Созвездия твоих глаз - Екатерина Маркмирова

скорость начала нарастать. Кореянка, улыбаясь во все тридцать два зуба, демонстрировала свои электронные умения, а мы с брюнетом, переглядываясь, старались не отставать от мультяшки на экране. Вторым треком мы выбрали группу Монескин «Honey», а третьим «Barbie girl» Аквы.

Я хотела победить потому, что просто хотела, и в то же время мне нравилось, как Дэвид называл меня Куколкой. Но проиграла я всё-таки из-за отсутствия практики – её у меня было меньше, чем у парня с глубокими синими глазами и безумно притягательной улыбкой. Мы, смеясь и восстанавливая дыхание, сошли с платформ. Настроение было на высоте. Порой дурачиться, как дети, невероятно весело.

Дэвида около барной стойки уже выглядывали те две девушки, уступившие нам автомат. Братец оплатил их коктейли и предложил мне что-нибудь выпить.

– Выбери сам, – подмигнула ему.

– Окей, ты ведь совершеннолетняя уже, – Дэвид хитро улыбнулся и позвал бармена: – Два мохито, пожалуйста.

– Ты решил напоить меня? А Стивен Харт тебя не будет ругать потом?

– Я надеюсь, что он не узнает, – Дэвид пару раз поиграл бровью, намекая на моё молчание.

Эмбер Харт всегда была скромницей и, даже учась в универе, умудрилась наклюкаться всего лишь раз, впечатлений от похмелья хватило надолго, чтобы обходить стороной эти напитки. А сегодня мне как никогда захотелось расслабиться, к тому же после танцев сильно мучила жажда. Стоило бармену поставить бокалы на стол, я схватила свой, но Дэвид притормозил меня.

– Куколка, пей медленно, ты же не хочешь снова заболеть, хотя я могу ещё раз побыть твоим врачом.

– Как скажешь, папочка, – сказала я и, не сводя с него глаз, медленно потягивала напиток из трубочки.

«Чёрт, я снова флиртую!»

Взгляд Дэвида растерял своё озорство и стал другим: более внимательным, более заинтересованным, более пронзительным и ещё много других «более». Мы будто говорили без слов, одними глазами и где-то в параллельной вселенной абсолютно точно понимали друг друга. Я пила прохладный мохито, но в горле всё равно было сухо, словно жадный, красноречивый взгляд синих глаз моментально иссушал его своим огнём. Невидимая стена отделила нас от всего мира, сделав басы громкой музыки тише в несколько раз.

Я отвернулась первой – в сторону танцующих в центре зала. Делаю вид, что мне безумно интересно наблюдать за незнакомыми людьми. Дэвид продолжает смотреть на меня, я это вижу боковым зрением, хотя и начинаю терять концентрацию. Свойства напитка дают о себе знать, но расслабиться удаётся только после того, как к нему кто-то подошёл и тёмно-синие глаза перестали прожигать во мне дыру.

Дэвид с радушной улыбкой общался с незнакомым мне мужчиной примерно его же возраста. Тяжёлая рука легла мне на талию и чуть притянула к себе.

– Майкл, знакомься – это моя младшая сестрёнка Эмбер, – я приветственно киваю шатену с байкерской бородой и не менее брутальным общим видом. – Эмбер, это Майкл – мой друг детства.

Сейчас мне абсолютно безразлично, кто для него этот бородач, ведь то, насколько мы близко с Дэвидом друг к другу выбивает из колеи и заставляет дышать чаще. Списываю всё на действие мохито, улыбаюсь мужчинам и говорю:

– Пойду потанцую, пока вы общаетесь.

В толпе хаотично двигающихся я отдалась потокам зажигательной музыки, но мысли о Дэвиде никуда не делись. Ведь не может же быть такого, что я влюбляюсь в него? В человека, которого ненавидела половину своей жизни. Да, он открылся с другой стороны и стал ближе, чем кто-либо, но со мной явно творится какая-то ерунда. Почему в моём животе порхают бабочки? Почему сердце рядом с ним бьётся чаще? Почему его прикосновения вызывают зависимость и дрожь в теле?

Ритмичная «Yes, and?» Арианы Гранде закончилась и начался кавер эмоциональной песни «La Tortura» Шакиры. Я извивалась, руки рисовали замысловатые узоры в пространстве, а душа рвалась на свободу. Ко мне приблизился незнакомый молодой человек, он улыбался и старался двигаться со мной в такт, с каждой нотой уменьшая между нами расстояние. Парень выглядел моим ровесником. Симпатичный. Я улыбнулась ему. Почему бы и нет? Мне нужно понять себя, свою реакцию на Дэвида – это просто тяга к мужчине или конкретно к нему? Почему-почему-почему?!

Моё тело, как по команде, стало двигаться ещё выразительнее, более раскрепощённо, во взгляде не скрывалась заинтересованность в блондине. Всё шло по глупому плану, пока кто-то просто не отшвырнул парня в сторону, когда его руки едва коснулись моей талии. Дэвид. Я невинно улыбнулась сводному и прикрыла глаза, отдаваясь приятным волнам, что дарила музыка и его близость. Дэвид наклонился ближе и громко, чтобы я точно услышала, прокричал:

– Плохо ведёшь себя, сестрёнка!

Я открыла глаза и удивлённо посмотрела на него, непроизвольно облизнув сухие губы. Он опустил взгляд на них, его кадык дёрнулся, будто сглотнув большой ком.

– Пойдём домой, – позвал он и, взяв меня за руку, потащил за собой к выходу.

– Тебя какая муха укусила? – спрашиваю я, как только мы оказались на улице.

– Ты о чём? – Дэвид прикинулся шлангом.

– Мы могли бы ещё немного потанцевать, – я пожала плечами.

– Извини, что помешал завязать знакомство с тем блондинчиком, – ехидно ответил братец.

Вообще, он чересчур напряжён, уж не знаю, кто ему так подпортил настроение. Неужели приревновал? С чего бы? Или… Да ну, точно нет! У него же есть девушка.

– Окей, извиняю. А куда делся Майкл? Вы с ним учились вместе? – Я решила сменить тему.

Дэвид сделал глубокий вдох и расслабил плечи.

– Майкл был самым бесшабашным в нашей компании. Все безумные выдумки и глупости принадлежали ему. Странно было видеть совсем другого Майкла – серьёзного и степенного…

Всю дорогу обратно Дэвид рассказывал о школьных годах, комичных ситуациях, причём всё это сопровождалось острым юмором, так свойственном ему. А я… Что я? Я текла лужицей рядом с ним и улыбалась, как дурочка.

Мы не хуже опытных воров незаметно прокрались в дом и на цыпочках скользнули каждый в свою комнату, пожелав друг другу спокойной ночи. После душа, упав на кровать, я с удивлением обнаружила, что совершенно забыла о своём телефоне. Он провалялся весь вечер на подушке и накопил десятка два сообщений от подруг, подписчиков и парочку от Брайса:

«Милая леди, мне очень хочется увидеть тебя вновь»;

«Эмбер, наверное, ты уже наслаждаешься сладкими снами, спокойной ночи!»

Я ничего не ответила, оставив это на завтра. Голова была занята другим – я ругала себя за странную химию и физику в организме, все непонятные импульсы и трепет. Неужели это и есть влюблённость? Такая сладкая, волнующая, яркая и нереальная? Нужно снизить наше общение