Бывший. Первый. Единственный - Ольга Сахалинская

расслабляющую атмосферу. Я заказываю лёгкий салат из свежей зелени и морепродуктов и чашечку ароматного кофе. Ромин же обед выглядит куда более основательным: сочный стейк с картофельным гарниром.

Я чувствую себя немного неловко, будто нахожусь под микроскопом, но стараюсь вести себя непринуждённо.

— Рома, я хочу тебе сказать спасибо за всё, — произношу я, делая глоток кофе. — Ты меня очень выручаешь. Сегодня — не исключение. Оказался в нужном месте в нужное время.

— Да не за что, — отвечает Рома, глядя на меня задумчивым взглядом. — Я же говорю, всегда рад помочь.

— Я твоя должница, — продолжаю, чувствуя, как щёки начинают предательски гореть. — Понимаю, что это просто помощь, но любая помощь очень важна для меня.

Рома кивает, в его глазах мелькает что-то похожее на досаду.

Вечером я встречаюсь с риелтором. Он оказывается приятным молодым человеком, энергичным и внимательным. Мы подробно обсуждаем мои пожелания, мои скромные финансовые возможности. Он предлагает мне несколько вариантов, которые, по его мнению, могут мне подойти.

После непродолжительной беседы в их уютном офисе мы отправляемся смотреть две квартиры. Первый вариант оказывается удручающе маленьким и тёмным, с окнами, выходящими на шумную улицу. Второй — более просторным и светлым, но требует дополнительных вложений и капитального ремонта. Ни одна из них не вызывает у меня особого восторга.

Но я не теряю надежды.

Глава 27. Рома

Густой запах пива и жареных крылышек ударяет в нос сразу, как только я переступаю порог бара. Пятница, вечер — классика. Встреча старых друзей: трёх мужиков, которым не хватает до тридцати пары лет, и у каждого своя правда жизни.

Бар "Неон" стал нашим убежищем, местом, где можно сбросить с себя маски, надеваемые для офиса и прочих социальных ритуалов.

Кирилл и Егор уже сидят за нашим обычным столиком в углу. Кирилл, как всегда с видом образцового семьянина, потягивает светлое пиво. Он выглядит так, будто выиграл в лотерею под названием "семейное счастье".

Егор, напротив, излучает беспечность и уже нацелился на виски. Вечный холостяк, сменивший больше девушек, чем я носков. Он считает, что серьёзные отношения — это добровольная тюрьма. Я где-то посередине. Я не против подобной тюрьмы, но пять лет назад я решил, что это не для меня, и так и не нашёл себе достойную камеру-одиночку.

— О, явился, не запылился, — ухмыляется Егор, когда я плюхаюсь на свободный стул. — Я уж думал, опять работа тебя в плен взяла.

— Да ну её, эту работу, — отмахиваюсь я, жестом подозвав официанта. — Мне двойной виски. И побыстрее.

— Что-то ты сегодня не в духе, — замечает Кирилл, внимательно разглядывая моё лицо. — Что стряслось?

Я залпом осушаю половину виски. Горячая жидкость приятно обжигает горло, отвлекая от навязчивых мыслей.

— Да всё как обычно, — неопределённо буркаю я. — Работа, дела… — и тут же осекаюсь, едва не выпалив имя Катьки. Но Кир не был бы моим другом, если бы не умел читать между строк.

— Что с Катей? — спрашивает он, будто прочитав мои мысли.

— А что с ней? — включаю дурачка, делая вид, будто вообще не понимаю, о ком речь.

Кир лишь молча выгибает бровь, отпивая пиво. Его взгляд говорит: "Не валяй дурака, Ромыч, я тебя как облупленного знаю".

— Да ничего, — сдаюсь я, признавая поражение. — Ничего хорошего. Я как идиот. Вроде и понимаю, что не надо, это прошлое… Но ничего не могу с собой поделать. Накрыло меня опять, как цунами.

Пять лет. Всё это время я намеренно избегал серьезных отношений. Вместо этого погрузился в бизнес. Пахал на износ. В перерывах встречался с девушками, но ни одна не задерживалась рядом надолго. Все они были лишь тенью Смирновой, блеклой копией той, которую я когда-то любил.

— Погоди, — хмурится Кирилл. — Я что-то совсем запутался. На базе отдыха, мне казалось, у вас всё на мази.

Я замолкаю, пытаясь подобрать слова. Знаю, о чём он. Эта чёртова база отдыха… наш спонтанный секс, который лишь разворошил очаг.

Но Катя оттолкнула меня, выбрав позицию страуса.

Ничего не было, и всё в прошлом…

— Ну да, — пожимаю я плечами. — Было дело. Она меня сторонится, как от чумного. Не доверяет. Боится, наверное, что я ей мстить начну за все эти годы. У неё там какие-то с бывшим мужем непонятки. Прессует он её.

— Так выясни, чего он от неё хочет, — советует Кирыч. — Чего тебе стоит?

— Да, сам об этом думал, — соглашаюсь я. — Сейчас как раз этим вопросом и занимаюсь. Правда, до конца не понимаю, на кой оно мне надо? — я залпом осушаю свой стакан.

Егор непонимающе переводит взгляд то на меня, то на Кира.

— Стоп, стоп, стоп, — перебивает меня Егор, округлив глаза. — Катя? Та самая? А что, она вернулась?

Я киваю, допивая остатки виски.

— Работает у меня теперь, — поясняю я. — Помощницей.

— Вот это поворот, — на лице друга читается неприкрытое удивление. — Это что, такая изощрённая месть с твоей стороны? Или ты мазохист? — хмыкает Егор.

— Да вы все сговорились, что ли? — возражаю я, со звоном поставив бокал на стол. — То один, то другой…

В воздухе повисает тишина, музыка в исполнении рок-группы играет фоном и слышна где-то на периферии слуха. Парни, конечно, помнят мою историю с Катей. Это первые мои серьёзные чувства, а потом — моё самое большое разочарование. Пять лет назад она не нашла ничего проще, чем просто свалить в родной город и выйти замуж за какого-то хмыря.

А теперь вот она снова здесь, в моём офисе, моя помощница.

— В любом случае ты делаешь только хуже, — продолжает Егор. — Только себе. Забудь ты её, Ром. Она тебя бросила, ушла к другому. Чего ты за ней бегаешь? Нашёл бы себе другую…

— Да легко тебе говорить, — огрызаюсь я. — Ты вообще в отношениях как свинья в апельсинах.

— А мне и не надо, — отрезает Егор. — Я свободен и счастлив. И тебе советую. Забудь про Смирнову. Она закрытая книга.

— Вот не слушай ты его, — подаёт голос Кирилл. — Егор, ты как всегда в своём репертуаре. Ром, дай ей время. Может, она просто боится снова обжечься. Может, ей нужно убедиться, что ты серьёзно настроен.

— Да в чём тут серьёзность? — почти рычу я, чувствуя, как голова начинает немного кружиться. — Серьёзность в том, что я до сих пор не могу видеть ни одну женщину, кроме неё? Или в том, что я намеренно не вступал в серьёзные отношения, обходясь мимолетными, удобными? Кроме физиологии ничего. Ты хоть знаешь, каково это — тра@аться как робот? Это прикольно поначалу, а потом это