Измена. Боль между нами - Наталья Жилякова

— Зачем ты так?.. — Андрей печально вздыхает. — Знаешь ведь, что я на все ради нее готов.

— На все, кроме того, чтобы не изменять мне. — Еще один тяжелый вздох, в котором концентрируется вся наша боль. — Буду ждать тебя через час.

Ничего не отвечаю, кладу трубку. Лена перезванивает буквально через пару секунд. На этот раз на проводе она.

— Извини, что так вышло… — с ходу начинает оправдываться. — Он очень просил. У вас там какие-то сложности? Все же разводитесь? Я тут услышала краем уха… Господи, совершенно не верится…

— Лен, я… — Не знаю, как закончить фразу. Андрей своим внезапным звонком и предложением выбил меня из колеи. Мне нужно время успокоиться, собраться с мыслями и подготовиться ко встрече с мужем.

— Ладно, — она соглашается слишком быстро. — Понимаю… Я тебе вот что звоню. Тут такое дело… — Слышу, как она встает, идет куда-то, потом хлопает дверь и снова наступает тишина. — Проверяла, нет ли кого в коридоре, — поясняет. — У нас фигня какая-то творится с поставками. Смирнов вчера твои анкеты принял, ну, не сам, конечно, есть там какая-то фифа. Звонила мне, верещала, что она дюже важная мадам.

Ленка всегда в рассказах любит добавить личное впечатление о собеседниках, даже если они общаются по телефону и ни разу друг друга в жизни не видели.

— Так вот, она мне сначала позвонила и вежливо так: сюсю-мусю, ваши бумаги пришли. А вот буквально перед тем, как Андрей зашел, опять набрала. И с ходу: вы не понимаете, с кем связались, только отнимаете мое время.

— А что произошло-то? — прерываю ее. Подобное красочное описание может длиться долго, а мне нужна конкретика.

— В общем, Смирнов приостановил поставки, Андрея вызывает сегодня в пять. Баба эта сказала, что это очень важно и чтобы мы были готовы ко всему.

Ого… что же там случилось? Неужели, я сделала какую-то ошибку? Но, вроде, правильно все было, перепроверила трижды. Да и в чем там ошибиться? В анкете дядь Володи?

— Вик… тут без тебя все рушится…

Такими темпами нам и делить скоро будет нечего. Грустно усмехаюсь своим мыслям.

На встречу с Андреем иду как на иголках. Он уже ждет меня за столиком у окна, уминает пиццу. Хорошо, хоть место выбрал другое, еще один ушат флэшбеков я не вынесу.

— Что со Смирновым? — спрашиваю, как только опускаюсь в кресло напротив.

— Ленка разболтала? — Не замечаю в нем напряжения, наоборот, он мне кажется излишне расслабленным. — Отлично выглядишь! — Порывается еще что-то сказать, но замолкает.

Киваю в ответ, пропускаю его комплимент мимо. Надела свои любимые черные брюки, белую футболку и темно-синий просторный пиджак. Раз уж мы планировали говорить о делах, то и выглядеть мне хотелось соответствующе.

Передо мной опускается чашка с капучино, тарелка грибного супа и чизкейк. Улавливаю аромат свежей мяты. Помнит, что я люблю добавлять в кофе этот сироп.

— Не знал, обедала ты или нет, заказал твое любимое. Ну и пиццу бери, конечно.

— Давай к делу, — говорю вместо благодарности.

— Да, конечно, — отвечает поспешно. Достает на стол папку, выкладывает передо мной несколько листов с расчетами. — Я тут заезжал к знакомому юристу, Игоря помнишь? Учились с ним в одном классе. — Он сыплет мелкими ничего не значащими деталями, а я вчитываюсь в текст.

Квартира, машина, доли в бизнесе — он реально решил все делить? Вот так просто? Я была готова к борьбе, хоть какому-то сопротивлению с его стороны… Ладно, раз уж он так быстро хочет от меня отделаться…

— Вот, смотри, это, конечно, предварительные наброски, нужно все у нотариуса зафиксировать. — Андрей быстро водит по строчкам карандашом. — Квартиру вам оставляю, свою долю вам с Маришей поровну подарю. Машину, если ты не против, свою хотел бы себе. Твоя за тобой, конечно, будет. Я понимаю, что моя дороже, готов компенсировать разницу деньгами. Примерно двести тысяч. Переведу в течение недели. Дальше что у нас…

Он постукивает карандашом по столу, задумчиво бурчит под нос.

— Да, вот! Фирма, точно. Я разделил бизнес, внес тебя в учредительные документы как совладельца. Право принимать окончательное решение оставил за собой, тут уж не обессудь, иногда нужно на месте быстро что-то думать. Но свою долю от дохода ты будешь получать исправно. Алименты на Маришу предлагаю в фиксированной сумме. Сама знаешь, у нас могут платежи задержать, в один месяц доход будет приятный, а в другой — хоть на бобы переходи. — Он улыбается, но я не поддерживаю его шутку.

— Хочешь откупиться? — печально усмехаюсь.

— Вик, зачем ты так?.. — Он мгновенно грустнеет. — Я вообще не хочу этого развода. Хочу, чтобы все было по-прежнему. Просто хочу все вернуть.

Не успеваю ему ответить, звонок из садика.

— Виктория Александровна, простите, что беспокою, но с Мариночкой проблемы.

— Что случилось? — У меня перехватывает дыхание. Воображение рисует множество ужасных картин.

— С ней все в порядке! Не переживайте! — На фоне раздается плач. — Успокоить ее никак не можем. Два часа то рыдает, то хныкает. Говорит про папу, но что именно, сложно разобрать. Вы могли бы приехать?

— Да, конечно, сейчас буду.

Делаю большой глоток кофе, отодвигаю кресло, чтобы подняться.

— Что случилось? — Андрей собирает бумаги, одновременно подзывает официантку, знаком показывает завернуть еду с собой и принести счет.

— Мариша плачет. Мне надо идти.

— Вместе поедем!

— Тебе же к Смирнову надо.

Он на мгновение замирает от моей фразы, но тут же берет себя в руки.

— Мариша важнее. Едем.

Глава 27

Заплаканная Маришка выглядит как обиженный маленький котенок. Вжимается в меня, цепляется пальчиками за одежду, всхлипывает, что-то сонно бормочет.

— Такое у нас не впервые, к сожалению, — поясняет воспитательница. — Как спать, так начинаются слезы. Раньше как-то удавалось успокаивать, а сегодня никак.

— Весь сад перебудила… — Неловко извиняюсь за дочь.

— Это не страшно, мы в другую комнату обычно уводим. Я за нее переживаю. Просто, понимаете… — Она переводит взгляд с меня на Андрея. — Я вам позвоню вечером, все расскажу, хорошо?

— Может, сейчас? — Андрей, молчавший до этого, вступает в разговор.

— Да я как-то… Ладно, что уж тут темнить, — она переходит на шепот, хотя кто нас тут еще может услышать. — Боится, что когда она проснется, папы не будет. — Бросает быстрый взгляд на мужа, поджимает губы, вид у нее виноватый, будто она обидела его. Только за что?

— Поняла вас. Попробуем решить этот вопрос. — Я сама пока не понимаю, как его решить, отговариваюсь дежурными фразами. Дочь затихает на моем плече, сопит, но не спит.

— Вы бы сходили к психологу. — Совет воспитательницы звучит