Вторая жизнь Тейлы Айрвуд - Таэль Вэй

Она встала и закрыла глаза. Первый шаг был неуверенным, второй — почти падением, но Винсент не вмешивался. Только голос:

— Спокойнее. Равновесие начинается в центре.

Её сердце колотилось. Она делала шаг за шагом, руки вытянуты, колени дрожат, но она не падала. Чувствовала, как уходит контроль — и заново его возвращала.

Наконец — спрыгнула, открыв глаза.

— Ещё рано для победного крика, — усмехнулся он. — Садись и отдышись.

Она рухнула на край балансира и вытерла лоб.

— Ты и правда умеешь выматывать.

— А ты — удивлять.

И впервые за всё занятие в его голосе прозвучало нечто личное. Мне показалось или я ощутила теплоту в его голосе?

Всё было спокойно. До того самого момента, как из-за угла ограды не вышел Барс. Он шёл быстро, раздражённо, с едва уловимой злостью в плечах. Увидел их — и остановился. Взгляд прищуренный, цепкий.

— Занято, — бросил он, оглядев площадку. — Прекрасно.

Винсент даже не обернулся сразу. Только усмехнулся, продолжая наблюдать за мной.

— Барс, — сказал он лениво. — Что за недовольное лицо с утра пораньше?

Барс скрестил руки на груди, взгляд метнулся от Винсента к Лене и обратно.

— Ты, как всегда, везде успеваешь, — произнёс Барс, сдерживая колкость. — Осталось только занять место декана.

— Пока не зовут, — с фальшивой скромностью кивнул Винсент. — Но я подумаю.

Его слова — как тонкий яд, но улыбка на лице оставалась вежливой. Барс напрягся, плечи подались вперёд — он собирался защищаться или нападать. Между ними снова повисла та особая тишина, в которой не нужны были заклинания, чтобы почувствовать напряжение.

— Только не забудь подумать, как не сгореть в собственном тщеславии, — усмехнулся Барс. — Хотя тебе, наверное, понравится. Чем ярче, тем зрелищнее, верно?

Слова прозвучали жёстко, почти хлёстко. Винсент наконец повернулся к нему всем корпусом. Ветер, витавший вокруг, внезапно стих — будто сам почувствовал, что дело пахнет не магией, а чем-то куда более хрупким и острым.

— Как ни странно, — произнёс Винсент тихо, но отчётливо, — мне не нужно разрешение на использование этой площадки. Она — общая.

Лена нахмурилась. Она боялась, что перепалка перерастет в драку…

— Он помогает мне с потоками, — сказала она, спокойно, но с явным упрёком.

— Конечно, помогает, — отрезал Барс. — Почти вплотную. Очень альтруистично.

Винсент усмехнулся, покачав головой.

— Как обычно: в лоб, без намёков.

Барс остановился в нескольких шагах. Его взгляд скользнул по Винсенту, зацепился за Лену и стал холодным, как остриё кинжала.

— Приняла его предложение, да? — произнёс он, негромко, с ледяной колкостью. — Думаешь, он и правда научит тебя чему-то полезному?

Лена чуть напряглась, но Винсент сделал шаг вперёд, разворачиваясь к Барсу всем телом.

— Осторожнее, — произнёс он негромко, но с металлическим оттенком в голосе. — Слова — тоже оружие. Не твои, правда. У тебя они только ломают.

Барс шагнул ещё ближе. Ветер, крутившийся в воздухе, вдруг исчез, будто пространство между ними стало вакуумом.

Лёд во взгляде Винсента встретил огонь в глазах Барса. Один вдох — и можно было бы не удержаться. Они стояли лицом к лицу. Барс выше. Винсент спокойнее. Оба — как сжатые пружины. Ещё немного — и…

— Хватит! — Тейла резко вышла вперёд, встав между ними. — Вы двое — взрослые или просто играете в это?

Она повернулась к Барсу, впервые — жёстко сказала:

— Ты не имеешь права решать, с кем мне тренироваться. Это моя магия, моё решение и моя жизнь. Если тебе что-то не нравится — можешь уйти. Но без намёков, без этих взглядов. Хватит. Мне надоело.

Барс смотрел на неё. Его лицо застыло, словно высечено из камня. Затем он развернулся — и ушёл, не сказав больше ни слова.

От лица Барса.

Сжал кулаки и отступил. Не потому что испугался, а потому что не мог больше видеть, как она смотрит на меня — с этим разочарованным взглядом, как на того, кто снова подвёл. Кто снова оказался хуже, чем она надеялась.

Вышел с площадки, почти не чувствуя шагов. Сквозь двор, под арками, по камню, пока дыхание не стало ровным, а внутри — слишком тихо. Не пусто, нет. Просто... выжжено.

Я знал, что с ней что-то не так, с самой первой встречи. Не с того момента, как она вошла в Академию, — раньше.

Когда в деревне ко мне подошла девчонка с охапкой трав. Глупо улыбнулась, что-то сказала про настой для ран, смотрела спокойно, открыто и я едва удержал в себе дракона.

Он узнал её. Словно выдохнул: «Вот она». Словно всё во мне рванулось к ней — без причин, без слов. Я оттолкнул ее насмешливо и грубо, потому что был напуган до злости.

Я — дракон. А она — никто. Просто деревенская девчонка. Смешная, с запахом полыни и мяты на пальцах.

Так почему же каждый раз, когда Винсент подходит к ней ближе, я едва не бросаюсь на него?

Почему я замечаю каждый её взгляд, каждый вдох рядом с ним, и мне хочется сорвать с него это вежливое, ледяное выражение лица?

Я не доверяю ему. Он играет осторожно и именно поэтому — опаснее всего.

А она всё равно выберет его, да? Он красивый и умный. Знает, что говорить. Не грубит и не смотрит, как я. Не молчит, как будто слова застревают в груди.

Я же только злюсь. Колюсь в ответ и отворачиваюсь от нее. Словно сам не понимаю, что хочу её рядом — даже если весь остальной мир будет против.

А вдруг я уже опоздал?

И это — самое страшное.

✨ Друзья, визуализации к главам уже доступны в моём Instagram и Телеграм! Если вы хотите не только читать, но и видеть, как оживает история — заглядывайте, подписывайтесь, ставьте реакции и не стесняйтесь писать комментарии.

Я всегда внимательно читаю ваши отзывы — возможно, именно ваш отклик поможет сделать повествование ещё сильнее, глубже и ярче. Эта история растёт вместе с вами.

Становитесь частью постоянного круга читателей. Ваше участие — это вдохновение и поддержка. Спасибо, что вы со мной!

Глава 23: Между клыком и пламенем

Лена не сразу поняла, когда началось это постепенное вторжение Винсента в её повседневность.

Сначала — пятничные факультативы, потом — короткие разговоры после занятий. Затем — прогулки по Академии, якобы случайные. Он без повода заглядывал в аудитории, проходил мимо её столика в столовой, замедлял шаг у скамеек, где она сидела с Селестой и Каем. Говорил не громко, почти интимно, а ещё касался. Ненавязчиво, но с намерением. Мог