Общество психов - Кэролайн Пекхам

глазах вызвала восхитительную дрожь страха, пробежавшую по моему позвоночнику, подталкивая меня еще ближе к оргазму, который я чувствовала, как он нарастает. Мои ногти впились в его плоть, пока я боролась со стонами дикого желания, которые грохотали в моих легких, отчаянно пытаясь вырваться на свободу.

Матео вел меня к пику, к которому я так стремилась, но прежде чем позволить мне достичь его, он вытащил пальцы из меня и ухмыльнулся, поправляя боди обратно на место.

Он подался вперед так, что твердая выпуклость его члена прижалась к моему животу, и мой взгляд упал на распятие, выжженное на его груди — абсолютный парадокс для такого человека, как он, который был настолько полон греха, что ни одно божественное существо в мире не могло его спасти.

Но меня тоже нельзя было спасти. Я хотела остаться здесь, в грязи, где мир был в моих руках. Мы были другими, мы создавали свои законы, проливая кровь и заключая сделки со смертью. Когда мужчины этого дома смотрели на меня, я видела в них свое отражение, и это заставляло меня чувствовать, что я наконец-то нашла свое место.

Его хватка на мне усилилась, когда он прижал меня к стенке бассейна, а тьма в его глазах стала беспокойной, и он напрягся, как человек, стоящий на краю пропасти. Его челюсть дернулась, а член снова прижался ко мне, рождая в моей голове порочные мысли и фантазии. Затем он закрыл глаза и переместил руку с моего тела на бортик бассейна, отстраняясь ровно настолько, чтобы разорвать контакт между нами, пока я буквально задыхалась от желания.

— Если проплывешь длину бассейна самостоятельно, я заставлю тебя кончить мне на пальцы, — сказал он низким голосом, и волнение пробежало рябью по моей груди, даже несмотря на то, что он продолжал бороться со своим демоном.

Я пронеслась мимо него, плывя к другому концу бассейна с решимостью, пронизывающей все мое существо. Вода разлеталась во все стороны, вокруг меня поднимались огромные брызги, пока я плыла как сумасшедшая. Я двигалась быстрее, чем до сих пор, и улыбка расплылась на моих щеках, когда впереди замаячил бортик бассейна.

— Найл, — крикнула я, мельком увидев его лежащим в шезлонге: его глаза по-прежнему были устремлены в небо, словно его не волновали гигантские брызги вокруг меня. — Найл!

— Вперед, chica loca! — подбадривал меня Матео, зажигая чистый солнечный свет в моей груди.

Я смогу это сделать. Я дельфин Флиппер. Я акула Деррик. Я Губка Боб Квадратные Штаны.

Я потеряла все из виду, пока вода взрывалась вокруг меня, но я продолжала двигаться, а мои руки тянулись к бортику, и внезапно я ухватилась за него, громко вскрикнув от радости и обнаружив Найла, теперь сидящего на своем шезлонге и наблюдающего за мной.

На его губах играла улыбка, но он нахмурился, как только поймал мой взгляд.

— В следующий раз оставь немного воды в бассейне, хорошо, любовь моя? — Он поднялся на ноги и пошел в дом, даже не оглянувшись, а на меня обрушилось чувство провала, как тяжелое одеяло.

Матео подплыл ко мне сзади, обхватил за талию и поцеловал в шею, заставив меня мгновенно забыть о сварливом ирландце, который редко бывал мной доволен.

— Наконец он сделал это, — прорычал он, прижимая меня спиной к стенке бассейна и заставляя тихо застонать в предвкушении. — Оставил тебя наедине с Дьяволом.

Матео проложил поцелуями дорожку к моему уху, и ощущение его рта на моей плоти заставило мои губы жаждать такого же внимания, прежде чем он вырвал у меня вздох, когда коленом раздвинул мои бедра, ухватившись за бортик бассейна, чтобы я не сдвинулась с места, и расстегнул мое боди, чтобы предоставить себе полный доступ, а затем вошел в меня пальцами.

— Мы должны поторопиться, — сказал он с мрачным предупреждением в голосе. — Пока я еще контролирую демона во мне и пока этот bastardo (Прим. Пер. Испанский: Ублюдок) не вернулся.

— Есть, капитан, — сказала я, тяжело дыша, пока его пальцы двигались во мне, а его большой палец мучил мой клитор.

Я впилась зубами в его плечо, когда он вдавил меня в стенку бассейна своим огромным телом, а его рот покусывал и мучил меня, но так и не встретился с моими губами, даже когда я попыталась поцеловать его. О, как я хотела поцеловать его. И отказа в этом сладком удовольствие было достаточно, чтобы у меня заныло в груди, даже когда его пальцы так хорошо уничтожали меня.

Я уже была так близка к блаженству, балансируя на грани экстаза, в то время как мои бедра подпрыгивали в такт движениям его пальцев. Он вставил в меня еще один палец, сделав это хеттриком, и я застонала, когда он растянул меня, оставив парить на грани боли. Но мне нравилось находиться на грани боли: это было место, где я танцевала босиком, воя на луну.

Его большой палец двигался в бесконечном, восхитительном ритме по моему клитору, и когда я начала кончать, голос Найла прогремел в моих ушах.

— Какого хрена ты делаешь?! — взревел он, и внезапно электричество хлынуло из тела Матео в мое, а его пальцы задвигались в моей киске всеми нужными способами, заставляя меня кончать еще сильнее.

Я не смогла бы молчать, даже если бы сам Дьявол приказал мне это. Я закричала, откинув голову назад на стену, а Матео продолжал двигать пальцами, как одержимый, чтобы выполнить это единственное деяние, даже несмотря на боль от шокового ошейника.

Вода разнесла заряд по всей моей плоти, мои соски затвердели и заныли, пока электричество потрескивало по всему телу.

— Святые сиськи, Бэтмен, — сказала я, тяжело дыша, когда спустился с пика оргазма и электричество, наконец, покинуло мою плоть.

Матео крепко цеплялся за бортик бассейна, а на его лице была написана боль, но все же он дразняще смотрел на Найла.

Внезапно Найл схватил меня за волосы рукой, и вытащил за них из бассейна, оттаскивая подальше от Матео и заворачивая в огромное полотенце, которое он, должно быть, принес для меня.

— Плохая маленькая психопатка, — прорычал он, и, клянусь, на секунду я почувствовала, как его огромный член упирается мне в задницу, прежде чем он отодвинулся настолько, чтобы я не смогла убедиться в этом.

Он повел меня внутрь, и я оглянулась на Матео, когда тот вылезал из бассейна. Стекающая по обнаженной груди вода делала его похожим на модель, а сам он бросал на Найла убийственные взгляды.

— Заходи внутрь, гребаный осел, — рявкнул Найл ему. — Или я включу твой ошейник на