Развод. Чужая жена для миллиардера - Галина Колоскова

class="p1">Нужно думать о чём угодно, чтобы не сойти с ума. Она представляла, как Глеб мечется наверху. Знала, он чувствует то же, что и она, но ему тяжелее вдвойне. Обещал, что больше ничего с ней не случится и вот… Душа ныла, представляя, как гуляют желваки по скулам мужественного лица. Единственная надежда на интуицию, логику и мозг самого умного мужчины в её жизни.

Она услышала шум за спиной. Подвал простукивали! Надежда согрела сердце. Её умный Глеб догадался про Лизу?!

— Ускоряемся! — Родик с силой рванул её на себя. — Шлюха, перебирай ногами, а то пристрелю прямо здесь!

Лика сжала зубы и побежала, с трудом переставляя в темноте ноги. Умирать, не отомстив убийцам семьи, не собиралась! А ещё, на ней висит слово в ночь «потома» быть послушной девочкой для Глеба и своё обещание обязательно выполнит!

Глава 25

— Умная девочка! — похвала от мужа вызвала в Лике обратную реакцию. Как побитого щенка по головке погладил. Усмешка в словах: — Будешь и дальше слушаться — получишь приз!

Он резко остановился, подставив под ничего не видящую жену грудь. Она поневоле очутилась в ненавистных объятиях.

Лика дёрнула головой, избавляясь от руки, погладившей щёку. Родион хохотнул.

— Недотрога моя! Успел соскучиться по твоим протестам.

Новый Родик напрягал больше старого, чьё поведение стало понятным и предсказуемым. Этот точно что-то задумал и Элю это очень раздражало. Рычание с фырканьем неслось впереди.

— Торопись, нашёл время на нежности! Ещё немного и нам сядут на хвост, нужно успеть выйти на трассу!

— Не ревнуй! — Осипов ощущал себя шейхом в гареме. — Выберемся, не бзди, лишь бы ты в спину не выстрелила.

Вряд ли с его мечтами согласится Эля.

— Не доводи!

Лика внутренне сжалась. У бешеной сучки есть пистолет? Противно засосало под ложечкой. Бояться нужно обоих. Если бывшая подруга начнёт стрелять, то в первую очередь в соперницу.

Впереди показался свет. Сердце быстро забилось, но радость оказалась преждевременной. Надежда, что у выхода встретят люди Глеба, улетучилась. Растаяла вместе с ударившим по перепонкам ором всполошившихся птиц, молчавших рядом с домом.

Подземный тоннель, огибая озеро, выходил в лес.

Нервы сдали. Жирная пыль забила ноздри. Лике стало нечем дышать. Она дёргала головой в попытке втянуть свежий воздух. Ноги подкосились, голова закружилась. Ещё немного и потеряет сознание.

Родик удерживал её на весу.

— Чёрт! Не вздумай сдохнуть! Я сейчас уберу скотч, но… если издашь хоть один крик, завалю тебя и твоего миллиардера! — он перепугано смотрел в помутневшие глаза. — Кивни, если согласна!

Пришлось кивнуть.

Скотч резко оторвался от губ. Она не чувствовала боли, пока с жадностью наполняла лёгкие воздухом. Виски ломило. Думать почти не могла.

Пришлось подчиниться и молча плестись за похитителями. Больше себя боялась не за себя, за Глеба. По глазам поняла, Родя готов на всё ради исполнения давнего плана.

— Давай вперёд. Тут близко! — он тащил её в сторону поляны, на которой стоял внедорожник. — Совсем немного, дорогая, и останемся только мы с тобой. Никаких миллиардеров с холдингом… — Тихий шёпот перешёл на рык. — Ты моя! Не стоило забывать об этом!

— Какое вдвоём? — Эля вцепилась в локоть любовника. — Совсем обалдел? Что за разговоры?

Он недовольно рыкнул:

— Образно! Что ты цепляешься к каждому моему слову?

— Образы твои мне не нравятся! Лариса Ивановна в открытую показывает, что не рада мне. Ты со своими тупыми приколами. Что мне думать?

— На «думать» есть я! Ты на хорошо раздвигать ноги и обхаживать тётку!

Лика встала, как вкопанная.

— Лиза у вас? — и тут же пожалела о сделанном. Язык, как всегда, обгонял мысли.

Родион больно дёрнул её, разворачивая лицом к себе.

— Надо же, имя вспомнила, — он пытливо вглядывался в бледное, измазанное грязью лицо. — Что ещё?

Злой блеск в чёрных глазах пугал. Родиону явно не нужны проблески в её памяти. Из жертвы Лика могла стать обвинителем, а у него на неё были совсем другие планы. Он вцепился в плечи жены.

— Не слышу!

Она быстро бормотала оправдания.

— Всё тот же сон, где убивают маму, но она просила меня бежать за Лизой. Фотографии с моих похорон. Я постаревшая, это фотомонтаж или родственница, о которой говорила Эля? Татьяна Петровна подтвердила. Если тётка, то по логике она может быть Лизой?

— Больше ничего? — он сканировал взглядом, но в этот раз она сумела сыграть ничего не помнящую. — Говори всё, я смогу объяснить. Логичная ты моя!

Мотнула головой.

— Больше ничего.

В животе холод. В душе надежда лишь на одного человека. Глаза напрасно шарили по лесу в его поиске.

Стрёкот множества кузнечиков, жужжание неугомонных пчёл, шорох высокой травы — сливались в музыку прощального реквиема.

Родик открыл машину.

— Садись!

Не церемонясь, запихнул её на сидение рядом с собой.

Лика почувствовала в салоне слабый запах бензина.

В это время в доме.

— Лика-а-а!.. — Глеб крикнул в десятый раз, хотя понимал, что криками её не вернуть. — Сердце резало льдом заледеневшей крови. Душу выворачивало наизнанку страхом. Не думал, что будет так больно от потери малознакомой «занозы».

Он скривил рот, не желая выслушивать оправдания. Если кто и виноват, то только сам, знает же её нетерпеливый характер.

— Глеб Фролыч, мы не виноваты. Вы были в доме. Витя слышал странные звуки снаружи. Три раза дом обошли, но ничего нет. Словно под землю кто-то провалился!

Глеб вскинул голову на лестничный пролёт. Вот она, подсказка!

— Под землю говоришь… — Несколько шагов наверх, и он замер на месте, где десять минут назад оставил Лику.

Аксаков вспоминал каждый жест, каждое её слово.

— Что она рассказала о Лизе? Мама просила бежать за ней, спрятаться… — Он повернул голову туда, куда был устремлён взгляд блондинки.

Несколько шагов вниз и влево. Широкий коридор с двумя ответвлениями. Дверь в столовую и…

— Подвал! — как я сразу не догадался? — Глеб, толкнув дверь, столкнулся лицом к лицу с темнотой. Вязкой, осязаемой, имеющей кроме прочего запах Лики.

— Она была здесь! — он готов был кинуться вниз, но вовремя вырубил эмоции. Была бы сейчас там, дала знать. Страшное слово «неживая» не хотел произносить даже в мыслях.

Щелчки выключателем ничего не дали. Глеб включил фонарик на смартфоне. Чёткие следы на ступенях. Пыль, что сухой гипс, сохранила отпечатки её туфель, но внизу они смазаны, словно передвигалась очень медленно, волоча ноги. Что могла делать?

— Лика прощупывала стены! Делайте то же самое, замечайте любые неровности и углубления. Я сейчас вернусь!

— Босс, тут не только её следы!

— Знаю, ищите ещё одну дверь