Развод. Чужая жена для миллиардера - Галина Колоскова

Втянуть воздух получилось с трудом. Волноваться рано. Каждая женщина носит кольцо. Он вперил взгляд в лицо офицера, придавив неизбежностью бури:

— Можно взглянуть?

Тот нехотя достал из папки пакетик и протянул на ладони.

— Тела отправили экспертам, а это сам в отдел завезу.

Сердце ухнуло вниз. Пришлось продавливать ком в глотке. Этот ободок с бриллиантом он сам надел на тонкий пальчик невесты. Но разум верить в смерть любимой блондинки отказывался.

Полицейский обрадовался реакции богача.

— Вы узнали кольцо?

Побледневший Глеб кивнул:

— Да.

И отошёл в сторону, принять вызов, взорвавший недолгую тишину.

— Олег? Как ты вовремя!

Хороший знакомый моментально определил его состояние.

— Чего такой мёртвый, что случилось?

Глеб покосился на замершего в стороне офицера полиции и перешёл на шёпот.

— Сгорел внедорожник Родиона с двумя пассажирками в салоне. У одной из них кольцо Лики…

Детектив ответил не сразу.

— Верится с трудом. Я тут немало чего нарыл. Посмотришь при встрече, — уверенный голос профессионала успокаивал. — Глеб, директор детдома взяла недельный отпуск и вылетает через час в Сочи. Думаю, нужно к ней пристроиться хвостиком. Я уже в аэропорту.

Глеб закричал, не в силах сдержать эмоции. Вот зацепка, которую стоит проверить. Почему сам не догадался раньше?

— Как ты вовремя! Конечно, лети. Дополнительные средства скину на карту. Дружище, пусть твои люди пробьют, не забронированы ли на ближайшие рейсы места для Родиона и Лики Осиповых. Посмотрят любую фамилию с именем Лика.

— Понял! Повиси недолго. Сейчас узнаю…

Глава 27

Родик гнал в сторону города, нарушая все правила.

Лику мотало по креслу, не помогал ремень безопасности. Все задумки, как вырубить мужа и сбежать, рушились. Она не боялась бывшую подругу, с которой сумеет справиться, как делала в детском доме. Обезоружить сильного мужчину намного сложнее.

— Куда так гонишь! — Эля цеплялась за ручку двери и впереди стоящее кресло. — Хочешь всех нас угробить?

Родион усмехнулся, бросив взгляд в зеркало заднего вида.

— Не бойся, всё под контролем. Или мечтаешь оказаться в тюрьме?

Эля не сдерживала недовольство. Между любовниками пробежала собака.

— С ней можешь делать всё, что захочешь, но не со мной! Ни в тюрьму, ни на тот свет не спешу.

Она долго ворчала, но Лика старалась не слушать.

Подруга для неё навсегда умерла в злополучный день свадьбы.

Они отъехали на приличное расстояние от деревни, когда Осипов нажал на тормоза за несколько десятков метров до небольшого лесочка. Двигающаяся за ними машина вовремя остановилась, чуть не влепившись в зад.

Эля с криком полетела вперёд. Тёмная голова впечаталась в стекло.

Лика ударилась лбом о панель, но ремень удержал ей в кресле.

Подушки безопасности не сработали или их не было. Всё происходило словно в замедленной съёмке.

Лика с ужасом смотрела как лицо соперницы заливает кровь. Пальцы вцепились в ручку двери. Она дёргала заблокированный выход с требованием.

— Выпусти меня отсюда, выпусти! — истерика выплёскивалась наружу визгливым криком. Лика перебирала ногами, уворачиваясь от капель крови собравшейся в лужицу на панели и струйкой, стекающей на коврик. — Помоги ей! — Она с трудом подавила рвотный позыв. — Я не могу находиться рядом!

Родион снял блокировку и рванул свою дверь со словами:

— Я тоже! — и быстро выскочил из машины.

Лика за это время успела избавиться от ремня безопасности. Разум отказывался верить в происходящее.

Родион, не давая опомниться, выволок её наружу и чуть не бегом потащил в автомобиль, что стоял за ними.

— Не вздумай орать или вырываться! Будет то же, что с Элей.

— Почему? — Лика видела по глазам, что муж понял вопрос. — В один миг любовница надоела? Так не бывает!

Он взорвался, перейдя на крик.

— Потому, что всё было бы по-другому, не затащи она меня в ту подсобку на свадьбе! — Родик раздул ноздри, выговаривая не только ей, но и себе. — Идиотка! Любительница слушать чувства ушами…

Он стукнул кулаком по собственному колену.

— Какого чёрта ты отправилась меня искать? — Предатель странным образом просил прощения. — Наговорить я мог всё что угодно. Нужна была её помощь, — он перескакивал с одного на другое. — Мы выбрали тебя мне в жёны! Мама никогда не приняла бы Элю. Ты порода, а она шавка безродная.

— Мы из одного детдома! — Лика захлебнулась словами, не понимая, что происходит. Ожидала угроз, грубых слов, избиения, но не этого. — Ты трахал её!

Осипов впечатал жену спиной в автомобиль, из которого выскочил крупный мужчина.

— Заткнись и слушай! Сейчас говорю я! — он кинул ключи здоровяку. — Всё нужное найдёшь в багажнике. Трупы облей дополнительно. Чтоб успели сгореть. — Взгляд упал на правую кисть жены.

— Снимай кольцо!

— Ни за что! — Лика сжала пальцы в кулак.

Родик оскалился волком:

— Ты дура? Думаешь, два мужика не смогут его стянуть?! Сейчас у тебя здоровые пальцы, а будут сломанными!

Здоровяк угрожающе ухмылялся. Лицо уголовника, не обременённое интеллектом, не обещало ничего хорошего. Пришлось разжать дрожащую руку. Родион с остервенением стащил кольцо.

— Замуж собралась? — в чёрных глазах плескалась ярость. — Забыла, что ты уже там?

Он швырнул ободок в лапу мордоворота.

— Делай всё, как договорились!

Лика отвернула голову, не желая смотреть в лицо безумца, решившего рассказать о высоких чувствах после убийства любовницы.

Она уперлась ладонями в горячий метал, выплёвывая в ненавистное лицо.

— Твоя жена умерла!

Осипов с рычанием оттянул назад копну светлых волос, заставив смотреть на себя. Теперь чёрные глаза сверкали хищным блеском.

— Не доводи, чтобы я отправил тебя на тот свет вторично! — В этот момент он походил на безумца.

Становилось по-настоящему страшно. Она всхлипнула:

— Ты уже обещал закопать.

— Ты бросила меня! Не успев узнать о моём подарке. Я предлагал хорошие деньги тем, кто тебя видел, таких не нашлось. Обратился в полицию, не нарыли даже следа сбежавшей невесты! Я ненавидел тебя за побег и за то, что посмела погибнуть. Кто знал, что ты окажешься сильной.

Он навис сверху. Большой палец обводил контуры пухлых губ. Будто не было пролетающих мимо машин. Трупов, которые здоровяк рассаживал в джипе. Жадный взгляд шарил в глубоком вырезе платья.

— Привык видеть тебя другой, — сказано с хриплым придыханием.

Лика ощущала себя обнажённой, выставленной напоказ перед толпой. Мерзкое чувство гадливой брезгливости. Желание сбежать ещё тысячу раз. Холод в груди, в животе. Бабочки отказывались порхать. Нет и капли трепета рядом с Родей, который был раньше.

Он увидел неприятие в голубых глазах и моментально стал грубым.

Рывок на себя. Толчок в распахнутую настежь заднюю дверь автомобиля. Она упала на сидение. Родион