Белоснежка для босса - Алёна Амурская

Юлька давится смешком, закрывая рот ладонью.

— И самое главное — нам надо заставить Маргошу работать на нас, — продолжаю я, и она немедленно оживляется.

— О! Это я люблю. Это уже тактика.

Яна хмурится:

— И как вы собираетесь управлять Маргошей? Она же, наоборот, всё переврёт.

— Именно, — улыбаюсь. — Поэтому ей надо подкинуть верную канву. Не готовый факт, а кусочек. Полунамёк. Для таких, как она, нет ничего лучше, чем обрывок сенсации.

Юлька одобрительно кивает.

— То есть мы даём ей ровно столько информации, сколько ей нужно, чтобы она сама достроила сюжет. Но в нужном направлении.

— Именно. Мы создаём ей картинку: «Диана пришла поддержать сестру». И пусть сама доводит мысль до логического финала. К обеду весь офис будет считать Яну девушкой, а к вечеру — что мы просто ждали момента, чтобы объявить.

— Ты такая продуманная, Лиза, что мне становится страшно, — бормочет Яна.

— Добро пожаловать в женскую дипломатию, — улыбаюсь я. — Но если честно — эту стратегию твой Артур Георгиевич придумал. Я только с тактикой помогаю. Он и с Дианой обещал договориться. Она будет тут в районе обеда. Так что мы всё сделаем красиво и спокойно. С эффектом «ага, мы так и думали».

Яна прячет лицо в ладони.

— Почему всё в моей жизни происходит так хаотично?

— Девочки, — торжественно говорит Юлька. — Официально заявляю: сегодняшний день войдёт в историю корпоративных легенд. Всё! Включаем режим спецоперации. Чатик Маргоши ждёт свежего контента! Только давайте без трупов, ладно?

— Господи, за что мне это?.. — обречённо стонет девушка.

Сияя, Юлька салютует ей стаканчиком кофе.

— За сестру! За любовь!

— И за красивую легенду, — добавляю я. — Ты ж у нас теперь официально не мальчик, а нормальная девчонка с родственными связями. Коллектив обожает такие истории.

Разволновавшаяся Яна хватает ртом воздух, но я уже встаю:

— Ладно. Пошли готовить диверсию. У нас Маргоша, Диана и целый офис, которому надо превратить рабочий день в телесериал.

— Я за, — соглашается Юлька и одним махом выпивает свой кофе.

В ту же секунду в дверь нашей совещательной подсобки раздается стук.

— Девочки?.. — раздаётся снаружи голос Маргоши. — А что это мы тут все заперлись? Что-то интересненькое обсуждаем?..

Яна вздрагивает и чуть не роняет швабру. А я автоматически выставляю руку, чтобы перехватить ее.

— Девочки?.. — снова окликает Маргоша, сладкий и подозрительный одновременно.

Я моментально шиплю:

— Яна, в угол. За швабры. Быстро.

Она торопливо заползает в правый угол подсобки и прикрывается ведром и тряпками так ловко, что я уважительно показываю палец вверх. Домовёнок Кузя среди бытовой химии. Идеально.

Юлька на цыпочках подходит к двери и многозначительно улыбается мне.

Ну всё. Включаем режим болтливых дурочек.

Я открываю дверь ровно настолько, чтобы Маргоша увидела только нас двоих — оживленных, будничных и максимально беспечных.

— Да тихо ты, чего долбишься? — сразу шикает на нее Юлька. — Кофе уже спокойно без свидетелей попить нельзя... Чего тебе?

Маргоша сразу вытягивает шею, пытаясь заглянуть дальше. Но Юлька — лучшая стенка на свете. Встала перед углом Яны, как бодрая охранная калитка.

— Да так, — тянет Маргоша. — Иду, смотрю: подсобка закрыта, шушуканье... Думаю, мало ли что. А у вас вид такой загадочный...

Юлька прыскает.

— Загадочный у нас только кофе. Фиг знает какие добавки туда пихают... загадочные. Кстати! — она красноречиво оглядывает вестибюль за плечом заинтересованной Маргоши и тянет ее из подсобки прочь за рукав. — Слыхала новость дня?

Я тоже быстро выхожу и слегка прикрываю дверь за собой, чтобы Яна могла бесшумно улизнуть на лестничную площадку рядом.

При фразе «новость дня» Маргоша сразу оживляется. Оно и понятно. Это же её стихия, буквально её кислород.

— Какую? — глаза прищуриваются, как у кота перед прыжком.

— Про Яна, — буднично подаю я свою реплику.

Маргоша возбужденно расширяет глаза.

— А что с ним? Батянин уволил-таки его за интрижку с Короленко? Неужели он признался, что у них с ним…

— Глупости, — отрезает Юлька. — Ян — не он, а она.

И делает паузу, наслаждаясь эффектом. Маргоша открывает рот, как рыба, которую слишком рано вытащили из реки.

— Она? — недоуменно моргает. — Да ну… у него же… ну… усы.

Юлька фыркает так громко, что на нас оборачиваются коллеги, спешащие с утра на свои рабочие места.

— Маргош, ты что, с Луны свалилась? — спрашивает она. — Ты на фигуру курьера глянь, маленькая и хрупкая. Да и потом... как будто у девушек гормональные проблемы не встречаются! А у Яны связки больные, щитовидка, всё подряд. Ещё скажи, что никогда в жизни пушок над губой не видела. Иди витамины попей. А то сама вон… — она резко наклоняется и шепчет, чтобы слышали все: — …глянь в зеркало, пушок пробивается уже. Реально, усишки, как у Корчагина из отдела продаж.

Маргоша краснеет так, что становится почти бордовой. Но спорить сейчас не рискует прямо в коридоре, при других сотрудниках. У Юльки язык слишком острый, а я рядом стою с серьезно-сочувственным выражением.

— Так вот, — продолжаю я мягко. — Яна просто тихая. И голос сорван. Она никому не врала, что парень, просто… помалкивала. Не хотела никому ничего говорить лишнего. У неё, между прочим, родственники серьёзные. Мы от этого в шоке с Юлькой с утра, вот и решили тихонько обсудить в подсобке. Всё-таки связи штука такая, мало ли...

Маргоша хмурится и смотрит на меня настороженно.

— Какие ещё родственники?

— Диана Лебеда, — вмешивается Юлька приглушенным голосом и в ответ на недоверчивый взгляд уверенно кивает. — Да-да. Та самая жена Тимура Лебеды из совета директоров «Сэвэн». Они родные сёстры, прикинь?

Вот тут у Маргоши происходит что-то похожее на перезагрузку системы. Экран серый, курсор крутится, мысли топятся в собственном вареве.

— Сё… стры… — повторяет она, будто у неё язык перешёл в режим тестирования.

— Да. И Диана сегодня придёт поддержать сестренку. А то вчерашний скандал и до нее дошел. Пройдётся с Яной по этажам, поприветствует всех… — я делаю невинную улыбку. — Ну, чтобы руководству не казалось, будто мы тут кого-то обижаем или выдумываем про него ерунду. Ты же понимаешь.

Маргоша нервно поправляет волосы.

Она всё понимает. Даже слишком. Особенно когда речь идёт о родственницах руководства.

В итоге, поболтав еще немного в этом духе, мы отправляет ее в свободное плавание по офису, как хорошо обработанную наживку.

Крючок в ней уже засел. А вот направляющая леска теперь у нас.

* * *

Ближе к обеду начинается театр.

Женская часть офиса, взбаламученная утренними новостями из чатика Маргоши, начинает подрагивать тихим гулом ожидания, который бывает перед большим «ой, сейчас будет».