Не стоит флиртовать с драконом - Лола Гласс

— А теперь ты возьмешь мой член, милая.

По моему телу прокатилась новая волна жара, и я застонала в ответ. Именно это мне и было нужно.

Именно Джаспер и был мне нужен.

Я не сводила глаз с его тела, пока он расстегивал джинсы, притягивая мое внимание к великолепным мышцам на животе.

Я проследила взглядом за его руками, когда он высвобождал член и стягивал штаны.

Его руки скользнули по моим бедрам, раздвигая их, и он опустился на меня.

— Я сейчас не очень хорошо себя контролирую. Скажи, если сделаю тебе больно.

— Я могу потерпеть немного боли. — я наклонилась и прижала его головку к своей промежности.

Его ноздри раздулись.

— Пока я здесь, нет.

— Трахни меня уже, Джас.

Он зарычал и вошел в меня. Я уже была влажной от возбуждения и его слюны, так что сопротивления не было.

У меня перехватило дыхание, когда Джаспер вошел в меня.

Его член был толстым, таким безумно толстым, что на мгновение я совсем потеряла способность соображать.

Он застонал, и этот звук был почти мучительным.

— Ты такая тугая и влажная, детка.

— Лучше, чем ты себе представлял? — выдохнула я.

— Ты даже не догадываешься. — Джаспер немного отстранился и снова в меня вошел.

Сильнее.

Я ахнула от неожиданности.

От удовольствия.

Я чувствовала его внутри себя, такого горячего и огромного.

Ничего подобного я раньше не испытывала… и это было намного лучше.

Я застонала, поглаживая его руки. Грудь. Всю кожу, до которой могла дотянуться.

Джаспер раздвинул мои ноги шире, и я почувствовала, как его большие пальцы медленно скользят по горячей, чувствительной плоти в том месте, где мы соединились.

— Тебе нравится, как ты меня наполняешь? — выдавила я.

— Настолько, что я буду видеть это каждый раз, когда закрываю глаза. — он снова вошел в меня, и я вскрикнула. — Тебе хорошо, милая?

— Давай на минутку вернемся к детке.

— Ответь на вопрос. — он толкнулся сильнее.

Это движение снесло мне крышу.

Я закричала от охватившего меня наслаждения. Джаспер зарычал, насаживая меня на свой член и наполняя собой.

Кульминация была потрясающей, но она быстро переросла в нечто большее.

Что-то крепкое.

Что-то волшебное.

Между нами вспыхнула связь, наполнившая мою душу Джаспером. Его теплом. Его спокойствием. Его присутствием.

Его чувства слились с моими… дикая страсть и горячее, порочное наслаждение.

Наши тела двигались в унисон, снова и снова подталкивая друг друга к краю и переступая через него.

Снова и снова.

Пока мы не выбились из сил и не рухнули в объятия друг друга на том же диване, на котором начали.

Хотя физически мы не меняли местоположение, все вокруг стало другим.

* * *

В ту ночь мне не снились эротические сны, но я все равно проснулась возбужденной и жаждущей.

Джаспер все еще был во мне, так что мы не стали терять время и сразу приступили к делу.

Дважды.

Когда мы наконец встали с дивана и, пошатываясь, побрели в ванную, я была так измотана, что думала, ноги меня не удержат. Я рухнула в ванну, а Джас включил воду и исчез.

Через пять минут он вернулся с горой оставшихся блинов и огромным стаканом молока. Джас не стал терять времени даром: просто подхватил меня и усадил в ванну. К счастью, она была намного больше, чем в его квартире.

Мне было еще жарче, чем накануне, так что мы с удовольствием ели их, пока ванна наполнялась теплой водой. Я позволила ему кормить меня и наслаждалась собственническим блеском в его глазах при каждом укусе.

Еда быстро закончилась, и я расслабилась в его объятиях в наполненной водой ванне.

Пока мы сидели, его руки лежали у меня на груди, слегка поглаживая ее. В комнате было тихо, но это была комфортная тишина. Умиротворяющая.

— Значит, связь скреплена, — тихо сказала я, игнорируя нарастающее желание внизу живота, пока Джаспер продолжал меня ласкать.

— М-м-м. — его губы слегка коснулись моего горла.

— Что нам теперь делать?

— Утолять страсть, когда она нахлынет, и наслаждаться ею по полной. Через две недели мы снова будем собой.

Мое счастье немного померкло.

Секс был таким, таким… но никто не мог сказать, каким он станет, когда спадет накал страстей.

И было ли вообще что-то между нами, кроме магии.

— Твой запах изменился. — его голос прозвучал тихо. К счастью, он не настолько хорошо разобрался в моих чувствах, чтобы понять, в чем дело.

— Я просто думаю.

— О чем?

— Наверное, о будущем.

— Разберемся, когда оно настанет. А пока я просто хочу уберечь тебя от боли. — Джаспер снова легонько укусил меня за шею.

Я не хотела, чтобы наше будущее решалось спонтанно, но что еще оставалось? Жажда секса была настолько всепоглощающей, что я едва могла думать о чем-то еще. Джаспер ясно дал понять, что из-за этого он сам не свой. Так что вряд ли я могла что-то с ним обсудить.

В результате я… стала избегать правды.

По крайней мере, можно избегать правды, занимаясь при этом невероятно страстным сексом.

— Хочешь прямо сейчас разобраться, как работает ментальная связь? — спросил меня Джаспер, слегка посасывая мое горло.

Я закрыла глаза, сосредоточившись на ощущениях.

— Нет. Давай разберемся с этим, позже.

Он усмехнулся и стал сосать сильнее, по-новому расположив мои бедра.

Джаспер вошел в меня и заставлял кричать так громко, что я легко забыла обо всех беспокойствах.

…по крайней мере, на данный момент.

Глава 13

РАНДА

В течение этих двух недель я не включала телефон.

Джаспер тоже.

Мы отдались горячке, и это было восхитительно.

Но, конечно, всему рано или поздно приходит конец.

Я рухнула спиной на матрас, тяжело дыша, когда волна удовольствия схлынула. Вместе с ней наконец угас и огонь в моих венах.

Пальцы одной руки Джаспера все еще перебирали мои волосы, а второй рукой он слабо сжимал мое бедро.

Он отпускал меня только на время, необходимое, чтобы сходить в туалет. Или приготовить блинчики.

Даже блины мы обычно пекли вместе.

С того дня в ванной мы не говорили ни о чем серьезном. Нам столько нужно было обсудить… но мы молчали.

Постепенно мое тело расслабилось и остыло, горячка спала.

Внутри у меня начал нарастать страх.

Джаспер ясно дал понять, что был сам не свой, пока нас поглощала магия, и я понятия не имела, чем это грозит для меня.

— Твой запах изменился. — он не выказал беспокойства,