Главный приз для мажора - Анастасия Градцева

– Особо близких друзей у меня нет. А пацаны с универа… Мы тусуемся вместе, это другое. Ну и опять же, парни не девчонки, мы не сидим и не рассказываем друг другу всю свою жизнь, – хмыкаю я.

– Еще бы, – в тон мне отвечает Даша. – Вам и так есть чем заняться. На девушек спорить, например.

– Это была хреновая идея, – честно признаюсь я. – Но я реально только недавно это понял.

Даша ничего не отвечает, и я добавляю:

– Кстати, про твой вопрос: нет, у меня дома никого нет. Эта квартира только моя. Отец живёт за городом.

– Тебе не скучно одному жить?

– Да нет. Нормально.

– Хотя что я спрашиваю, – вздыхает Даша. – У тебя там постоянные тусовки, наверное.

– Для тусовок есть клубы. Предпочитаю не смешивать это с личным пространством. И вообще… Не люблю чужих людей у себя дома.

– Ага, не любишь, а сам взял и позвал меня к себе. Логическая нестыковка, Десподов.

– А кто тебе сказал, что ты чужая?

Даша удивленно замолкает и как будто не находит слов для ответа.

Я паркуюсь во дворе, обхожу машину и открываю Дашке дверь. Руку подать не успеваю – она слишком быстро выскакивает сама.

Зато попадает прямо ко мне в объятия.

Мгновение я держу ее в своих руках, а потом Даша смущенно выскальзывает и отходит в сторону.

Черт, она безумно милая в моей толстовке. Такая маленькая и хрупкая. Она ей реально до колен.

– Иди сюда, – зову ее.

Даша напряжённо хмурится и делает шаг ко мне.

Я тянусь к Дашке и надеваю на нее капюшон, ласково коснувшись нежной прохладной щеки.

– Так теплее будет, – поясняю я.

– Ты мог бы сказать, – тихо упрекает она. – Я бы сама надела.

Я ухмыляюсь и развожу руками.

Даша только закатывает глаза.

Она наверняка прекрасно понимает, почему я так сделал.

Если у меня есть легальная возможность лишний раз потрогать Дашу, теряться я не буду. Буду использовать свой шанс на максимум.

Но она меня хотя бы не оттолкнула. Уже хорошо.

Не удерживаюсь, опять тянусь к Даше, поправляю капюшон, а заодно пропускаю между пальцами прядь влажных темных волос, которая выбилась из причёски.

– Ян!

– Все, все, не трогаю. Пойдём.

Пока мы идем мимо консьержки, заходим в лифт и поднимаемся на мой этаж, Дашка молчит и оглядывает всё удивлёнными глазами.

Я, правда, не очень понимаю, на что тут смотреть.

Дом как дом. И квартира обычная.

– Проходи. – Я открываю дверь, включаю свет в коридоре и оборачиваюсь на Дашу, которая все еще неловко стоит на пороге.

– Это была плохая идея, – бормочет она, опустив взгляд. – Тут у тебя так чисто, а у меня вся обувь мокрая. И одежда. Я только грязь разнесу.

– Забей. Но если боишься запачкать пол, можешь раздеться прямо тут, у дверей. Полностью.– Я многозначительно приподнимаю бровь. – Готов помочь.

Даша краснеет и слегка бьет меня по руке, которую я уже успел к ней протянуть.

Честно говоря, сам не заметил как.

Очень сложно рядом с ней сохранять контроль, потому что все тело как будто с ума сходит.

К ней тянет.

Жесть как тянет – словно магнитом.

– Ян, – дрогнувшим голосом говорит Даша. – Не надо на меня так смотреть.

– Как?

– Ты знаешь как.

– Прости. Это сложно контролировать, – признаюсь я и отворачиваюсь, глядя в стену. – Мне от тебя крышу рвет.

Даша ничего не отвечает.

По шороху и стуку подошв, я понимаю, что она разулась.

Ладно, уже неплохо. Меньше шансов, что сбежит.

– Я пойду в ванну воды наберу, – говорю я, все еще не глядя на Дашку. – Можешь пока осмотреться. Ходить можно везде, трогать все, короче, чувствуй себя как дома.

– Не получится чувствовать, – отзывается она. – Твоя квартира мало похожа на дом в моем понимании.

– Почему?

– Слишком много свободного места. И все такое… как с картинки.

– Это только в зале такой порядок, – усмехаюсь я. – Я тут музыку пишу, меня бесит, если что-то валяется и отвлекает. А если зайдешь в спальню…

– Не зайду, – торопливо перебивает Даша.

– Ну… Может, в другой раз? – подмигиваю я.

– Не будет никаких других разов, – отрезает она.

Я невинно пожимаю плечами.

Посмотрим, Даша. Посмотрим.

Еще вчера ты даже разговаривать со мной не хотела, а сегодня я набираю тебе ванну в своей квартире. Удача любит тех, кто не сдается.

Пока набирается вода, я заказываю ужин. Итальянская пицца из моего любимого ресторана. Добавляю к заказу чизкейк и коробку миндального печенья, которое они сами пекут.

Я возвращаюсь в зал и нахожу Дашу около своего рабочего стола. Она завороженно рассматривает микшерский пульт и студийные мониторы.

– Готово. Иди грейся. Одежду кидай в стиральную машину, она с функцией сушки. Полотенце я тебе там положил, чистую одежду тоже. Наденешь пока мою.

– Я в ней утону, – вздыхает Даша.

А меня аж выкручивает от дикого всплеска желания.

Я безумно хочу увидеть ее в своей футболке. И желательно, чтобы кроме этой футболки на Даше больше ничего не было.

Глава 28.

Даша

Я закрываю изнутри дверь ванной.

Не то чтобы я боюсь, что Ян вдруг ко мне зайдет, но так спокойнее.

Хотя, по правде говоря, спокойствия во мне нет ни на грамм – каждая клеточка тела буквально вибрирует от волнения.

Я что, серьезно собралась вот сейчас принимать ванну у Десподова дома?

А потом ещё надевать его одежду, как в каких-нибудь романтических фильмах?

Я смотрю в большое зеркало, которое отражает моё раскрасневшееся лицо.

– Какая же ты дура, Дашка, – шепчу я сама себе. – Наплачешься же потом.

Отражение сияет счастливыми глазами, и, похоже, с ним сейчас бесполезно разговаривать.

Я тяжело вздыхаю, спиной поворачиваюсь к зеркалу и снимаю с себя одежду.

Сначала толстовку Яна – я ее сначала аккуратно складываю, а потом, поддавшись идиотскому порыву, прижимаю к лицу.

Толстовка пахнет, как он.

Терпко, волнующе.

Разве может другой человек так вкусно пахнуть?

Я смущенно кладу его вещь обратно, снова аккуратно ее сложив, а потом торопливо раздеваюсь.

Мокрые джинсы и носки отправляются в стиральную машину, туда же влажная водолазка, а вот белье я оставляю на полу.

Кафель здесь теплый, видимо с подогревом, и тонкая ткань как раз подсохнет, пока буду принимать ванну.

Ян постарался – налил много воды, а еще бухнул туда пены.

Я осторожно делаю шаг в ванну и непроизвольно охаю от того, как горячая вода обжигает замерзшие ноги. Но потом кожа привыкает, и когда я