Язык цветов - Анастасия Ковальковская

Что она может влиять.

И только потом — шаг за шагом — он аккуратно вернёт баланс.

Не забирая.

Не ломая.

Не торопясь.

Потому что теперь он знал главное:

Агата — не слабая.

А значит, ошибиться с ней можно только один раз.

И Кир не собирался делать эту ошибку.

День свадьбы

Этот день пролетел так быстро, что я почти не успела его испугаться.

Всё было именно так, как я хотела.

Тихо.

Без суеты.

В кругу семьи.

Мама плакала — но это были хорошие слёзы. Отчим держал её за руку и всё время улыбался, будто боялся спугнуть момент. Кристина крутилась рядом, красивая, нарядная, взрослая больше, чем обычно.

И Сева.

Сева оказался… неожиданным.

Он был громким, живым, смешным — таким человеком, который будто заполняет собой пространство, не подавляя. Он шутил, поднимал тосты, подхватывал паузы, смеялся первым и заражал этим смехом остальных. Настоящая душа компании. Тамада без должности.

Мы смеялись от души. Настояще. По-настоящему.

Я заметила, как Кристина смотрит на него — чуть дольше, чем нужно. С интересом. С восхищением. С той самой наивной влюблённостью, которая ещё не умеет быть осторожной. Она и сама это понимала — Сева был для неё слишком взрослый, слишком другой. Но от этого взгляд не становился менее тёплым.

Мама была счастлива. Я видела это по тому, как она смотрела на меня — спокойно, без тревоги. Как будто внутри неё что-то наконец отпустило.

Сева, конечно, кричал «горько».

Громко. Настойчиво. С ухмылкой.

Нам приходилось целоваться с Киром.

Хорошо, что у нас уже был опыт.

Это больше не смущало так сильно. Не выбивало из равновесия. Поцелуи были короткими, уверенными, почти привычными. Люди аплодировали, смеялись, а я ловила себя на мысли, что всё это происходит будто немного со стороны.

Праздник пролетел как один миг.

И вот мы уже ехали домой — с водителем, с подарками, с лёгкой усталостью и ощущением, что что-то важное всё-таки случилось.

В машине я тихо сказала:

— Спасибо тебе… что сделал свадьбу такой, как я хотела.

Кир ничего не ответил сразу. Просто обнял меня, притянул к себе. Его рука легла мне на плечо — уверенно, спокойно.

В машине было тепло.

Я весь день была на ногах: причёска, макияж, ЗАГС, ресторан, разговоры, улыбки. Усталость накрыла неожиданно. Я положила голову ему на грудь — и почти сразу уснула.

Последнее, что почувствовала, — его дыхание. Ровное. Спокойное.

Он заметил, что я уснула, уже возле дома. Не стал будить. Просто попросил водителя открыть двери и осторожно взял меня на руки. Я смутно ощущала движение, чьи-то шаги, тихие голоса.

В комнате он уложил меня на кровать.

Я открыла глаза и резко села, будто вынырнула.

— Тш-ш, — сказал он спокойно. — Всё хорошо. Ты дома.

Он спросил:

— Помочь тебе раздеться? Или справишься сама?

Я помедлила. Потом тихо сказала:

— Помоги… развязать корсет.

Я встала. Он подошёл сзади. Делал всё медленно, бережно. Его пальцы иногда случайно — или не совсем — касались кожи. Лёгко. Почти невесомо. Я стояла неподвижно, не потому что не могла уйти, а потому что не знала, куда двигаться дальше.

Когда корсет был развязан, он остановился.

Он понял.

Я не была готова.

— Спокойной ночи, Агата, — сказал он тихо.

И вышел.

Я осталась одна. Сняла платье, переоделась в пижаму, легла на кровать. Тело было уставшим, мысли — странно ясными.

Он ушёл в свой кабинет.

Мы лежали в разных комнатах.

Под одной крышей.

С одной и той же мыслью.

Этот день был правильным.

Тёплым.

Настоящим.

Но впереди было утро.

И с ним — всё остальное.

Глава 19

Утро после

Агата проснулась раньше будильника.

Секунду она не понимала, где находится. Потолок был знакомый, комната — тоже, но внутри было странное ощущение, будто она вернулась из долгой поездки и всё вокруг чуть-чуть сдвинулось.

Потом память аккуратно разложила всё по местам.

Свадьба.

Поездка домой.

Его руки.

Корсет.

Дверь, закрывшаяся за его спиной.

Она медленно села в кровати. В доме было тихо. Не пусто — просто спокойно. Неожиданно спокойно для первого утра замужней жизни.

Она посмотрела на кольцо.

Оно не казалось тяжёлым. Не жгло. Не пугало.

Но и радости детской не вызывало.

Факт.

Вот что это было.

Агата накинула халат и вышла из комнаты.

Запах кофе встретил её ещё в коридоре.

Она замерла на секунду.

Не потому что испугалась.

А потому что это было… слишком нормально.

Кир стоял на кухне спиной к ней. В рубашке, уже собранный, спокойный. Он держал в руке турку и смотрел, как поднимается пена.

Как будто это было обычное утро. Как будто вчера не было ЗАГСа, тостов, поцелуев и новой фамилии в документах.

— Доброе утро, — сказал он, не оборачиваясь.

Он услышал её шаги.

— Доброе, — ответила она.

Голос звучал ровно. И её это удивило.

Он поставил перед ней чашку.

— Спасибо.

Они сели за стол друг напротив друга.

Не как чужие.

Но и не как близкие.

Просто два человека, которые теперь официально связаны одной жизнью.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

Не формально. Внимательно.

Она задумалась.

— Спокойно, — сказала честно. — Устала… но спокойно.

Он кивнул.

— Это хорошо.

И в этом «хорошо» не было подтекста. Не было скрытой победы. Только констатация.

Несколько секунд они пили кофе в тишине.

Потом он сказал:

— Сегодня ничего не планируй.

Она подняла глаза.

— Почему?

— Потому что вчера был тяжелый день— он чуть улыбнулся, — Отдохни.

Это звучало как забота.

Но Агата вдруг поймала себя на том, что ждёт продолжения.

Условия.

Просьбы.

Напоминания о чём-то.

И когда их не последовало — она растерялась сильнее, чем если бы они были.

— А ты? — спросила она.

— У меня пара встреч. Коротких. Я вернусь рано.

Снова пауза.

Он смотрел на неё так, будто хотел что-то добавить. Но не стал.

И это было новым.

Раньше он бы направил разговор. Подвёл к нужной теме. Обозначил следующий шаг.

А сейчас — оставил пространство.

И это пространство было непривычным.

— Кир… — сказала она вдруг.

Он поднял взгляд.

— Спасибо тебе. За вчера. Не только за свадьбу.

Он понял.

Не улыбнулся. Не отмахнулся.

Просто ответил:

— Я старался сделать правильно.

Не «для тебя».

Не «ради нас».

А — правильно.

И почему-то именно это прозвучало честнее всего.

Он допил кофе, встал, надел пиджак.

Подошёл к ней.

Не поцеловал.

Не обнял.

Просто коснулся пальцами её плеча. Легко. Почти нейтрально.

— Отдыхай, Агата.

И вышел.