Почувствуй вкус мести - Лена Фарт

— Что?..

Он смотрел на меня и улыбался, рукой приглаживая мокрые волосы. Это он напугал меня?..

— Идиот, — сквозь зубы прошипел Дамиен, садясь передо мной на корточки. — Сильно испугалась? — он потянулся к моей ноге и даже успел коснуться коленки, прежде чем я ладонью ударила его.

— Не трогай.

— Элла...

— Отойди от меня.

— Злишься? — Дамиен нахмурился, и вместо того, чтобы уйти или встать, он также сел, вытянув ноги вперёд. — Прости, ладно. Я не умею говорить всю эту хрень, но мне правда жаль. Я поступил по-детски, как грёбаный ребёнок, — он запрокинул голову и шумно выдохнул, пока я со всем скепсисом во взгляде смотрела в сторону, на лойсы, что качались от небольшого ветерка. — Я считал, что ты подставила меня, понимаешь? — на его исповедь я отрицательно покачала головой, ведь ничего не понимала. Когда это я подставляла его?.. — Элла, ты нравишься мне.

Я так была шокирована его словами, что рассмеялась тихонько. Собиралась встать, ругая себя за спонтанность и за то, что ранее явилась на трибуну. Я не поднялась до конца, так как моя нога неожиданно съехала по песку в сторону. Я наклонилась всем корпусом, взмахивая руками и падая на бок. И Дамиен, чёрт бы его побрал, поймал меня прямо у земли. Одна его рука была под моей шеей, а вторая... Он нагло держал меня за попу, обхватывая одну её часть своей огромной ручищей.

— Дамиен... — я сказала это так, словно давилась воздухом.

— Элла, — он перебил меня, наклоняясь к лицу в непозволительной близости.

22. Притяжение

— Прости меня, — прошептал истинный в мои губы, которые я от страха поджала. Меня ведь никто никогда не целовал, и эта наша близость лицом к лицу зарождала внутри меня бурю эмоций. От страха до неожиданного трепета. Интерес почувствовать чужие губы поселился в голове, но стоило вспомнить, что передо мной тот, кого я ненавидела больше всего на свете, как я резко отвернула голову, упирая руки в плечи Дамиена.

— Слезь, — мой голос стал хриплым.

Но он не послушал. Наоборот, придавил меня к мягкому песку всем телом, давая почувствовать его тяжесть. Дамиен был по сравнению со мной огромным, состоящим сплошь из мышц, а ещё высоким и крепким. В общем, тяжёлым.

— Пожалуйста, сладкая, — он потёрся носом о мою щеку, я же поперхнулась слюной, после чего начала громко кашлять. Так, что из моих глаз брызнули слёзы.

Этот ненормальный истинный повернул меня на бок и принялся хлопать по спине, пока я, казалось, умирала. А всё потому, что он назвал меня так — сладкой. Это мало того было странным, так ещё и из его уст звучало слишком ужасно.

Я долго откашливалась, Дамиен же принялся гладить меня по спине и поправлять волосы. Его нахождение рядом меня будоражило. Метка близости давала знать о себе вновь появившимся притяжением, как и в прошлый раз — два месяца назад. Кожа пылала от, вроде бы, неприятных прикосновений. Странные ощущения, от которых немного кружилась голова.

— С чего ты взял, что я сладкая? Зачем так говоришь мне? — сипло спросила, отбрасывая от себя руки истинного. — И отпусти меня, наконец!

Он рассмеялся, сажая меня на свои колени, стискивая в горячих руках за талию. Спиной я упиралась в его торс, а кожу на шее щекотали волосы Дамиена.

— А разве нет? Уверен, что на вкус ты очень сладкая, Элла, — прошептал он мне прямо в ухо, из-за чего по коже рассыпались мурашки.

Все чувства обострились, сердце снова болело от понимания того, что его определённо предадут, как и всегда. И сделает это он. А разум твердил избавиться от метки, чтобы не обречь себя на ту участь, которую я уже проходила. Избавиться в этот раз навсегда и не принимать незнакомые напитки из чужих рук.

Мистер Леви... Я ненавидела его сейчас также, как и его ублюдочного братца. У Лам де Ведь быть подонками — это семейное.

— Ты никогда этого не узнаешь, — прошептала тихо, ерзая на коленях истинного. — И отпусти меня, — прошипела, поворачивая голову в его сторону.

Он улыбался. Ветер трепал его тёмные волосы, синие глаза блестели. Дамиен казался счастливым и... милым.

Я сделала глубокий вдох, отвернулась и закрыла глаза. Всё было слишком плохо. Неужели благодаря метки и навязанным чувствам я прощу его и забуду всю боль, что он мне причинил? Буду его сладкой Эллой...

— Ни за что, — произнесли мы одновременно.

Руки на моей талии сжались сильнее, крепкий торс прижался к спине, будоража и заставляя чувствовать необыкновенный жар внизу живота. Это было знакомое чувство, но решиться на близость я всё ещё не могла. Это было страшно. Унизительно. Но в тоже время это был ключ к свободе. Возможно, я могла бы сделать это, а потом попросить братьев о частном самолёте. Полететь в Отто и вновь пройти болезненную процедуру. И деньги у меня были. Папа оформил нам с Габри банковские карты. Я редко пользовалась ей, так что могла позволить оплатить не одну такую процедуру.

Казалось, мы просидели в таком положении несколько минут или же часов. Время замерло. Я оставила телефон в комнате, а Дамиен на спортивной площадке или же в раздевалке, поэтому в себя я смогла прийти лишь когда прогремел гром и сверкнула молния.

Я попыталась соскочить с чужих колен, но мне не удалось. Крепкие руки истинного удерживали меня на месте.

— Куда? — прорычал Дамиен тяжёлым хриплым голосом, словно злился.

— Дождь... — всё, что я произнесла, поскольку его рука накрыла мою грудь. Резко, тут же сжимая до слабой боли.

Я задохнулась, не в силах произнести хоть слово и даже пошевелиться. Ветер стал прохладнее и сильнее, поднимая волосы вверх и загораживая обзор. Второй рукой Дамиен залез под низ майки и огладил живот. А губами впился в мою шею, обдавая её горячим дыханием. Тепло и прохлада смешались, на коже проступили мурашки. Приятные до безумия. Я часто задышала, наклоняя голову в сторону, чем открывала больше места для губ парня, на коленях которого продолжала сидеть. И стало так всё равно. Абсолютно на всё. Лишь приятные касания истинного имели сейчас значение.

— Сладкая, — шептал Дамиен, выводя круги на моей коже, и пальцами другой руки пробираясь в бюстгальтер. — Нежная...

Из горла вырвался странный хрип, а глаза невольно проследили за окружающей обстановкой, словно мне не хотелось, чтобы кто-то стал свидетелем проклятого притяжения, но в тоже время я не хотела останавливать его. Или не могла...

— Нас увидят, — выдала я тихонько, чтобы не сбить это