схватил меня за руку и потянул обратно. — Если я не наберу достаточно ассистентов, у меня отберут финансирование. Мне нужна ты.

— Ты просто невыносим. — Я вырывалась, но он держал крепко. — Надо было думать об этом в ноябре.

— Это пятилетний контракт, — процедил он. — Настоящий. У меня в машине. Можешь подписать прямо сейчас.

— Ни за что! — почти закричала я. Нога горела огнём, разум кружился от самого факта, что Вон здесь, сейчас, требует от меня вернуться. — Убери руки. Мне не интересно.

— Где я, по-твоему, найду другого доктора по истории средневекового искусства? — голос повышался, хватка крепла. Лицо пошло пятнами от злости. — Я искал. Ты — единственная. Именно поэтому я и сказал тебе получить степень.

Вот оно. Он хотел не меня рядом. Ему нужна была тёплая туша с нужной бумажкой.

— Тогда тебе стоило уважать меня, — выплюнула я.

Вон резко отпустил меня, и я врезалась в дверь, ударившись правым коленом. В глазах потемнело от боли. Я вцепилась в ручку, чтобы не рухнуть.

— Уходи, — прохрипела я. — Я серьёзно. Нет.

— Ты передумаешь, — процедил он.

Он подошёл вплотную и с силой ударил ладонью в дверь рядом с моим лицом. Я замерла, съёжившись. Он никогда раньше не был вот таким… не по-настоящему. Он кричал на студентов, огрызался на официантов, но физически — никогда. Рука дрожала на дверной ручке. Он прошипел мне в ухо:

— Можешь изображать недотрогу, но мы оба знаем: ты сделаешь всё, что я попрошу.

Я сжалась внутри, как опалённый одуванчик. Плечи вжались, дыхание застряло в груди.

— Уйди, — прошептала я, сломленным голосом.

Он ушёл. Я дрожащими руками вытащила ключи, с трудом попала в замок, открыла дверь и ввалилась внутрь. Боль в колене наложилась на боль в груди и я, всхлипывая, рухнула на пол. Я позволила слезам вырваться наружу. Лежа на боку, глядя на свою кухню, я дала волю тому, что рвалось наружу с момента возвращения Вона.

Лишь спустя несколько часов я смогла пошевелиться. А потом погрузилась в боль и лихорадку, охватившую всё тело.

Глава 13

Кэл

Строки на