Отдам папу в хорошие руки - Лана Гриц

Лена смотрит на меня, как на истукана.

— Я сказала тебе правду, — недовольно произносит она. — Или ты не можешь смириться с тем, что Лизе ни ты, ни твоя дочь нахрен не сдались? И что ты вообще нашел в этой серой мыши? Да, Юшков, раньше у тебя был вкус получше.

— Верни ключи от моей квартиры, — тихо говорю я и прожигаю ее строгим взглядом.

— Почему? — блеет она.

— Я не хочу, чтобы ты имела доступ к моей квартире. Все просто.

— Может, теперь и с Варей будет сидеть Лиза?

— Может и будет, — решительно отвечаю я.

Она недовольно фыркает и уходит из кухни. Я потираю шею рукой и прислушиваюсь. В прихожей раздается звук молнии, металлический стук. И вот в меня уже летит связка ключей. Я сразу же их ловлю и прячу в карман.

— Да подавись!

Я уверенно направляюсь в комнату.

— Варя, собирай свои игрушки обратно в рюкзачок.

— Посему? — малышка хлопает своими удивленными глазками.

— Со мной поедешь на новую квартиру.

Лена просачивается между мной и дверью, упирается руками в дверной косяк.

— Не забирай Варю, я посижу с ней, — ее глазки растерянно блуждают по моему лицу.

— Я больше не нуждаюсь в твоей помощи, — выдерживаю спокойный тон, чтобы не напугать дочь.

Варя послушно собирает игрушки и берет меня за руку. Мы выходим в коридор.

— Дим, зачем ты так. Ты же знаешь, как я люблю Варю.

Я помогаю малышке застегнуть сандалики.

— Я дал тебе шанс, Лена. Я попросил тебя сказать правду. Ты продолжаешь стоять на своем.

Лена стоит у двери, держится за ручку и поджимает губы.

Я поднимаю Варю на руки, она прижимается ко мне щекой к щеке, обнимает за шею.

— Ты ошибаешься, Дим, — тихо говорит Лена.

— Надеюсь, — отвечаю я и выхожу из ее квартиры.

В машине я завожу двигатель и опускаю стекло. Теплый воздух пахнет липой и асфальтом. Пару минут просто сижу, глядя в никуда, а руки сжимают руль до побелевших костяшек.

— Папуя, — вдруг говорит Варя, — а тепель мы поедем к Лизе?

Я усмехаюсь, но без радости.

— Нет, Варварёнок. Теперь мы поедем клеить обои в твоей комнате.

— А ты злися?

— Немного.

— А на кого ты злися?

— На себя, наверное.

И я действительно злюсь на себя. За то, что поверил Лене и позволил этой путанице вырасти до скандала. За то, что не сразу защитил тех, кого должен был.

Во дворе нашей новой квартиры уже стоят Сергей и Гриша.

Серега, как всегда, опирается задницей на машину, руки в карманах, вид у него довольный, как будто он только что решил все мировые проблемы. Это у Юшковых в крови, именно поэтому брат решил служить в спецназе.

Рядом стоит Гриша с кофе, что-то ему рассказывает и активно жестикулирует.

— Селёёёзааа! — визжит Варя и со всех ног несется к своему дядьке.

Сергей подхватывает ее на руки и кружит.

— Привет, помощница! Где же ты была все это время, я тут без тебя скучаю!

— Мы были у Лизы! — гордо сообщает Варя. — И пекли песенье! Осень вкусное!

Сергей усмехается и бросает на меня понимающий взгляд.

— Печенье, говоришь? Ну, потом расскажешь, братец.

Я пропускаю его слова мимо ушей.

Поднимаемся в квартиру, здесь пахнет свежим клеем и деревом. Варя сразу бежит в свою комнату, где вдоль стен стоят рулоны обоев.

— А че это ты с Варей приехал? — спрашивает Гриша, оглядывая рулоны. — Некому оставить?

— Нет, — коротко отвечаю я.

Сергей, не отстает:

— А Лена?

Я поворачиваюсь к нему.

— Она не смогла.

Брат сразу считывает мой тон и поднимает ладони, сдаваясь.

— Понял-понял, дальше не копаю.

— Так, мужики, меньше разговоров, больше дела, — говорю я. — С обоями надо сегодня закончить.

Варя тем временем нарезает круги по комнате и хлопает в ладоши.

— Я буду командилом!

Мы с мужиками переглядываемся и невольно улыбаемся.

Сергей раскатывает первый рулон, Гриша возится с клеем, я держу уровень.

— Ну что, — бурчит Гриша, — сейчас мы этих зайцев как приклеим, так и отодрать потом нельзя будет.

— Только смотри, чтобы не вверх ногами, — подтрунивает Сергей.

— Да знаю я, не первый раз!

Я отступаю на пару шагов, прикидываю, как пойдет стык.

— Держи выше… нет, чуть левее… Стоп! Варя, не ходи по клею!

— А я босиком! — радостно сообщает дочь и оставляет отпечатки маленьких ножек на ненужном куске обоев.

Гриша начинает смеяться.

— Похоже, у нас тут новый дизайнер растет.

— Я дизайнел командилов! — гордо заявляет Варя.

Сергей присаживается на корточки, глядя на рисунок.

— Ну что, Варя, вот сюда этих зайцев и приклеим, да?

— Неть! — решительно говорит она. — Зайцы долзны зить возле звездосек, потому сто ночью они спят под звездами.

Мы все переглядываемся.

— Командир сказала «делаем под звездами», — бурчит Гриша. — И не спорим.

Варя сидит на полу, наблюдает, как мы выравниваем очередное полотно. Я вижу, как она аккуратно собирает с пола обрезки бумаги и складывает их в кучку.

У нее такой серьезный вид, будто ей доверили важнейшую миссию.

Гриша кашляет, скрывая улыбку.

— Ну все, мужики, последняя полоса и мы чемпионы.

Сергей хлопает меня по плечу:

— Зато не скажешь потом, что у тебя скучная жизнь.

— Ага, особенно с такой помощницей, — отвечаю я, глядя, как Варя мажет стену маленькой кисточкой, подражая нам.

Комната оживает. На стенах зайцы и звезды, на полу Варя, в углу – ведро с клеем.

А в груди у меня, как ни странно, становится легче.

Никаких интриг и никакой фальши.

ГЛАВА 30.

Лиза

Я стою у зеркала, держу в руках тюбик с мазью и злюсь.

Как помазать спину, чтобы не растереть все остальное и не пропустить ни одного пятнышка?

Смотрю на себя то сверху, то слева, скручиваюсь в какой-то рогалик и пытаюсь дотянуться рукой до пятнышек.

— Блин.

Снова поворачиваюсь на полшага, перекручиваюсь в другую сторону, извиваюсь, как змея на сковородке.

Вот еще один минус жить одной: даже простые вещи превращаются в акробатический трюк.

— Это какое-то издевательство, —