Роман бессердечной принцессы и жестокого принца - Лидия Антонова

— Ваше Высочество, чем обязан вашему визиту?

Мне не рады. Впрочем, цель визита я скрывать не собиралась.

— Я пришла оказать вам помощь. Вы же ведёте расследование взрыва во внутреннем саду дворца? Известно ли вам, что я едва не пострадала?

— Это ужасное происшествие. Должно быть, вам очень тяжело…

Уже понятно, что сейчас мне предложат вернуться во дворец и хорошо отдохнуть, чтобы восстановить душевные силы. Поэтому дослушивать фразу я не собиралась.

— Я хочу встретиться со слугами, которых вам передали.

— Они же ничего не видели.

— А я хочу спросить об этом сама. Не стоит вести их сюда. Я могу спуститься. Идёмте.

Министр, бросив взгляд на мой жетон, открыл для меня дверь. Порадовавшись своей первой победе, проследовала за ним в подземелье.

* * *

Честно говоря, я ожидала, что стражники передали десяток служанок, но оказалось, что в казематах сидит только одна.

Эту девушку я хорошо знала, она несколько лет была личной служанкой Нин. Увидев меня, она поднялась и поклонилась. Я внимательно её осмотрела. Судя по всему, её забрали первой, и непонятно, почему до сих пор держат, особенно, если она ничего не знает.

— Расскажи мне, о том дне.

— Что вы хотите узнать? — утомлённо уточнила она.

Я понимала, что девушка уже неоднократно рассказывала и успела от этого устать.

— В каком настроении была Нин, и что она задумала?

— Принцесса была очень расстроена. Она ждала приезда принца Янара, но не знала, что он едет к вам.

— И что она задумала?

— Ничего.

— Ничего или ты не можешь рассказать? Она хотела поговорить со мной или с ним?

— С ним.

Моё предположение оказалось верным, и она сразу созналась. Её ответы укладывались в мою теорию. Вот только радости это не вызвало.

Спросить надо было: «Они должны были встретиться в саду?». Ответь она «да», и участь Янара была бы решена. Но именно в этот момент я не смогла и задала другой вопрос:

— Она назначила ему встречу?

— Нет, — ответила служанка.

Почему я испытываю облегчение?

— Где ты была во время случившегося?

— Я ходила позвать принца навстречу.

— И ты видела его и Рема?

— Да.

— Он согласился?

— Нет.

Моё чувство облегчения исчезло. До этого я думала, что закрыл меня щитом именно Янар. Теперь получается, что был кто-то третий.

Повернувшись, к слушающему мой допрос министру, увидела его снисходительный взгляд. Ну да, пока я спросила только то, что могла хотеть узнать ревнивая жена. Пусть пока будет так.

— Министр, у вас есть ещё подозреваемые?

— К сожалению, вынужден признать, что я не могу свободно опросить всех свидетелей и пострадавших. Взять, к примеру, вас.

— Почему не можете? Я готова ответить на ваши вопросы.

— А вы что-то видели?

— Я читала у окна и отошла за минуту до взрыва. Хотя покои пострадали сильно.

— В этом как раз и проблема. Никто ничего не видел.

Министр приглашающе указал на выход. Задерживаться в подземелье я не стала. Я надеялась, что это посещение позволит найти ответы на вопросы, а в итоге их стало только больше. Янар не спасал меня. Значит, есть ещё один человек. Он и занимался всем этим. Для дворца этот человек «невидимка». Он может ходить где угодно и не вызывать подозрения.

Вот только кто это? Министры не могут войти в жилую часть дворца. Служанки разделены между нами. Да и нет среди них настолько сильного мага. Стражники не должны приближаться к комнатам принцесс, слуги императора вызовут столько же вопросов, сколько и сам император. Вот и получается, что во дворце нет никого, кто мог бы пойти куда-то и остаться незамеченным.

К тому же Нин не просто так выбрала внутренний сад. Это место отдыха членов императорской семьи. Лишних там не будет. А ещё окна моей прошлой комнаты выходили в сад.

Фантазия тут же подкинула картину: в сад спускается Янар, Нин бежит к нему, обнимает и, возможно, целует. Учитывая, что она принесла в его комнату афродизиак, она на это способна. Её план — это спровоцировать нашу ссору, чтобы мы расстались и дали ей шанс.

Жизнеспособный план, но он бы ей не помог.

Попрощавшись с министром, я направилась к выходу. На миг обернувшись, вспомнила, что не спросила: почему служанка Нин до сих пор в камере? И тут внезапно пришло понимание: направленность взрыва. Я совершенно про него забыла. Убить хотели именно меня, а обвинить в этом собирались Нин.

Тогда неизвестных должно быть двое: один устроил взрыв, второй меня защитил. Его щит отразил осколки, и Нин пострадала. Своих людей способных на это — у меня нет. Значит, защитил кто-то из людей Янара. Получается, есть ещё кто-то, кто собирается убить.

Возможно, второй попытки не произошло именно из-за того, что сразу после свадьбы я уехала. Она может свершиться в любой момент. Или же тот отряд воинов и был направлен убить меня, а не задержать министра Вана?

Задумавшись, я споткнулась на ступеньке и чуть не упала. Дария поддержала меня и помогла забраться внутрь повозки.

— Как прошло? — тут же спросил Янар.

Я всё же споткнулась, но уже от неожиданности. На этот раз помогать мне устоять было некому, и я оказалась на коленях у его ног.

Янар склонился ко мне, скользнув рукой по моей шее. Я выдохнула, чувствуя, как моё тело ослабло. Сейчас у Янара было именно такое выражение лица, с которым он меня убивал.

— Я хотела узнать, кто пытался меня убить, — пролепетала я.

Сейчас он меня пугал. Мне хотелось убежать, но я даже позвать служанку, оставшуюся на улице, не могла.

— Мне тоже интересно, — согласился Янар, склоняясь ещё ближе.

Я, наконец, смогла собрать всю свою волю в кулак и попыталась подняться. Янар не позволил, сжав затылок и удерживая на месте. Скрывать свой испуг становилось всё сложнее. Судя по его взгляду, вообще, не удаётся.

— Янар?

Высказать хоть одно предположение я не могла. Даже думать об этом не могла. И без того страшно.

Он сжал сильнее, одновременно притягивая к себе. Вот уж странное положение, стоять перед ним на коленях. Хорошо, что этого никто не видит.

В попытке контроля я схватилась за его руку, удерживающую мой затылок.

— Предлагаю тебе перестать делать глупости, ставящие под угрозу твою жизнь. Я не собираюсь тебя отпускать. И помогать тебе станет некому.

Тот же самый тон, то же выражение лица. Если он сейчас кого-нибудь убьёт, я не удивлюсь. Как