Мой сводный препод - Ая Кучер

Теряюсь в ощущениях. Пью пряную остроту его проникновений, смешиваюсь с ней и растворяюсь. Принимаю его полностью, до конца. Разрешаю ему сделать себя сосудом для его желания.

Прохлада пруда становится кипятком. Моё тело пылает от нестерпимого жара, который распирает изнутри. Кульминация приходит неожиданно. Мы замираем на секунду, а потом, будто невидимый крюк подхватывает меня за живот. Ведомая им, я подаюсь вперёд и выплёскиваюсь в окружающий мир своим громким стоном и неконтролируемой дрожью. Каждая клеточка тела бунтует, заставляя меня дёргаться и впиваться ногтями в широкую мужскую ладонь.

Влад выходит из меня в последний момент и быстро двигается между полушарий попки, орошая их горячем семенем. Мы стонем и хватаемся друг за друга. Словно сцепленные в непогоду корабли бьёмся бортами.

Потом Влад слегка ослабляет объятия и поворачивает меня к себе. Прижимает к груди и гладит по волосам.

Странное чувство сдавливает грудь. Мне хочется плакать и одновременно смеяться. Я чувствую гнёт эмоций и одновременно освобождение от них.

Закрываю глаза, прижимаясь к нему и боюсь посмотреть в его лицо.

Потому что не знаю, что будет дальше. Потому что внезапно понимаю, что я только что натворила…

Глава 33

Вася

— Пусти, — рвусь из крепких объятий, пытаясь отодвинуться подальше, но Влад продолжает держать меня в своих руках. — Пусти, сказала!

Стараюсь говорить спокойно, но голос, всё же, срывается на истеричные нотки.

— Вась, ты чего…

Влад тяжело дышит и утыкается носом мне в волосы. Делает глубокий вдох и целует в макушку.

Поднимаю глаза. Вижу его красивое лицо с такими правильными, притягательными чертами и внутри всё снова переворачивается. Хочется выть. Хочется плакать. Хочется его ударить!

— Пусти, Шумовский, или я закричу! — цежу сквозь зубы, стискивая их плотнее. Не хочу, чтобы он заметил, как дрожат мои губы.

— Да что с тобой? — тёмные брови сходятся к переносице. — Зачем ты опять усложняешь?

— Усложняю?! — зло выдыхаю, сглатывая слёзы. — Я?! Это ты усложняешь! Зачем ты… — бью его по груди, выворачивая руки из цепких пальцев. — Зачем ты снова сделал это со мной? Прошлого раза тебе было мало?!

Сама не знаю, что хочу от него услышать! Знаю, что истерика — не лучший способ вывести человека на эмоции, но сейчас я делаю это неспециально. Меня саму уже до краёв переполняет от невысказанных чувств. Они закипают, и крышку вот-вот сорвёт!

— Прошлый раз всё вышло из-под контроля, — сдержанно отвечает Влад, глядя мне прямо в глаза. — Но я хотел показать тебе, что бывает и по-другому… Что я могу сделать тебе приятно, — его пальцы проводят по скуле. — Разве тебе не понравилось?

Во рту чувствуется горечь. Смотрю на мужчину и понимаю, что он так ничего и не понял!

— То есть ты просто хотел самоутвердиться, да? — мой голос опасно повышается. — Доказать самому себе, что способен удовлетворить меня?

— Что за бред ты несёшь? — теперь уже он выглядит раздосадованным. — Мне ничего доказывать не надо, Вася! Я, итак, прекрасно знаю, на что способен! Заставить тебя кончить — не самая сложная задача!

— Да что ты говоришь?! — от его самодовольного тона меня начинает трясти. — Ты не мог заранее знать, что я соглашусь!

— Не мог? — морщится, неприятно усмехается. — Серьёзно? Ты бы себя в зеркало видела, Вась! Когда ты на меня смотришь, у тебя всё на лице написано!

— И что же там написано, Шумовский?!

— То, что ты меня хочешь! — резко обрывает он и отпускает меня. — Хочешь, чтобы я тебя трахнул! С самого первого дня хочешь! Ещё скажи, что я неправ!

У меня челюсть отпадает от этого заявления! Вот, ведь, индюк раздутый! Видит он! Тоже мне!

— Иди ты знаешь куда… — задыхаясь от негодования, отплываю к берегу. — Я вообще больше на тебя смотреть никогда не буду! Чтобы у тебя снова не возникло твоих влажных иллюзий на мой счёт! Извращенец!

Карабкаюсь обратно на берег, пока Влад остаётся в воде. Чтоб он утонул! Зря я ему помешала…

Быстро шагаю к одежде и хватаю её в руки, наспех натягивая футболку на мокрое тело. Сердце ноет так, что хочется выть. Как я могла снова уступить ему?! Как могла позволить себя касаться?! Какая же я дура, если думала, что этот человек может быть другим! Ведь на секунду мне показалось, что он и правда… Что, Вася? ЧТО?! Влюбился в тебя?!

Идиотка! Ещё большая идиотка, чем меня считает Влад! Он, ведь, просто развлекается с такими как я! Всё, что его во мне «зацепило», так это то, что наш первый секс мне не понравился! И, конечно же, делом чести было исправить «неправильное» первое впечатление! Я для него ничего не значу! Просто очередная симпатичная мордашка, которая не устояла перед его тёмным обаянием.

— Что б ты потерялся! — кричу в сторону пруда и поворачиваюсь, чтобы уйти.

— Даже не надейся, Мышка! — зло орёт мне в след. — Я тебе наврал! Я отлично запомнил дорогу!

Руки сжимаются в кулаки, и я закатываю глаза. Хочется наговорить ему ещё много ласковых, но я решаю, что лучше всего просто молча уйти. Отныне буду его полностью игнорировать! Раз уж он считает себя таким неотразимым, раз видит в каждом случайном взгляде мнимое желание с моей стороны, так я вообще больше не буду на него смотреть! Всё! Хватит с меня этих игрищ!

Опрометью бросаюсь через лес. Бегу так быстро, словно Влад гонится за мной. Пару раз даже оборачиваюсь проверить — не преследует ли? Но, конечно же, он за мной не идёт. Этот мерзавец уже получил от меня всё, что хотел, и теперь я ему не интересна. Что ж… так даже лучше! Для такого как Шумовский лучше быть невидимкой и никак не привлекаться к себе внимания.

От этих мыслей меня почему-то начинают душить слёзы. Пару раз я останавливаюсь, чтобы перевести дух и утереть мокрые щёки, но потом снова пускаюсь в путь.

Забегаю в дом, стараясь унять дикое сердцебиение. Бабули нет в кухне. На столе стоят только что испечённые булочки. Хватаю одну и со злостью откусываю. На губах остаётся сахарная пудра, а во рту разливается приятный вкус корицы.

Рвано выдыхаю и несусь в спальню. Продолжая жевать, быстро переодеваюсь и хватаю свои вещи. В маленькое кухонное окошко вижу, как бабуля копошится на дальней грядке. Нужно бы попрощаться, но… Если я сейчас увижу её родное, и такое сопереживающее лицо, то