Покойся по кусочкам - Кэндис Райт

спрыгивает на землю, показывает режиссеру большой палец и направляется в нашу сторону. На секунду она замирает, оглядывая нас. Может, она и не видит нас четко издалека, но наши жилеты выделяются достаточно ясно.

Мимо проходит другая девушка и направляется прямиком к режиссеру, полностью игнорируя нас. Темные волосы собраны в хвост, и я машинально осматриваю ее фигуру, зная, что мои братья делают то же самое. На ней узкие синие джинсы Wrangler46, клетчатая рубашка и коричневые ковбойские сапоги. Одежда хоть и закрытая, но подчеркивает каждую линию тела, не оставляя простора для воображения.

— Она уже закончила? Жду целую вечность, — говорит она, даже не скрывая раздражения.

Режиссер поворачивает голову на голос, и только едва заметное подергивание мышцы на челюсти выдает его раздражение.

Женщина красивая, этого у нее не отнять, но стоит ей открыть рот, и я понимаю, что красота лишь внешняя. Через час в ее обществе мне, скорее всего, захочется либо отрезать уши себе, либо пристрелить ее.

— Мы сделали всего два дубля, Моника. Нам повезло, что у нас такой талантливый каскадерский состав, потому что изначально я планировал снять больше, — холодно говорит он, но ее это совершенно не волнует.

— Подожди, если это Моника Миллер, то кто тогда та девушка на лошади? — спрашиваю у Крейна.

Моника поворачивается на мой голос, оглядывает нас с таким выражением, будто мы сладости на полке, но затем замечает наши жилеты и морщится.

— Я Моника Миллер. Уверена, вы меня узнали.

— Да нет, — протягивает Блейд, а я качаю головой.

— Нет. И я не про тебя спрашивал. Меня интересовала она, — киваю в сторону девушки, которая остановилась поговорить с кем-то, а потом снова идет в нашу сторону.

— О нет.

Поворачиваюсь на тихий вздох и замечаю девушку с бутылкой Gatorade в руке. Ее лицо кажется смутно знакомым.

— Ты, — она сверлит меня взглядом, голос наполнен раздражением и обвинением.

— Ты ее знаешь? — спрашивает Ганнибал.

— Динь-Динь47, — выдаю, когда наконец узнаю ее.

— Почему вы здесь? Мало неприятностей, которые вы уже устроили?

— Неприятностей? Леди, я без понятия, о чем ты. Для кого мы, по-твоему, создали проблемы?

— Для меня.

Резко разворачиваюсь на голос и замираю, увидев Эмити. Она стоит в точно таком же наряде, как Моника, держа в руках темный парик. Матерь Божья, блядь. Если я подумал, что Моника выглядит хорошо, то рядом с Эмити она — ничто.

— Ты каскадер? — ошеломленно спрашиваю я.

— Теперь всё становится на свои места, — бормочет Блейд.

12

Если они думают, что могут просто так заявиться ко мне на работу и устроить здесь цирк на выезде, то они сильно ошибаются.

— Что вы здесь делаете? — скрещиваю руки на груди, прекрасно зная, что Стефан и Моника слушают наш разговор.

— Нас пригласили, — спокойно отвечает Блейд.

Стефан переводит взгляд с Блейда на меня.

— Ты знаешь этих парней, Спуки48?

— Мы познакомились, когда я возвращала им кое-что. Я тебе еще нужна?

— Нет, на сегодня ты свободна. Тебе нужно быть здесь только в четверг, когда будем снимать сцену перестрелки.

— Отлично, тогда до встречи в четверг, — отвечаю я, полностью игнорируя Джи.

Невея берет у меня парик и протягивает Гаторейд, внимательно наблюдая за мной и Джи.

— Ты в порядке? — спрашивает она, пока я направляюсь к трейлеру.

Прежде чем успеваю ответить, Джи выходит вперед, преграждая мне дорогу.

— Можем поговорить?

Чувствую на себе взгляды окружающих. Не желая устраивать сцену, киваю.

— Невея, ты справишься сама, пока я поговорю с Джи?

— Да, не переживай. Всё в порядке.

— Мы присмотрим за Динь-Динь, — говорит Крейн с ухмылкой.

— Только смотри, чтобы это был только взгляд, а не руки, — предупреждаю я.

Он поднимает ладони, показывая, что чист перед законом.

Хмыкаю и оборачиваюсь к Невее.

— Я ненадолго.

— Да не торопись, Эмити. Мне не будет скучно.

Не уверенная в том, что не совершаю ошибку, веду Джи к трейлеру, открываю дверь и захожу внутрь.

Он оглядывается и протяжно свистит.

— Ого, вот это да. Неплохие бонусы на работе.

— Это не студийный фургон. А мой. Я здесь живу.

— Серьезно?

— Серьезно, — огрызаюсь, чувствуя себя неуютно от его присутствия.

— Я не осуждаю, Эмити. На самом деле это довольно круто, если хочешь знать мое мнение.

Остаюсь на месте, пока он осматривает трейлер, заглядывая даже в спальню в дальнем конце.

— Спуки? Что за прозвище?

— На съемочной площадке двигаюсь так тихо, что меня можно принять за призрака. Почему Джи?

— Это сокращение от Дженезис49. Я вырос в секте, полной религиозных фанатиков. У меня есть два брата — Исход50 и Левит51. Но я не разговаривал с ними с тех пор, как сбежал в шестнадцать.

— Мне жаль.

— Не стоит. Последнее, что я слышал, — они стали такими же фанатиками и моралистами, как наши родители, так что ничего ценного я не потерял.

— Почему тебе не взять совсем другое имя, как сделали братья по клубу? Точно знаю, что мать Блейда не назвала его так при рождении.

Он смотрит на меня и слабо улыбается:

— Интересный факт: ты не выбираешь себе имя в клубе.

— Да?

— Сейчас я крутой специалист по кибербезопасности, но тогда был просто компьютерным задротом по имени Дженезис. В свой первый день я пришел в футболке с Соником52. Мне еще повезло, что они продолжили называть меня Дженезисом. Они могли назвать меня Сега53.

— Старая игровая приставка? — хихикаю я. — Наверное, это заставляет тебя чувствовать себя старым. Кажется, я никогда не видела ее вживую.

Он поворачивается и идет ко мне. Борюсь с желанием отступить. Может и чувствую себя не в своей тарелке, но я точно не трусиха. Проблема в том, что меня до сих пор колотит от адреналина, и это заставляет меня драться или трахаться.

— Может, поговорим о чем-то другом? — он рычит.

— О чем?

— О тебе.

— Что именно обо мне?

— Я хочу знать о тебе всё.

— Зачем? Я уже сказала, что это плохая идея.

— Знаю. Я тебя услышал. Просто мне плевать.

В следующий миг он набрасывается на меня. Тянусь, чтобы оттолкнуть его, но вместо того чтобы отстранить, хватаю за футболку и притягиваю ближе. Он прижимает меня к двери, загоняя в ловушку и накрывает мои губы своими, проникая языком внутрь. Мы оба стонем.

Он легко подхватывает меня. Обвиваю его корпус бедрами, не сопротивляясь, когда он несет меня в спальню.

Это плохая идея. Чертовски плохая. Но лучше сожалеть о том, что сделал, чем о том, чего не сделал.

Он опускает меня на ноги и срывает рубашку с моего тела. Звук