Плохое влияние - Хлоя Уоллес

надеждой.

— В университет? — говорю с сарказмом. — Не будь наивной, Расселл, я даже в школу

не ходил.

— Есть много людей, которые не учились в школе, но у них есть карьера! Ты мог бы... мог

бы учить что-то, что тебе нравится, и найти стабильность. Тебе не хотелось бы этого? —

она делает паузу. Видно, что ей действительно хочется, чтобы я принял эту идею, и меня

удивляет, что она думает, что я способен на такое. Я никогда не задумывался о будущем.

Мои планы всегда основывались на одной простой цели: месть.

— Я хочу, чтобы ты согласился.

Я качаю головой.

— Нет.

— Не будь упрямым, Дуглас. Мне тоже не нравится сидеть на скамейке и ждать, пока ты

тренируешься, — говорит она, морщась. Она выглядит так... мило. Подожди, мило? Что я

вообще говорю? Соберись, чёрт возьми.

— А почему ты это делаешь? Что ты с этого получаешь?

Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрывает.

— Это не о том, чтобы что-то получить, — наконец говорит она. — Это твое будущее. Ты

должен иметь цель в жизни, иначе... какой смысл жить, если ты ничего не хочешь

достичь? Что ты собираешься делать после этой работы?

Месть. Снова. Это единственное слово, которое вертится в моей голове. Оно повторяется

несколько раз, но по какой-то причине я не могу сказать его вслух. Что я собираюсь

делать после этой работы? Честно говоря, я никогда не задумывался об этом, но сама

мысль о том, чтобы найти другую работу подальше отсюда, где мне не придется видеть

Риз, кажется мне менее привлекательной, чем я думал. Честно говоря, я доволен своей

работой, и даже не задумывался о том, хочу ли я идти в университет или заниматься чем-то более полезным в жизни. В общем, я понятия не имею. Поэтому я ничего не говорю, и, похоже, она тоже.

Я припарковался у двери студии, и мы оба выходим из машины. Риз здоровается с

девушкой на ресепшене и молча проводит меня по коридорам до раздевалки. Атмосфера

такая напряженная, что ее можно порезать ножом. С тех пор как мы поцеловались, мне

кажется, что ее тело стало гораздо ближе, и я слышу сильнее удары ее сердца. Черт, если

раньше ее губы просто звали меня, то теперь они кричат мне, чтобы я поцеловал их.

Расселл открывает дверь раздевалки и останавливает меня, положив руку мне на грудь, когда видит, что я за ней следую. Тот участок, где она меня коснулась, прямо горит от ее

прикосновения. Я не могу оторвать взгляд от ее губ, и мне трудно отвести взгляд. Она, похоже, делает то же самое, но потом она отворачивает глаза вниз и убирает руку. Черт, я

хочу ее поцеловать.

— Не входи. Я буду следить и проверю, что все в порядке, ничего не случится. — Я киваю

головой. — Подожди меня в зале, — она шепчет перед тем, как закрыть дверь.

Я делаю, как она говорит, и тут же все девушки в зале поворачиваются ко мне и

улыбаются.

— Тебе что-то нужно? — спрашивает молодая девушка с собранными светлыми

волосами. Она высокая и стройная, с зелеными глазами, а ее лицо словно из фарфора, украшенное несколькими маленькими веснушками, собравшимися на ее щеках.

Я качаю головой.

— Я охранник Риз Расселл.

Она скрещивает руки и поднимает бровь.

— Это какая-то шутка? — говорит она выразительно.

— Хотел бы я, чтобы это была шутка. — я делаю паузу. — Учительница в курсе, и никаких

проблем нет, если ты не возражаешь, можешь вернуться к своим подругам. — говорю я, делая жест рукой, чтобы она удалилась из моего поля зрения.

Она делает шаг вперед.

— Я учитель этой группы, милый. И меня никто не предупреждал.

Черт. Я хмурюсь.

— А где та старая? Что с ней случилось?

Девушка делает гримасу, немного недовольную моими словами.

— Миссис Маккартни на больничном, я ее замена, — гордо произносит она последние

слова. — Аманда Моррисон. — Протягивает мне руку, и я пожимаю ее.

Ее кожа мягкая и холодная, несмотря на жару.

— Эрос Дуглас. — Я снова скрещиваю руки. — Что с ней случилось?

Риз входит в зал в своем светло-розовом пачке и новых пуантах, и все мое внимание

переключается на нее. Ее волосы собраны в растрепанный пучок, она здоровается с

девушками и начинает растягиваться у стойки у стены. Не знаю, вызвано ли это жарой

или я под каким-то заклинанием, наложенным ее губами, но среди всех девушек в этом

зале она привлекает наибольшее внимание. Думаю, это заметит любой. Как будто она

излучает свет, заставляющий тебя смотреть на нее, не могу объяснить. Она встает на

цыпочки и поворачивается вокруг себя. Похоже на принцессу.

—...Жаль... Ладно, думаю, мне пора возвращаться на урок, они меня, наверное, ждут. —

говорит Аманда, прежде чем повернуться и уйти.

Я был так поглощён наблюдением за Риз, что даже не заметил, о чём она мне говорит.

Чёрт возьми, не понимаю, что со мной происходит, как будто все мои мысли затмило её

присутствие, её губы и её чёртов характер, который сводит меня с ума. Мне нужно

передышка.

Половину урока я наблюдал, как девушки танцуют одна за другой, пока не пришёл её

черёд. Началась меланхоличная мелодия, и Риз, не встречая трудностей, скользит по

тёмному деревянному полу, выполняя прыжки, повороты и акробатические элементы.

Свет, проникающий через стеклянные стены, освещает её фигуру и создаёт тень на полу.

Всё выглядит так идеально, как будто она родилась именно для этого. Она

сосредоточена, выполняя все шаги, а её одноклассницы внимательно наблюдают, ожидая, что она ошибётся хотя бы в одном движении. Но этого не случится, я просто это знаю.

Когда её танец заканчивается, я не знаю, сколько времени прошло, но Аманда смотрит на

неё с блеском в глазах и аплодирует. Это первый раз, когда она это делает.

— Поздравляю, мисс Расселл. — говорит она, подмигивая ей.

Занятие заканчивается, и мне хочется воткнуть себе эту палку для растяжки прямо в

горло. Балет — ужасно скучно. Я жду Риз у раздевалки, и, когда она выходит, мы молча

идём к машине. Её пучок распался, и лёгкий слой почти невидимого пота покрывает её

кожу. Я осознаю, что предпочёл бы, чтобы мы ссорились или кричали друг на друга, чем

переживать этот адский неудобный молчание.

Я включаю радио и ставлю рок на довольно громкую громкость, Риз убавляет.

— Ты как твой отец, — говорю я с гримасой. Её, похоже, оскорбляет мой комментарий, как

будто я только что