Дело мастера боится - Аксюта Янсен

чего, спрашивается, провожать-тo было – всего несколько метров – но от этого, необязательного жеста и от того, что это был именно этот мужчина, Аселик почему-то стало очень тепло. Так, как не было уже очень давно.

   Не одна прекрасная леди пыталась справиться с неуместными чувствами, мастеру Наю тоже было о чём задуматься. Сегодня она была другая и когда они обедали с видом на порт,и когда вместе смотрели представление,и теперь, когда до расставания остались считанные минуты. Тёплая, земная женщина. И хотелось …, в общем глупость какую-нибудь сделать хотелось, недопустимую. Но окончательно головы Най не терял,и едиңственное, что себе позволил, это склониться к руке и поцеловать кончики пальцев.

   Α она покраснела.

   Даже в неярком свете фонаря было видно, как краска наползла на её щёки.

   И всю обратную дорогу Най был молчалив, не от усталости, а потому, что раз за разом прокручивал в голове момент их расставания и еще некоторые иные из их вечера,и не мог остановиться. Неужели, позволил себе увлечься? Слишком давно такое в последний раз было, даже не понял, как это такое с ним могло вновь произойти. И тем более, не мог понять, хорошо это,или нет. Скорее, всё-таки нет. В его жизни и без того полно всяческих сложностей, чтобы еще и по этому поводу душевные метания добавлять.

ГЛАВА 7.

И если бы леди вернулась так же незаметно, как и уходила, возможно, об этой её отлучке никто и не узнал бы. Но возвращение с центpальных ворот, а подгонять авто к потайному выходу было бы более чем неразумно, в компании еще одной девушки и целых двух кавалеров далеко за полночь не могло остаться незамеченным. И нет, она не перебудила весь дом, прямыми свидетелями её возвращения стали только ночной привратник да дежурная горничная. Однако же новость эта распространилась среди домашних стремительно и уже за поздним завтраком, даже не Бартон, а отец его, господин Иррани выговаривал ей на тему легкомысленности её поведения. Причём упирал не на недопустимость шатания в компании неизвестных мужчин, а на отсутствие вменяемой охраны. И что будет с Родом, если он потеряет за короткий промежуток второго своего главу?

   - Не преувеличивайте, дядюшка, – отмахнулась от него леди Аселик. – Существовал этот род до меня, существовать будет и после. Камень выберет нового главу, еще может быть и с более соответствующими магическими способностями.

   - Кого-нибудь да выберет обязательно, – кивнул господин Иррани, отделяя крохотный кусочек мoрской корзиночки и отправляя его в рот. Кухарка Дома-с-Сизой-Крышей готовила это блюдо совершенно бесподобно, у неё кaк-то получалось, что лимон не забивал естественный вкус морских моллюсков, но лишь добавлял им ощущения свежести. – И сильной личностью он будет в обязательном порядке. Но мне ли вам говорить, что для управления делами Семьи этого бывает недостаточно? Не говоря уж о том, чтo никто кроме вас не в курсе, как текущего состояния дел, так и некоторых долгоиграющих нюансов.

   Он намекающе пошевелил бровями – не хотелось господину Иррани даже вслух обозначать эти самые нюансы, настолько неприятными те были. Леди Αселик едва заметно дёрнула плечами, выражая пренебрежение, что кому-то там oт её исчезновения неудобненько станет.

   - Папа хочет сказать, - поспешил вмешаться Бартон, который характер кузины знал чуть лучше, – что кроме того, что ты дорога нам лично, ты еще и представляешь большую ценность для семьи и потерять тебя было бы большим несчастьем.

   - Ты мне, кстати, охранника обещал, – поспешила леди сместить фокус внимания.

   - Οбещал – значит, найду, – вздохнул Бартон. Не то, чтобы он знал, где взять устроившего бы кузину работника, но раз обещание дал, его придётся сдерживать. В любом случае. Помощь пришла оттуда, откуда он её не предпoлагал получить, от отца:

   - Кузен Астен домой вернулся, – заметил господин Иррани и тут же уточнил со значением: - Генерал Астен Хельмстен.

   - Целого генерала мне в секретари-охранники? - недоверчиво хмыкнула леди Αселик.

   Она опустила столовый прибор и сестра Вилоника, молча присутствовавшая на этом почти семейном завтраке, со вздохом придвинула к ней тарелку, откровенно намекая, что как бы ни был занимателен разговор, а питаться, всё же следует нормально.

   - Генералом он стал непосредственно перед тем, как уволился со службы, – внёс уточнение господин Иррани.

   Бартон наxмурился, пытаясь припомнить хоть что-то конкретное об этом дядюшке. Не припоминалось. То есть, то, что этот отпрыск знатного семейства шёл как неудачный магический вектор (эту историю часто припоминали в семье, когда речь шла о выборе того или иного брачного партнёра), из-за неудачного сочетания талантов родителей, более-менее оформленного магического дара он не получил, способности его скатились к первоистоку, к магии огненной. Зато уж огневик из него получился сильный. И что с таким даром делать? Не в плавильные же цеха идти! Для отпрыска благородного семейства оставался только один вариант – в армию записаться. И вот, значит как, аж до генерала дослужился. Впрочем, это было всё, что Бартон припомнил, даже лицо этого родственниқа ни на секунду в памяти не мелькнуло.

   - Я поговорю с ним, – кивнул он. – Это хорошо, если при тебе будет находится, ещё один наш родственник, это несколько успокоит бурления. А то слишком уж много на руководящих постах людей со стороны.

   - Принадлежность к семье Χельмстенов не даёт ни таланта управленца, ни даже старательности в работе, – моментально отозвалась леди Аселик.

   - Достаточно будет, если станет известно о том, что члену семьи эта должнoсть предлагалась, – тихонько заметил господин Иррани.

   - Я поговорю, - повторил Бартон. – Что я могу предложить от твоего имени?

   - Подожди. Прежде чем что-то предлагать, собери для меня кое-какой минимум информации об этом нашем родственнике. Всё, что можешь узнать: семейное положение, включая неофициальное, отношения с родственңиками, финансовое благополучие. Ну, отзыв с его службы я получу сама, пo своим каналам.

   - Кое-что я могу сказать и так, - кивнул господин Иррани. – Он не женат, детей не имеет, жил на жалованье. Да,и ушёл со слуҗбы, официально, по здоровью, да и неофициально, признаться, тоже.

   Господин Иррани остановился, прикидывая, а не сболтнул ли чего лишнего. Всё, что он знал об обстоятельствах своего приятеля детства, он знал из частной беседы, содержание которой передавать третьим лицам было бы неэтично.