Ее мятежник - Аманда Маккини

Я вспомнил о тайнике с ручками в её книжном шкафу.

— И что потом?

— Он, конечно, закричал. Ты когда-нибудь был под действием перцового баллончика?

— Я был в газовой камере.

Она вскинула брови.

— Да, на тренировке. Продолжай.

— Он свернул в кювет. Задние двери были заперты, пришлось карабкаться через передние. Я выбралась, пока он выцарапывал себе глаза. Бежала, пока могла. А потом… появился ты.

Я покачал головой. — Если то, что ты говоришь, правда, то ничего бы этого не случилось, если бы ты не сбежала от меня в первую очередь.

— В меня стреляли в тот момент, когда ты вошёл в мой дом. Конечно, я убежала от тебя.

— После того как поцеловала.

Она прищурилась. — Почему ты так агрессивен со мной?

— Расскажи мне о своих отношениях с Роном Фитчем.

— С моим боссом?

Я бросил на неё взгляд. — Не начинай сейчас, чёрт возьми.

— Перестань так со мной разговаривать.

Костяшки побелели на руле. — Я больше не буду этим заниматься, София. У меня нет терпения на ложь. Просто говори. Чёрт возьми, просто говори.

— Хорошо. Он мой начальник в закусочной, и больше ничего. У нас нет отношений, если ты к этому клонишь.

— А рабочие отношения?

— Э… да, я на него работаю. Я только что сказала.

— Только в закусочной?

— О чём ты вообще?

— София, мой друг только что разговаривал по телефону с Роном Фитчем, и ему выстрелили в голову.

— Что?

— Рон состоит в «Чёрной ячейке».

Она застыла от шока, затем отвисла челюсть, глаза расширились от озарения.

— О боже…

— Что?

— Я написала Рону — до того, как меня похитили, — спросила, можно ли одолжить его фургон. Подумала, могла бы уехать на нём. В общем, сказала ему, что направляюсь в закусочную. Он единственный, кто знал, куда я иду. Если он действительно связан с «Ячейкой»… это он сообщил моему похитителю. В этом нет сомнений.

Я увидел, как кровь отхлынула от её лица. Либо София была очень, очень хорошей лгуньей, либо искренне шокирована.

Я провёл рукой по волосам. — Мне нужно, чтобы ты рассказала мне всё. — Бросил на неё взгляд. — Всё, София. Начни с начала. Расскажи, как ты связана с «Чёрной ячейкой».

— Я больше не связана. Я сбежала, — сказала она, вздёрнув подбородок. — Вот почему я здесь, на Аляске. Я выбрала это место, бросив дротик в карту. Не шучу. Я жила здесь три года, ни о чём не беспокоясь, а потом появляешься ты и переворачиваешь всё с ног на голову.

В её глазах вспыхнул гнев.

— Я наконец пустила корни, кое-что наладила. Мне здесь нравилось. Планировала достроить дом, завести собаку, может быть… А теперь снова придётся уехать. Снова.

Между нами повисла тишина. Если она говорила правду, то всё, что рассказывал Лео, было ложью. София не была информатором. Она была в бегах и, скорее всего, не знала, где Кузьма.

— Как тебя зовут на самом деле?

— Алекс Петрова, — сказала она, прищурившись, словно бросая вызов. — Я дочь Кузьмы Петрова.

— Алекс Петрова мертва.

— Да, это так.

Я минуту размышлял над этим, медленно складывая кусочки.

— Ты заплатила кому-то, чтобы тебе выдали свидетельство о смерти, не так ли?

— Именно. Мою двоюродную сестру звали Ана. Мы были близки. Однажды мы с ней планировали день покупок, обед и всё такое. В последнюю минуту я отменила. В тот день она погибла в ужасной аварии, и я увидела возможность. Заплатила своему союзнику, чтобы всем сказали, что я была с ней в машине, что сгорела заживо, а затем заплатила за подделку моего свидетельства о смерти. Вот тогда я и стала Софией Бэнкс. В ту же ночь уехала из России.

— Значит, ты родилась в России?

— Да.

— Почему нет акцента?

— Выучила английский в юном возрасте, последние три года избавлялась от акцента. Я никогда не вернусь. Хочу стереть все следы прошлого.

— Кто был твоим союзником? Тот, кто помог сбежать.

— Один из приспешников отца, который был в меня влюблён. Заплатила ему огромную сумму за молчание, деньгами, украденными у отца. Это было рискованно, но я была готова. — Она отвернулась. — Думаю, авария с АнНой не была случайностью. Меня подставили.

— Почему?

— Не хочу сейчас об этом говорить.

— Алекс…

— Нет. Не называй меня так. Я больше не она. Я София. Пожалуйста, зови меня Софией.

Мы подъехали к развилке, едва заметной под снегом. Я свернул направо, уводя нас глубже в дикую местность.

— Куда ты едешь? — спросила она.

— Туда, откуда ты не сможешь сбежать.

Туда, где я мог бы раз и навсегда решить, могу ли доверять этой женщине.

ГЛАВА 27

ДЖАСТИН

Это был ад, а не дорога. Из-за метели ее впереди почти не было видно — да и что можно было разглядеть под снегом, выпавшим за последние несколько часов?

Меня тревожили не только непроходимые дороги и пронизывающий ветер, но и далёкий треск ветвей, который я то и дело улавливал. Одна крупная ветка могла бы обездвижить внедорожник, и тогда мы застряли бы с заглохшим двигателем. А если бы разбились стёкла — остались бы и вовсе без защиты от непогоды.

Я уже почти начал обдумывать план Б, когда с консоли прозвучал сигнал GPS: мы прибыли. Это была заброшенная старая однокомнатная хижина, которую я когда-то нашёл, разыскивая Софию после её побега. Почему-то я сохранил координаты в телефоне. Шестое чувство подсказывало, что они ещё пригодятся. И я был рад, что к нему прислушался.

Старое строение из камня, бетона и дерева почти растворилось в окружающем лесу. Половина его уходила под землю, а открытая часть была густо оплетена растительностью вплоть до крыши. Сбоку торчал покосившийся каменный дымоход. Хижине, наверное, было лет сто. Теперь её контуры едва угадывались под снежным покровом.

Идеально.

София пошевелилась, когда внедорожник затрясло на ухабах. Она моргнула, потирая глаза кончиками пальцев. «Долго я спала?»

«Сорок пять минут».

«Ой, я и не заметила…» — Она сморщилась, схватившись за голову.

Я нажала на тормоз. «Ты в порядке?»

«Да. Просто голова раскалывается».

«Твоё тело сильно пострадало».

«Боже мой…» — Она уставилась на снежную круговерть за стеклом, на этот апокалиптический серый цвет — последний отсвет приглушённого солнца. Её челюсть отвисла.

«Не волнуйся, — сказал я, замедляя ход. — У нас есть укрытие».

София нахмурилась, с недоверием разглядывая впереди домик, похожий больше на занесённую снегом груду. «Где мы?»

«Я нашёл это место, когда искал тебя после того, как ты выскользнула из окна ванной».

«Ты искал меня?»

«Конечно». Я