Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии - Татьяна Михаль

Дёргаю плечами и вырываюсь из его хватки.

Он отступает от меня на шаг, руки убирает за спину, видимо, чтобы случайно не придушить.

А я указываю пальцем в сторону детей, которые с шумом, откровенными ругательствами, дурными воплями расходятся и говорю, чеканя каждое слово:

— Те, кто в своём уме решил учить эту шпану, явно не дружит с головой. Это же монстры, а не дети! Им нужен кнут и крошечный пряник, или лучше крошки от пряника!

Он пропускает мои слова мимо ушей.

— Я слышал, как вы оскорбительно отозвались о моей академии, назвали её… отстойной… — начинает он с новым накалом злости.

Нависает надо мной как скала, бородой своей трясёт, глазами серыми сверкает, зрачки снова узкими стали. Раздувает гневно ноздри. Вот-вот пар из ушей пойдёт.

Мрак просто.

Надеюсь, огнём плеваться не станет, а то помню я… Но если что, ботинком ему засвечу прямо в глотку.

— А это будто неправда? Вы посмотрите на эти руины… — произношу язвительно, для картинности взмахиваю руками, чтобы показать убогость актового зала.

Случайно задеваю ладонью занавес, и бордовая тряпка тяжелой массой падает прямо возле нас, подняв тучу пыли и грязи. Хорошо хоть не на меня.

Машу руками перед собой, прогоняя частички пыли.

В глаза попадает сор, глаза слезятся.

Ещё и в носу моментально щекочет, и я тут же по-великански и три раза подряд чихаю, обрызгав скривившегося дракона слюной.

Пусть радуется, что соплей у меня нет, а то бы ещё и зелёной слизью забрызгала.

— Я уже сомневаюсь, что вы компетентны, — говорит он раздражённо, резко разворачивается и уходит, оставив меня одну.

— Эй! Куда? — бросаюсь вслед за драконом. — Вы обещали мне помощников, кабинет и провести экскурсию, и…

— За мной, — приказывает он. Ректор очень злой.

Сначала я хочу много всего ему сказать, но потом решаю, что сначала продумаю свою речь. И пусть мужчина немного остынет.

* * *

— СНЕЖАНА —

— Это… что? — я не могу даже нормально возмутиться, так как утратила дар речи.

После знакомства с детишками я всё ещё как пыльным мешком пришибленная.

Ректор решил, что пока я на стрессе, нужно добить меня окончательно?

— Ваш кабинет и ваши помощники, — отвечает Россрэйд невозмутимо.

Этот его непробиваемый тон уже порядком достал меня.

— Кабинет? — переспрашиваю с усмешкой. — Помощники?

Перевожу взгляд на дракона и сквозь стиснутые зубы произношу:

— Вы насильно притащили меня в эту третьесортную академию, заставили подписать договор, загнали меня в ловушку, а теперь и это? Я заперта в замкнутом мирке! Это не академия, а смесь колонии для малолетних преступников и ферма третьего мира.

Хватаюсь за голову и с зарождающейся паникой хнычу:

— Господи! Я во вражеском окружении! Меня к такому не готовили и меня окружают жуткие дети, которые, скорее всего, уже желают мне смерти!

— Снежана Михайловна, не нужно разводить драму, — спокойно говорит этот чокнутый йети. Глядит на меня с насмешкой, хотя совсем недавно злился за мою речь перед монстродетками. — Просто престаньте видеть во всём трагедию, делайте свою работу, как вы это умеете, и всё будет хорошо.

У меня дёргается глаз.

Воинственно упираю руки в боки и не хуже гадюки шиплю:

— Видимо, чтобы повысить мою трудоспособность и мотивацию, вы выделяете мне кабинет, где воняет так, будто здесь кто-то сдох, и выглядит он как жертва бомбёжки?

— Не сдох, а умер, — вздыхает ректор и с ироничной ухмылкой обводит взглядом захламленный и напрочь убитый кабинет. — Именно здесь закончил свои дни погодный маг, злой гений Юджин Тэль. Благодаря ему на этих землях так часто происходят грозы, молнии и дуют сильные ветра, независимо от сезона. Чтобы вы там себе не придумали, умер он от старости, сидя за этим столом и работая над очередным погодным проектом. К счастью, он его не закончил, иначе помимо штормов, академию настигли бы и землетрясения.

— Какая жалость, — произношу ехидно и добавляю резко: — Если бы ваш маг закончил проект, то сейчас я была бы у себя дома.

— Ваше остроумие не уместно, — одёргивает он меня.

А я плевать хотела, что думает ректор.

Я с опаской кошусь на выделенных мне двух помощников и спрашиваю:

— Один из них случайно не этот ваш погодный учёный?

Ректор вдруг широко улыбается и качает головой со словами:

— Я понял вашу мысль, Снежана Михайловна и спешу разочаровать. Никто из них не Юджин Тэль. После смерти погодник был предан огню, а его прах развеян над лесом, как он и указал в своём завещании. У вас есть ещё вопросы?

— Целое море, — говорю с тяжёлым вздохом и тру лоб.

Чувствую себя так, будто на мои плечи взвалили груз целого мира, и мне одной никак его не удержать.

— Но сейчас я расстроена. Мне нужно подумать и составить актуальный список вопросов.

Потом удерживаюсь от желания хлопнуть себя по лбу, приободряюсь и спрашиваю:

— Этот кабинет можно привести в порядок при помощи вашего волшебства? Вы говорили, что в академии есть места для магических уроков, но… раз это кабинет учёного, он тут работал, то мо…

— Да, — обрывает он меня на полуслове, — этот кабинет можно убрать, используя магию.

Я чувствую маленькое облегчение.

— Тогда когда вы мне его… почините? — спрашиваю с нахальной улыбкой.

Слегка пинаю ногой спинку от кресла. Само кресло разорвано и разломано, будто кто-то со всей ярости молотил им по стене. И стол печальная судьба у всех предметов кабинета, включая само помещение.

— Не возражаю, если прямо сейчас щёлкните пальцами, помашите рукой или не знаю, станцуете, чтобы всё тут стало чистым, новым, целым и красивым.

— Я выделю вам разрешение на соответствующий бытовой артефакт, и вы сами, Снежана Михайловна, восстановите свой кабинет. С документов отправитесь к магистру Жужель. Эрха вам выдаст артефакт под роспись. Заранее прошу ответственно относиться к магическим предметам. Они не игрушки.

Потом он будто специально демонстративно щёлкает пальцами и мои помощники, которые самые обыкновенные скелеты «оживают».

В их глазницах загорается зелёный свет.

Они синхронно щёлкают челюстями и резко, снова одновременно, что выглядит крайне жутко поворачивают в мою сторону свои черепушки.

Я делаю нервный шаг назад. Под моими ногами хрустит мусор. За стенами завывает ветер. Зелёный свет в провалах глазниц этой нежити меня