Не целуй меня - Лана Ирис

Ничего нет — с моей стороны.

А с его стороны…

Это похоже на признание. Это похоже на ответ мне. Ответ, который я не ждала.

Ответ, который мне не нужен.

Мне ничего не нужно от тебя, Ворон! Мне не нужны твои поцелуи. Мне не нужны твои чувства. Мне не нужна твоя защита!

Ты мне не нужен…

Как мне сказать ему это? Как сказать самому ужасному парню, которого все боятся, и которого так сильно боюсь я, что это все банальная ошибка⁈ Я не признавалась ему. Этот демон не нравится мне! Мне нужен другой парень!

Ворон, Ты мне не нравишься! Я влюблена в другого парня! Ну же, скажи, скажи, скажи ему это! А я молчу…

Почему я молчу?

Я говорила, что мне не страшно. Но внезапно…

Мне стало очень страшно.

Я смотрю в эти темные глаза, и не слышу шум, который отзывается вокруг.

Не слышу криков удивления, каких-то брошенных издали коротких слов, или звуков, издаваемых на поле другими людьми.

Есть только я и он.

И отголоски нашего поцелуя. Сумасшедшего поцелуя. Поцелуя, сносящего голову.

А еще ледяной дождь. Крупными каплями бьющий по плечам, лицу, стекающий по раскрасневшимся и опухшим от такого внезапного и такого безумного поцелуя губам…

Время остановилось.

Все ушли. А мы насквозь мокрые.

Вдвоем.

Мне нужно что-то сказать. Я должна сказать. Это очень важно!

Слова застряли в горле.

Что я хочу сказать? Больше никогда… никогда… Больше никогда не целуй меня!

Не целуй меня, Ворон!

Не целуй меня.

Смогу ли я сейчас сказать ему это?

Глава 19

Дождь становится сильнее. Нас, словно поливает из душа нескончаемым потоком. Мы все еще стоим вдвоем на поле.

Все незаметно ушли, скорее всего переместившись в помещение. Игра скоро продолжится, начнется новый тайм…

Но для меня единственным решением после всего произошедшего является побег.

Главное желание — оказаться как можно дальше от него.

Отхожу от парня на шаг, продолжая контактировать с ним зрительно, сжимая собственные плечи дрожащими пальчиками.

Школьная форма насквозь мокрая, и я сминаю ее на плечах. Тонкая ткань сжимается под моим напором, и я чувствую, что мои руки сильно дрожат.

— Нужно идти, ты можешь заболеть, — произносит Ворон, продолжая взирать на меня абсолютно черными глазами. Вода льется с его волос на лицо. Стекает длинными ручейками, прокладывая дорожку к припухшим красным губам. Я неосознанно снова скольжу по ним взглядом.

Пухлые и выразительные… С четкой линией, с идеально — ровным изгибом…

Даже не верится, что Ворон сделал это.

Он поцеловал меня!

Сглатываю, поймав себя на мысли, что не смотря на всю неприязнь, испытываемую к нему, замечаю, что он очень красив и кажется, совершенен. По крайней мере, в эту секунду.

Но это чисто внешне, конечно! Внутри он грубиян, с ужасным чувством юмора и неконтролируемой агрессией. Самое ужасное, что обычно он даже не старается себя сдерживать.

И он мне совершенно не нравится! К тому же…

Он украл мой первый поцелуй и это делает его в моих глазах еще более зловещим.

Ошибка.

Ты ошибся, Ворон.

Не целуй меня больше никогда…

— Я домой ухожу, — произношу сиплым голосом, скользнув глазами на его запястье с моим браслетом.

Ворон руки опустил, мы находимся на расстоянии, и он больше не может коснуться меня.

Мне хочется подбежать, стянуть с него свой талисман. Это талисман моей любви… Символ, который я, глупая девчонка, восприняла так близко к сердцу! Это мое признание для Славы Князева. Это мои чувства.

Они не должен быть у этого парня!

Я должна его забрать. И я это сделаю.

А после, обязана отдать тому человеку, который заслуживает. К которому я испытываю позитивные эмоции. Рядом, с которым мне не страшно. Рядом с которым мне хорошо.

— Не останешься до конца игры? — смаргивает нескончаемо падающие капли с длинных трепыхающихся ресниц. Задерживаю на них взгляд. Маленькие хрустальные капельки перекатываются и нежно поблескивают в черных длинных изгибах.

— Нет, — отрицательно качаю головой и болезненно прикусываю нижнюю губу. Мне хочется закрыть глаза. Хотя бы на секунду сбежать от него. Исчезнуть. Потому что я должна признаться, а волнение не отпускает.

— Тогда я иду тебя провожать.

— Вернись и доиграй тайм, — прошу мягко. Я пытаюсь быть осторожной. Не бросаться в огненную лаву с головой. Агрессия Ворона не должна коснуться меня. Все, кого она касается, становятся неудачниками. А я не хочу лишиться своего места. — Ведь все ждут тебя.

— Подождут. Продлят перерыв, пока я закончу свои дела.

Голос уверенный. Стальной. Он как всегда считает, что его решение не подлежит возражению.

Он главный. Он властвует. А остальные лишь пешки.

— Но… Это некрасиво по отношению к…

— К кому?

— Ко всем.

— Думаешь, мне не похр*н на всех? Особенно, после того, что с тобой сделали.

— Но так нельзя! — возмущаюсь я. — Ты же капитан! Ты не можешь так подводить своих парней!

— Я их не подведу. Вернусь, как только ты будешь в безопасности. И мы продолжим игру.

— Сама справлюсь! Без чьей либо помощи! Я итак в безопасности!

— В безопасности? — тяжелые брови Ворона изгибаются, а губы изламывает невеселая усмешка. — Сколько я тебя знаю, ты никогда не умела постоять за себя. Тебя ни на секунду нельзя оставлять одну.

Контакт наших глаз становится ощутимо ярче.

Я возмущена его словами, хоть они и правдивы, в какой-то степени. Да, у меня не всегда получается бороться. Но я не чувствую себя слабой.

Серьёзно, чего он от меня ожидал? Выстоять против толпы одному человеку — это очень трудно. Эти девчонки явно сильнее. Я — одиночка. А они команда. Команда, которая нацелилась на меня. Они хотят меня уничтожить.

И никто не сможет им помешать. Даже… Ворон.

— Хорошо, — продолжаю бесконечно кусать свою губу под внимательным наблюдением своего маньяка. Что-то наподобие улыбки из себя нехотя выдавливаю. — Но я закажу такси.

Ворон зловеще прищуривается, и наклоняет голову набок. Я разворачиваюсь и ухожу.

Он идет следом за мной в маленькую спорт секцию возле футбольного поля. Из нее я выбежала в розовом костюме поросенка.

Мне нужно много чего высказать Смирнову, который знал, что за издевательство для меня подготовлено. Но в секции физрука не оказывается.

Парни все также натирают кубки, и я подхожу к ним. Они сидят на полу и при моем приближении тут же поднимают головы. Сначала я замечаю усмешку на их губах, но она быстро тухнет, когда они в панике вглядываются за мое плечо.

Я также слегка поворачиваюсь и обнаруживаю,