Мой сводный препод - Ая Кучер

— Можно? — Влад стучит, прежде чем войти. Встаёт в дверях и внимательно на меня смотрит.

— Оденься, пожалуйста, — протягиваю ему рубашку.

— Ладно, — он усмехается и покорно продевает руки в рукава.

— Ты ложись тут, — кладу на пол коврик, одеяло, даю ему подушку.

— На пол? — мистер мажор недовольно хмурится. — У тебя, ведь, кровать двуспальная!

— Ну и что? — поднимаю брови. — Я рядом с тобой спать не собираюсь!

— Это ещё почему?

— Да мало ли, что у тебя на уме? Я не чувствую себя в безопасности, когда ты рядом.

— Сегодня ночью мы спали рядом, и тебе было вполне комфортно, — Влад, всё же, садится на пол. — Но… будет, конечно, как ты скажешь, — поднимает руки вверх.

С подозрением смотрю на него и не понимаю, с чего это маньяк такой сговорчивый? Наверное, что-то опять задумал?

Выключаю свет, и мы укладываемся. Усталое после долгого дня тело ломит, глаза слипаются, но слыша в ночной тиши дыхание Влада я не могу расслабиться. Стараюсь прислушаться к другим звукам, чтобы немного успокоиться…

— Вась… — минут двадцать спустя говорит он, и я отвлекаюсь от пения сверчков, доносящегося из приоткрытого окна.

— Что? — отзываюсь.

Влад молчит несколько секунд, а потом спрашивает, вздыхая:

— Ты сильно меня ненавидишь?

От неприкрытой печали в его голосе у меня в груди что-то начинает болезненно ныть.

— Да, очень, — стискиваю зубы, стараясь вспомнить худшее, что он делал со мной. Все свои страдания.

— Что мне нужно сделать, чтобы ты простила меня? — слышу, как Влад поворачивается на бок.

Сердце начинает биться быстрее. В темноте слух обостряется, и я слышу тикание стрелок в настенных часах.

— А зачем тебе моё прощение, Влад? — спрашиваю, стараясь звучать холодно.

— Ну… наши родители женаты, — спокойно и рассудительно отвечает он. — И я преподаю в твоём университете. Наши жизни осложнятся, если ты будешь меня ненавидеть…

Расстроенно вздыхаю. Он ответил так прагматично, взвешенно, сухо… Хотя чего я ожидала? Дура… Как можно было надеяться на то, что он ответит что-то иное? Неужели я и правда ждала чего-то вроде: «мне больно, что ты меня ненавидишь, потому что ты мне нравишься»?!

— Ясно, — бесцветно отзываюсь. — Давай спать.

— И ещё мне нужно твоё прощение, Мышка, потому что я не могу выкинуть тебя из головы, — лежащий на полу мужчина снова вздыхает. — Ты зудишь внутри как назойливая муха. Я даже уснуть не могу!

Не могу сдержать торжествующую улыбку. Ну… так-то лучше!

Поворачиваюсь к нему спиной и чувствую, как меня уносит по волнам спокойствия и расслабленности. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я начинаю отчётливо понимать, что мне снится сон…

Перед глазами мелькают картинки, спиной чувствую жар. До слуха доносится звук дождя за окном. Понимаю, что сейчас глубокая ночь.

Окно приоткрыто, но, несмотря на прохладный воздух, мне почему-то очень тепло. Ещё не до конца проснувшись, я вдруг понимаю, что позади меня на кровати лежит Влад. Он нежно обнимает меня, привлекая к себе за талию. Попка утыкается ему в пах…

Слышу капли дождя, бьющие в стекло… Отчего-то мне становится так хорошо и уютно, что я тут же проваливаюсь обратно в сон. Почему же я чувствую себя так безопасно в объятьях маньяка? Так странно… очень странно… Даю себе обещание обязательно докопаться до истины утром. Ну а пока проворачиваюсь к спящему мужчине лицом и устраиваюсь на его пышущей жаром груди…

Глава 30

Вася

Тук-тук-тук.

Сонно разлепляю глаза.

Тук-тук-бабах!

Вздрагиваю, не сразу вспоминая, где нахожусь.

Лежу поперёк кровати в своей старой спальне. Влада рядом нет. Спросонья кажется, что он мне вообще привиделся. Может быть, так и есть? Ничего не было? Я всё ещё на даче у бабушки, лето ещё не кончилось, и я не ездила к матери и её новому мужу? Бывают же такие длинные и очень реалистичные сны?

Интересно, кто же тогда стучит по крыше? Дятел, что ли из леса прилетел? Хотя… что ему тут делать?

Сажусь в кровати, пытаясь структурировать сумбур в голове. Осматриваю комнату. Рубашка Влада валяется в ногах — там, где я её вчера оставила… Да и брелок ключей от машины тут как тут… Видимо, всё же, мне не приснилось.

Выхожу из спальни зевая. Бабуля уже что-то стряпает на кухне, и по дому разносятся аппетитные ароматы свежеиспечённых булочек.

— Встала, Васенька? — бабушка оборачивается ко мне. — Доброе утро!

— Который час? — спрашиваю, а сама уже на настенные часы поглядываю.

— Десять доходит, — отвечает бабушка.

— А Влад давно встал? — хмуро интересуюсь, садясь за стол.

— Да, часов в восемь утра, — пожимает плечами она, а сама на меня хитро поглядывает. — Как спалось?

— Нормально, — быстро прячу взгляд. Не хватало ещё, чтобы бабуля начала расспрашивать, где спал Влад.

— Заглянула к вам утречком, — как бы невзначай говорит бабушка. — Интересно, ты со всеми своими преподавателями из университета в обнимочку спишь?

Сердце ошалело бухает в груди.

— Это он ко мне подлёг! — протестую. — Знаешь, какой он изнеженный! Ему на полу жёстко, наверное, было! Вот он и перелёг на кровать! Я его не звала!

— Ох, Васька! Какая же ты упрямая! Ладно, — она ставит передо мной тарелку. — Ешь давай. Да побыстрее, а то воду отключат сейчас. Кстати, я что-то не заметила, что Влад неженка, — бабушка смотрит в окно. — Вон, пошёл крышу чинить. С утра хлопочет. У нас как раз крыша в дождь протекает… Молодец, конечно, хороший парень.

Зло выдыхаю. То «жених», то «парень хороший»! Да уж, просто замечательный!

В этот момент дверь распахивается, и на пороге появляется Влад.

— Доделал, Любовь Петровна, — улыбается, обращаясь к бабушке. — Теперь не должно течь.

Влад говорит ещё что-то, но я его с трудом слышу. Потому что залипаю, открыв рот, на обнажённом, прокаченном мужском торсе. Мышцы бугрятся под покрытой загаром золотистой кожей. В пробивающихся через окно лучах солнца блестят бисеринки пота. Влад проводит по ним рукой, стирая, а потом спрашивает:

— А можно руки помыть?

— Конечно, конечно! — бабуля показывает на раковину. — Вот, сюда, пожалуйста! Или, может, тебе, сынок, лучше сразу в душ?

— Да, можно и в душ, — усмехается Влад, при этом лукаво глядя на меня.

Облизываю пересохшие от странного волнения губы, и запоздало киваю. Мне кажется, или Влад забавляется над моим опешившим состоянием?

— Ой! — бабуля всплеснула руками. — А воды-то нет!

Влад хмурится и стирает со лба пот.

— Такая жара и без воды! — причитает бабушка. — Да что ж такое-то! Как раз молодёжь приехала, а они воду вздумали выключить!

Она недовольно осматривается, словно ищет,