Возвращение в Покипси - Анастасия Дебра

— Коп? Чёрт, тебе пора было уже покопаться в комнате для улик.

— Если они положили на тебя глаз, ты ни к чему не прикоснёшься. Ладно. Неважно. — Райан собрал свой значок и телефон, прежде чем показать владельцу магазина палец. — Пошёл на хер.

Сообщение было отправлено. Райан впервые официально появился в роли слегка сумасшедшего полицейского.

Глава 11

Сладкие сокровища

— Как дела? — Ливия закончила уборку прилавков днём в понедельник.

Блейк помог срыгнуть Келлану, прежде чем начать легко покачивать.

— Твой отец сообщил, что он вышел из больницы и вернулся домой. Я хочу пойти проведать его.

Она прислонилась к уже влажному пластику.

— По крайней мере, я бы хотела приготовить ему несколько ужинов. Ты слышал что-нибудь от Евы?

— Прошло две недели. Ни слова. — Блейк переместил ребёнка, чтобы укачивать его.

Она на мгновение остановилась, захваченная видом бицепса Блейка, сгибающегося, чтобы защитить голову Келлана. Она была уверена, что её гормоны — это просто безумие, но Блейку было жарко держать ребёнка, ничего большего.

Ливия подошла близко, чтобы поцеловать голову ребенка, а затем губы Блейка.

— Спасибо.

— За то, что он отрыгнул? — Он наклонился вперёд, чтобы поцеловать её в лоб.

Она покачала головой.

— За то, что боролся за это. За нас. Каждый день.

— Это честь для меня, миссис Харт. — Блейк снова принял своё удобное положение для поддержки ребёнка во сне.

— Когда мы в последний раз спали? Ты помнишь? — Ливия подошла к холодильнику. Она знала, что у неё есть некоторые продукты, срок пригодности которых уже давно истёк.

— Ты про сон? Например, полежать в постели и закрыв глаза, пока не наступит утро?

Она улыбнулась.

— Забавно. Я имею в виду, хотя бы четыре часа, пуская слюни в качалке.

— Думаю, я предавался этому удовольствию в среду на прошлой неделе. Когда-нибудь им захочется спать, да? Правда же? — Блейк улыбнулся, когда Эмма влетела на кухню в костюме единорога.

Она увидела спящего Келлана и заговорила преувеличенным сценическим шепотом:

— Папа, младший брат Келлан спит. Не чихай!

Блейк прошептал:

— Я не буду.

— Мама, сегодня в школе со мной поздоровался мужчина. Я сказала ему, что он чужой, и я не разговариваю с такими людьми. — Она перетащила стул, чтобы залезть на стойку.

Ливия почувствовала, что бледнеет, и увидела, как Блейк остановился на полпути.

— Где была мисс Дженни?

Эмма достала из шкафа упаковку фруктовых жевательных конфет.

— Фрэнк ударился головой, и у него пошла кровь. Я играла с Сойером в лягушек, и настала моя очередь убегать. Я была у лесной ограды. — Она зубами разорвала пакет.

Ливия сдержалась. Внезапно ей захотелось схватить свою девочку и выбить всё дерьмо из учительницы. Это было иррационально с её стороны — воспитательница в детском саду была превосходной.

— Что именно он тебе сказал? — спросил Блейк, возобновляя своё хождение кругами.

Эмма была слишком умна, её нельзя было вести в заблуждение.

— У меня проблемы? Мамочка?

Она всмотрелась в лица своих родителей, большие зелёные глаза наполнились слезами.

— Конечно нет, — сказал Блейк. — Но ты была права, он незнакомец, поэтому твои родители должны узнать, что он сказал.

Ливия подошла к Эмме и обняла её, целуя в голову.

— Расскажи мне, что случилось с незнакомцем. Мы гордимся тем, что ты поступила правильно.

Её дочь сжимала фрукты, как мягкую игрушку.

— Прости. Прости.

Ливия стащила Эмму со стойки и крепко обняла её, с трудом сдерживая слёзы с нечеловеческой силой.

— Нет. Ты всё сделал отлично. Тсс.

Она отнесла всхлипывающую девочку к качалке и села, напевая её любимую колыбельную. Эмма начала плакать. Блейк уложил Келлана в манеж и начал помогать Ливии утешать их девочку.

— Эй, посмотри на меня, дорогая. Всё нормально. Я так рад, что ты рассказала об этом мне и маме. Это было действительно храбро. — Он похлопал её по спине и поцеловал в щёку.

Сквозь икоту и всхлипывание Эмма изложила свою версию событий.

— Ну, я была лягушкой, а Сойер был ловцом лягушек, поэтому я подбежала к забору и вошла в запретную зону всего на минуту. Всего на секунду. И тогда незнакомец сказал: «Эмма». А потом он спросил меня, есть ли у папы рисунок на руке, и показал мне её фотографию. — Эмме поворачивала руку Блейка, пока они все не увидели их братское тату. — У него под глазом была длинная отметина, похожая на старую ляпку. А потом я сказала ему, что он незнакомец, и ушла.

Ливия крепко обняла Эмму.

— Всё нормально. Ты здесь. Я поняла тебя. Поняла.

Она снова начала напевать и по привычке раскачивала кресло. Эмма засопела, уснув. Ливия положила голову на голову дочери. Блейк покачал головой и посмотрел на свою татуировку. Ливия подняла руки и пожала плечами, спрашивая его, какого черта они собираются делать, даже не произнеся ни слова.

Блейк придвинул пуфик поближе и сел, положив руку ей на спину. Время от времени её дыхание во сне сбивалось, а тело всё ещё немного вздрагивало.

— Я скажу твоему отцу. Я найду способ рассказать Еве. И Эмма не вернется в эту школу. — Блейк выглядел готовым защитить их всех одним лишь гневом и страхом.

То, что сказал её отец миллион лет назад, проникло в позвоночник Ливии и проникло в её сознание:

— Знаешь, как мы в участке называем Беккета Тейлора? Кровавый ублюдок.

Ливия любила Блейка всем своим существом. Он был замечательным отцом и мужем, но она ни в коем случае не поставит детей под угрозу. И она испугалась, что они уже оказались в опасности.

* * *

Ева добавила бриллиантовые серьги и отошла от зеркала. Формально это была её комната в особняке Мери Эллен, но за почти две недели официальной «работы» она так и не переночевала здесь. Девочек, так сказать, не садили в клетку, но настоятельно рекомендовали остаться.

Ева отказалась. У неё были дела. К счастью, одна из них в настоящее время не собиралась работать в Silver Force Industries. Они великодушно предложили ей отпуск, когда она рассказала о внезапной болезни отца. И она действительно проверяла его. Ну, вообще-то она проверяла новости у нанятой ею охраны. Если люди Мери Эллен ещё не сложили два и два, она не собиралась помогать им, провожая их к двери своего отца.

Она бесстрастно посмотрела на своё отражение. Платье было дизайнерским и стоило, вероятно, дороже, чем дорогие портьеры. Она застегнула пряжку своего высокого каблука, тоже алмазную, прежде чем ещё раз проверить нож в подвязке. Взять с