Последняя фея: Охота на бескрылую - Тая Ан

М-м-м, а какими же сладкими были его губы, я и представить не могла что их вкус окажется куда лучше того особенного мёда, в разы слаще… Но, кажется, я слегка увлеклась, полностью доверившись своей новой половине.

И поняла я это тогда, как только вместо томительной сладости резко ощутила на языке острый привкус чужой крови. И в этот момент меня будто ударило током, сдувая весь жар, и я замерла, словно очнувшись от наваждения. Если бы не крепкие руки, крепко прижимавшие меня к горячему мужскому телу, то я бы наверняка упала… Боги, что я здесь делаю? Что я творю?? Передо мной блестели его совершенно безумные темные глаза, и в душу тенью закрался ледяной страх…

— Пусти, — прошептала побледневшими губами, чуть прикрыв глаза не в силах вынести его взгляд, ощущая лишь чужое горячее дыхание на своих губах.

Тот не сразу, но повиновался, не отводя тяжелого взгляда, и очень медленно убрав руки с моей талии. В одно движение оказавшись на земле, я, подхватив куртку, что есть духу припустила в направлении дома.

Мужчина с минуту смотрел ей вслед, не в силах двинуться с места, потом, когда девушка скрылась из виду, он медленно огляделся, и сильно потер руками лицо, приходя в себя…

Эта девчонка его просто околдовала… Он с силой сжал веки, и потом снова их распахнул. Так просто не бывает… Что за наваждение. В голове пульсировала горячая кровь, требуя незамедлительно догнать и наказать эту нарушительницу спокойствия, но мужчина лишь тяжело дышал, пытаясь прогнать из головы дикого зверя и собраться с мыслями. Что это сейчас вообще было? Он снова огляделся, шокированный увиденным.

Вокруг, насколько хватало взгляда, зеленел настоящий оазис, которого еще несколько минут назад тут не было и в помине. Повсюду распустились пышные кустики незабудок, неведомо откуда возникли широколистные ландыши, а ближайшие сосны густо оплёл дикий хмель, одномоментно раскрывший белые чашечки цветков… И вокруг всего этого цветущего великолепия во множестве вились лазоревые с золотистым отливом бабочки.

Мужчина, чуть пошатнувшись, поднялся с бревна, всё еще не до конца осознавая произошедшее. Слизнув кровь с прокушенной губы, он шагнул вперед, чтобы дотронуться до цветов, и понять, что те реальны, а не некий странный глюк. Но под ногой не хлюпнула ожидаемо влажная почва. Тогда он в замешательстве опустил голову и увидел свою футболку, из-под которой поблескивала расколовшая темную землю надвое широкая полоска матового металла. Лекс на секунду снова прикрыл глаза, чтобы успокоить никак не желающее униматься сердцебиение.

Что бы это ни было, но только что он сам стал тому свидетелем. Легенды не врали.

7. День открытий

Я бежала, как безумная, задыхаясь и почти не разбирая дороги, совершенно не чувствуя под собой земли, лишь чудом не переломав ноги на буреломе. Некая жуткая сила гнала меня прочь, непрерывно подталкивая в спину, всю мокрую от страха.

Будто и не было тех нескольких лет, всё также я неслась что есть сил через знакомую лесную чащу… Только вот от кого на этот раз? Наверное, от себя самой.

Не помню совершенно, как пролетела весь путь, ворвалась в калитку, кое-как заперев ту лихорадочно дрожащими руками, пересекла участок, и обессиленно ворвалась в дом.

Пока я бежала, погода стремительно испортилась, будто подхватив моё отчаянное настроение. Солнце исчезло, налетел недружелюбный ветер, а на небо наползли мрачные тёмные тучи, и теперь ритм частых капель дождя, дробью стучащих в окна, почти сливался с ритмом моего собственного неспокойного сердцебиения.

Всё ещё тяжело дыша, словно загнанный зверь, я сползла по полотну быстро запертой на все замки двери, и уселась на пол, уткнувшись в ладони разгорячённым лицом. Та, другая я исчезла, будто вовсе и не бывало, оставив только маленькую и испуганную обычную меня. И что это такое вообще было? Это лесное наваждение, это… Даже невозможно было подобрать слово, которое могло бы в полной мере описать всё это недавнее безумие. Никогда раньше я не чувствовала подобного, никогда раньше не нападала вот так на мужчин… Никогда, до сего момента, когда меня после долгого отсутствия вдруг ни с того ни с сего потянуло в весенний лес. Мало того, никогда мужской пол не привлекал меня как сейчас, особенно этот один единственный его представитель.

Я глухо застонала, прижимая ладони к щекам. Чувство жгучего стыда смешалось во мне со странным мрачным удовлетворением, которое я испытала, наблюдая искреннее восхищение и неподдельный животный голод в темных мужских глазах…

Было очень жарко. Чересчур теплая куртка неприятно липла к обнаженной коже. Сняв, я зашвырнула ее в сторону вешалки, и, снимая на ходу штаны, на подкашивающихся от усталости ногах поплелась в душ. Футболка была благополучно оставлена в лесу.

Душ обжигал кипятком, но я не чувствовала его тепла. Казалось, что мое тело сейчас было куда горячей этой воды после всего, что произошло в лесу. Я вся дрожала от незнакомых эмоций, снова и снова проигрывая в голове до мельчайших подробностей отпечатавшиеся в памяти моменты. Твердость чужой груди под подушечками пальцев, щекотные ощущения чужого горячего дыхания и жесткой щетины на собственной коже, восхитительные касания крепких рук… Да что со мной такое! Ведь я его совершенно не знаю! Я же не какая-то лесная зверушка, чтобы, только лишь обнюхав предполагаемого партнера, тут же кинуться к нему в логово с заведомо известной целью! Ан нет… Тяжело вздохнув, я выключила кран. С водой, кажется, всё же перестаралась. Немного кружилась голова, и в теле ощущалась неприятная слабость…

Через полчаса, переодетая в пижаму, и укутанная в теплый плед, я сидела у окна и потягивала теплый чай, мрачно наблюдая дождь. Прогулялась, называется… Меня знобило и трясло, постепенно и неумолимо накрывая волной незнакомой пульсирующей боли. Она проникала повсюду, от макушки до кончиков пальцев, бесконечно заставляя ныть и страдать моё непривычное к подобным ощущениям тело. То и дело покрываясь неприятно зябкими мурашками, я плотнее и плотнее куталась в плед, совершенно забыв свой недавний жар.

Я никак не могла понять, что именно со мной случилось. Неужели простыла? Так быстро… Но весенний лес коварен, и в этом я сегодня убедилась сполна. И стоило только снова начать думать о недавнем, как меня накрывало еще сильней, буквально складывая пополам, поэтому как могла, я старалась отвлекать себя всякой ерундой, и для этого даже вернула к жизни телефон.

Пробегая глазами десятки чужих сообщений, я даже не видела букв. Они расплывались перед глазами, перетекая одна в другую, образовывая странный рисунок из