Сердце космического дракона - Ольга Вадимовна Гусейнова

Даэрон гладил плачущую девушку по голове, по плечам, осторожно прижимая ее к своей груди, и нежно, почти невесомо касался губами ее лба.

И вот уже сама Каэль тянулась к утешающему ее мужчине, с которым было спокойно, рядом с которым можно передохнуть. Откровенно признаться, что она на пределе, было мучительно стыдно, но каждая минута рядом с ним словно снимала с плеч неподъемный груз. Марсаер творил некое чудо, хотя не делал ничего из набора магов-менталистов. Он ни о чем не спрашивал, не осуждал, но каким-то немыслимым образом делил с ней непосильную ношу.

Когда избранница наконец затихла, Даэрон легонько взял ее за подбородок и поднял голову. Посмотрел в покрасневшие, мокрые глаза самой прекрасной во вселенной женщины и со спокойной уверенностью произнес:

– Я на тебе женюсь, Каэль из рода Огненных Стражей. Пойду к твоему отцу за благословением. Помогу твоему брату. Вылечу. Затем мы уедем отсюда. Навсегда. В мои земли. До конца жизни я буду любить тебя и беречь. Ты пойдешь со мной рука об руку?

– Куда пойду? – выдохнула она потрясенно и отстранилась от Даэрона.

Может ей просто послышалось? Ведь драконы не женятся на людях?! К тому же она слабая, проблемная студентка… Почему этот дракон обратил внимание и решил жениться именно на ней?

А сердце подсказывало ей: «Мой дом там, где мое сердце. А оно рядом с вами…»

Каэль глазела на дракона не в силах поверить, что этот харизматичный, сильный и пугающий всех мужчина испытывает к ней глубокие чувства. Только совершенно не те, о которых она думала. Где-то глубоко внутри нее робко шевельнулось что-то теплое. Надежда, наверное. Но разве жизнь уже не била ее за то, что она позволяла себе мечтать? Слишком долго все было плохо, чтобы вот так взять и безоговорочно поверить в сказку.

– Почему ты сомневаешься? – нахмурился Марсаер. – Что мне сделать, чтобы ты перестала отгораживаться?

– Я не отгораживаюсь, – тихо ответила Каэль. – Поэтому и страшно, что нет никакой стены.

Она помолчала, собираясь с мыслями, и решилась:

– Мастер Марсаер, моя семья… Мы на краю. Вы же видели, как ко мне относятся. Полгода назад нас уважали, ценили наше расположение, к нам прислушивались. А потом с братом случилось несчастье и… – голос Каэль дрогнул, но она попыталась улыбнуться: – Ох, если бы вы видели меня раньше. Я была совсем другой. А сейчас… я меняюсь. И буду меняться дальше. Потому что ради семьи готова на все. Если потребуется, я научусь никому не верить, не приближать. Ведь друзей у нас больше нет. Когда ты наверху – это привилегия, а когда летишь вниз…

У Каэль снова сами собой потекли слезы. Даэрон потянулся к ней, но девушка остановила его взглядом. Сквозь мокрые ресницы в ее глазах плескалось жесткое, упрямое пламя.

– Не надо меня жалеть, – попросила она твердо. – Прошу вас. Я не сломаюсь. Пройду через все, что будет. И враги еще удивятся.

– Я знаю.

Почти поверив, что Марсаер и правда видит ее силу духа и решимость, которых не видят другие, Каэль глухо продолжила:

– Тогда поймите, у меня нет права быть просто счастливой. Отец угасает. У брата не осталось огня. Я – их единственная надежда. Понимаете?

Даэрон тепло улыбнулся и постарался быть убедительным:

– Отлично понимаю, Каэль. Но и ты должна меня понять. Я умею многое, о чем при вашем дворе даже не догадываются. Поверь, я смогу помочь твоему брату. Его огонь не погас. Я разожгу его искру снова. Но ты женщина, которую я ждал и искал годами. Прошу, не отталкивай меня сейчас, когда мы только-только нашли друг друга. Прими мою руку. Просто как поддержку. Как обещание, что я помогу.

Даэрон протянул Каэль ладонь, глядя в ее широко распахнутые, изумленные глаза. Прекрасные глаза избранницы, в которых наконец появилась робкая надежда. Он не торопил свое сокровище, держал руку на весу, предлагая ей самой решиться на следующий шаг. И про себя порадовался, что его огненная прелесть еще не научилась скрывать свои чувства, поэтому немного расслабился и не торопил события. Не давил на предназначенную ему мирозданием женщину, желая сохранить и укрепить ее доверие.

Наконец Каэль решилась – положила свою ладонь в его, горячую, крепкую, надежную и заботливую. Даэрон мягко улыбнулся, перевернул ее руку и поцеловал тонкое запястье с голубой, взволнованно трепещущей жилкой под нежной кожей. У нее перехватило дыхание. Сердце сладко екнуло от этого жеста, от тепла, разливающегося по телу, от нескрываемого обожания в мужском взгляде.

– Я поеду с вами, – тихо сказала Каэль. – И представлю своей семье. Но должна вас предупредить: брата пытались лечить лучшие. Бесполезно. Если у вас не выйдет… я вернусь в академию и стану боевым магом. А вы…

– А я не позволю этому случиться, – усмехнулся Даэрон. – И сейчас докажу это. Не словами.

«А чем? Поцелуями?!» – Каэль невольно замерла от пришедшей в голову фривольной мысли.

Отметив ее настороженность, Даэрон спокойно заверил:

– Делом.

В его глазах сверкнули насмешливые искорки. Каэль вспыхнула, мотнула головой и быстро отняла свою руку. Но он, словно не замечая ее замешательства, поднялся и развернул сверток, лежавший на столе, поясняя:

– Здесь… эм-м-м… целительские артефакты. Они помогут мне полностью исцелить твое бедро. Убрать остаточные повреждения и болевые ощущения. Раздевайся, Каэль. Я не буду смотреть. – Марсаер отвернулся к столу и пообещал: – Я буду только лечить. Накройся и покажи только пострадавшую ногу. Уже завтра нам ехать к тебе домой. Ты не выдержишь поездку в карете, если я не помогу завершить твою реабилитацию.

– Что завершить? – удивилась Каэль, услышав незнакомое слово.

– Восстановление. А у нас всего три дня, чтобы выполнить все задуманное. Не так ли?

– Но… – Каэль сомневалась. – Вы ведь не целитель.

– Мы, драконы, в некотором роде все целители, в чем ты имела возможность убедиться, – напомнил Марсаер, по-прежнему стоя к ней спиной. – Я готов лечить. А ты?

Она облизнула пересохшие губы и принялась неловко, прикрываясь одеялом, стаскивать штаны. Бедро немедленно заныло. Значит, если дракон-целитель не поможет ей, в дороге на ухабах будет невыносимо. Не зря ей дали три дня отлежаться. Однако ее одолевали сомнения: разве можно вылечить тяжелую травму, как у нее, за один вечер?

Что ж, он просил доверять ему и Каэль предпочла проверить драконьи артефакты на себе, прежде чем вести «в-некотором-роде-целителя» к и так настрадавшемуся брату.

Закончив, Каэль подтянула одеяло под самый подбородок и просипела:

– Все.

Даэрон обернулся и скептически посмотрел на пациентку, стыдливо накрывшуюся одеялом с ног до головы. Каэль с тяжелым вздохом и багровым