Роман бессердечной принцессы и жестокого принца - Лидия Антонова

закрытыми дверями и искать доказательства, в итоге добравшись до правды. Само по себе это неприятные подозрения, но вполне терпимые. Слуги же — это народ. Они станут болтать на каждом углу. В конце концов, слухи выйдут за пределы дворца и широко распространятся.

Я, защищая семью, принимаю на себя удары судьбы и делаю всё, чтобы никто не погиб. А в это время близкие пытаются ударить меня в спину!

— Дария, дай мне ожерелье-хомут. Я иду к императору.

— Принцесса, вы действуете на эмоциях…

— Никакой жалости, — отрезала я.

Я уже поняла, почему бороться с будущим стало тяжелее. В нём появилась неизвестная переменная — Нин. К этому времени сестра должна была уже быть мертва. Теперь же она портит мне репутацию.

Любой власти приходится учитывать общественное мнение. Даже будучи невиновной и фактически жертвой, я могу получить отстранение, и предписание уехать в отдалённый замок, пока всё не уляжется. Янару вряд ли это понравится. Только моя смерть позволит ему остаться и завершить начатое.

Сестра поставила мою жизнь на кон! И, прежде чем продолжить спасение других, для начала необходимо спасти себя. Сделать это нужно за один раз. Именно Нин должна покинуть дворец и уехать подальше, пока всё не успокоится. Тогда она перестанет влиять на происходящее и окажется в безопасности. Пусть будет жёстко, но так даже лучше. Нин пытается сделать всё завуалированно, а я нападу открыто.

Бросив на себя внимательный взгляд, убедилась, что видимых следов не осталось. Расправила плечи и отправилась на «битву».

* * *

В первую очередь я решила зайти к сёстрам. Прекрасно зная, что обычно в это время они будут в семейной гостиной. Мама тоже присутствовала, как и десяток слуг.

При моём появлении сёстры отвернулись. Я мысленно выдохнула и направилась прямиком к ним.

— Скажи мне, Нин, ты считаешь нормальным, если принц разведётся с одной принцессой и женится на другой?

— Что за глупость? — удивилась Лия.

Нин промолчала. И я почти этому не удивилась. Влюблённая девушка хочет только одного, чтобы возлюбленный был рядом с ней. Моральная сторона вопроса не так важна.

— Нин, я знаю, это ты устроила взрыв. Сегодня я была в палате по уголовным делам, где до сих пор сидит твоя служанка.

— Я этого не делала? Это всё ты!

Забывшись, сестра вскочила, и тут же согнулась. Всё-таки её раны ещё не до конца зажили. Мне пришлось сцепить руки за спиной, чтобы не кинуться ей на помощь. Если подумать, с чего вдруг она решила, что это я?

— Направленность взрыва. К тому же ещё нужно было знать, что ты там находишься.

— Твои окна выходят в сад.

— Прекратите, — велела мама.

Кажется, её шок от выяснения отношений дочерей успел пройти. Мы всего-то обменялись парой обвинений.

— Твоя служанка до сих пор в тюрьме.

Нин растерялась и оглянулась на Лию. Старшая сестра тут же стёрла жёсткое выражение лица и поспешно нацепила взволнованное. Если бы я всё это время не наблюдала за ней, то не увидела бы.

Верить в это не хотелось, но по всему выходит, что за всем стоит именно она. Лия жаждет стать королевой. Она сносит преграды. Вот она как раз и могла убедить свою близняшку в моей виновности. А вполне возможно, и убеждать не пришлось. Они всегда были заодно.

Бросив взгляд на маму, повернулась к сёстрам. Их ошарашенный вид, говорил о том, что никто ничего подобного от меня не ожидал.

— Я иду к императору. Но перед этим хотела тебе сказать, что знаю обо всём, что ты сделала. Ты принесла афродизиак в комнату моего мужа и пыталась назначить ему свидание. Твоя служанка во всём созналась.

Резко развернувшись, быстрым шагом покинула комнату. Мне кажется, шок, который испытывали слуги, не сравнится ни с чем.

А вот в коридоре меня поджидал собственно — Янар. Муж демонстративно и беззвучно похлопал мне, и одарил улыбкой маньяка.

* * *

Мне не нравилось его выражение лица. Казалось, что он обиделся. Я прокрутила в голове всё, что сказала родственницам, и не нашла, к чему он мог придраться.

Добраться до императора у меня не было шансов. Крепко держа меня за руку, Янар направился в наши покои. Мне оставалось только улыбаться всем встречным. Именно в этот момент он сжимал руку сильнее. Пришлось постараться, чтобы страдальческое выражение не заползло на моё лицо.

Захлопнув дверь прямо перед слугами, он, наконец, меня отпустил. Потерев пострадавшую конечность, зло на него взглянула.

— Что на тебя нашло? — спросила у него и в испуге попятилась.

Оказывается, все его вспышки гнева ровным счётом ничего не показывали. Когда он по-настоящему злится у него стальные глаза и губы кривятся в страшной усмешке.

— Я же велел тебе не делать ничего, что может поставить твою жизнь на кон.

Он двинулся на меня. Я не выдержала и попятилась.

— Каким образом этот разговор стал угрожать мне?

Немного приятно, что он волнуется, но вот манера, с помощью которой он это выражает, меня пугала. Кажется, Янар начал терять самообладание.

Он сделал рывок ко мне, я тут же отшатнулась. Однако отступая, я совершенно не смотрела, куда двигаюсь. Ноги подогнулись, и я упала на кровать. Больше ничего сделать не успела, Янар навалился сверху.

— Только мне начинает казаться, что у тебя всё продумано, как ты делаешь такую глупость. У тебя вообще есть мозг?

Он постучал пальцем по моему лбу. Я закусила губу, чтобы не сказать ничего грубого. Как ни странно, но такой Янар пугал меня ещё сильнее, чем холодный и расчётливый. Такой его видела только я. Раньше я и не подозревала, что внутри него целый вулкан чувств.

— Почему ты так злишься? — жалобным голосом уточнила я.

Только сейчас я осознала, насколько шатко моё положение. До этого мне казалось, что я имею свободу хотя бы передвижений. Но стоит признать, она у меня есть, поскольку Янар позволял. Стоит ему запретить, и стража, подчиняющаяся ему, меня не выпустит дальше семейной половины дворца. И это несмотря на то что я принцесса.

Янар посмотрел мне в глаза и провёл кончиками пальцев по лицу, очерчивая скулы. Разгадать его взгляд у меня не получилось. А его рука продолжила движение, спустившись по шее, остановилась на плече.

Я напряглась и не зря. Он дёрнул платье, рукав с ужасающим треском оторвался. Я вскрикнула, и он тут же поцеловал, грубо и властно. Это не походило на наше знакомство, тогда он хотел поиздеваться, а сейчас подчинить. Тем не менее сопротивлялась я точно так же.

Все