Не целуй меня - Лана Ирис

И весь этот бред учительским тоном, чтоб вы понимали.

— Я не могу. Слава не так поймет.

— Ага, — снова закатывает глаза. — Он же вообще ничего особо не понимает.

— Ты о чем?

— Да так, — протяжно вздыхает, поднимаясь с кровати. — Пойду я, Мариш. Ты долго-то не прогуливай. У нас в пятницу контрольная важная, помнишь? Идти все равно придется. Твоя трусость тебе погоду не сделает. Нос по ветру, знаешь…

— Конечно, — дергаю плечами. — И не собираюсь я прогуливать! Я не прогульщица! Вот завтра уже приду и… и скажу ему все. Всю правду. В лицо!

— Что? — оборачивается уже у двери. Ошарашенно на меня пялится. С ужасом, затаившимся в красивых глазках. — С ума сошла? Я не верю, что ты сотворишь такую глупость. Не вздумай! Не рой себе яму погребальную!

Как оптимистично.

— Просто скажу ему и все. Так будет честно.

Недовольно качает головой.

— Дура ты, Маришка! Откажешь ему? Унизишь самого Ворона? Ворона! Он же тебя потом со свету сживет! От тебя даже воспоминаний не останется!

Еще оптимистичней.

— Пусть встанет в очередь.

Выходит, подруга из комнаты, продолжая качать головой. Мол, дура дурой, Маришка. А я не дура! Я все решила. И не просто так все. У меня причин много.

Сейчас даже запишу все. По порядку.

Беру листок и каллиграфическим почерком вывожу:

«Причины не встречаться с Вороном»

1. Мне не нравится Ворон. От него у меня колючие мурашки по спине. Это явный признак неприязни. Возможно, даже, ненависти.

Вывод — я ненавижу Ворона.

О, это важная причина, чтобы с ним не встречаться!

2. Мне Слава мой очень нравится. От его взгляда тепло по телу разливается. Возможно, это любовь. Уверена — это любовь.

Вывод: Я влюблена в Князева Славу.

Ну, тут безусловно очень важная причина. Отрицать ее было бы глупо.

3. Клюева и ее вереница верных прилипал. Они меня сожрут, если я буду с Вороном. Склюют заживо!

Вывод: Все очень плохо.

Кто-то не согласен, что это весомая причина? Уверена, вы согласны.

Итак, я могу записать еще сотню причин, но мне придется продолжить вечером, потому что прямо сейчас с работы вернулась Сабина и зовет меня выпить чаю.

Выхожу на кухню, делая вид, что у меня прекрасное настроение. Я никогда не выливаю происходящее в школе на свою семью. У них своих забот навалом.

— Привет, — улыбаюсь и сажусь за стол. — Как дела на работе?

— Отлично. А ты чего сегодня так рано? Ты говорила, что игра будет, и вам всем классом потом полы мыть в спортзале.

Дааа, я соврала. Полы должна была мыть я одна. Но эта информация не должна дойти до ушей Сабины.

— Быстро управились. Работали сообща. Дружно навели чистоту.

— Молодцы. Рада, что такие замечательные ребята у вас.

— Да… мы все — молодцы. Друг за друга горой.

— Ты устала? — Сабина замечает, как улыбка сходит с моих губ. А это потому что я поняла, полы я буду намывать завтра. И никуда от этого мне не деться. Смирнов оставит все на меня. Возможно, в двойном объеме. Стены там протереть… потолки… Опять со стремянки грохнусь. Уже два раза валилась.

— Да, немного. С домашним заданием не стесняются. Нагружают с головой.

— Я сама заберу сегодня Пашу из сада. Ты могла бы поспать, — предлагает заботливо. — И мы вместе с ним погуляем с Хамфри перед сном. Не волнуйся об этом.

— Спасибо, я, пожалуй, соглашусь.

Не дождавшись чая, я ухожу в комнату, чтобы хорошенько отоспаться. Ощущение, что у меня и правда температура. На всякий случай, достаю градусник. Оказывается, тридцать семь и два. Не так много, но моя самая не любимая температура, от которой тяжелые головные боли и сонливость.

Собираюсь попросить у Сабины что-нибудь жаропонижающее, но вспоминаю, что Ворон оставил мне лекарства. Беру пакет и обнаруживаю там: витамины, обезболивающее, жаропонижающее и растительный препарат от кашля. И две гематогенки. А это еще зачем?

Странный парень.

Выпиваю сироп от жара и ложусь спать, перед этим плотно задернув шторы. Завтра. Все завтра.

Завтра я признаюсь ему.

* * *

Просыпаюсь в семь утра, когда меня за плечи тормошит Сабина, и растерянно верчу головой.

Почему Хамфри сегодня не разбудил меня?

Оказывается, Сабина с ним погуляла, потому что он не смог меня поднять…

В висках стучит, я плохо все понимаю. И даже вопрос Сабины: «Все ли в порядке?» доходит до меня с трудом.

Еще она говорит о том, что сумасшедший парень интересовался моим здоровьем, пока они выгуливали пса. Это тоже приносится мимо моего сознания. Отвечаю что-то невнятное, живенько завтракаю, без аппетита, одеваюсь и спешно бегу на остановку. Очень опаздываю.

Благо, в автобусе мне находится место. Ноги совершенно не держат. Состояние-разбитое. В глазах мутно. И я почти не замечаю, что несколько старшеклассников в автобусе меня с интересом разглядывают и шепчутся. Дело привычное. Сегодня мне плевать. есть кое-что поважнее.

И вот, в коридоре гимназии, это мое «поважнее» грозно шагает ко мне.

Осанка прямая, словно струна, натянутая. Движения ленивые и в меру грациозные. Одежда стильная черная, часы дорогие сверкают на запястье… будто и не школу пришел, а в офис элитный. Прическа в творческом беспорядке, а глаза излучают убийственность.

А что такое убийственность в моем понимании? По моему определению, движущимся сейчас ко мне, это когда намерены немедленно уничтожить.

Сиюминутно!

Прихлопнуть, как надоедливую муху…

Для него все вокруг, будто насекомые, ничего из себя не представляющие.

А я еще жить хочу.

Это он еще не знает, что я ему сейчас сообщу.

— Привет, — начинаю первая. Пока готова. Пока смелая. И пофиг, что в толпе побледневшее лицо Динки замечаю.

И плевать, что она что-то шепчет и ребром ладони по своему горлу резко проводит.

И все равно, что народ замедлился, оборачиваются, прислушиваются. «Ухи» выставили. Лунтики. Да, пусть все знают! Я не девушка Ворона! Никогда ею не была. И никогда ею не буду! Новых сплетен они хотят? Они их дождутся.

Прямо сейчас этот демон получит от меня отворот-поворот. Нет времени тянуть. Надо действовать, пока все не зашло слишком далеко.

Ворон останавливается, как вкопанный и сходу задает мне вопрос. Без лишних «Привет». Мне бы у него поучиться.

— Ты почему на сообщения не отвечала? Мы договорились. Я ждал. Полночи не спал.

Вздрагиваю, от безжалостности, звучащей в его голосе. Нервный какой-то и злой.

Точно не выспался. Опять меня во всем винит? Из потемневших глаз молнии сверкают.

Брр… снова мурашки по спине.

Псих!

— Сейчас я