Ищу настоящего мужа - Ольга Тимофеева

Воротник на одну пуговицу не застегнут. А мне хочется ещё на одну раскрыть и коснуться там, где пульсирует венка, губами. - Хорошего вам вечера.

Стуча каблуками на весь зал иду за свой столик.

Ладно. Первый раунд я проиграла.

Но все только начинается.

- Добрый вечер, - нахожу свою фамилию за столиком.

И попадаю за "пенсионерский" стол - полированные до блеска туфли, медали на планках, густые басы.

- Охххх, какая к нам красота присоединилась, - тепло принимают меня мужчины.

- Исса, - обращается ко мне сразу один из них, седой старичок лет за шестьдесят уже. - Я тут прочитал вашу фамилию. А это не ваш отец в оперативке…?

Вот старые трамваи… все они знают.

- Лариса, что вы пьете, шампанское, вино, коньяк?

- Давайте шампанского.

Дедуля наливает мне, галантно обслуживает.

- Коллеги, боевые друзья! Поздравляю вас с Днем нашей части. Каждый ваш выезд - это не просто работа, а выбор быть там, где труднее всего.

Я оборачиваюсь к начальнику части, которые выходит в центр зала с бокалом шампанского.

Взглядом как бы случайно, но совсем не так, мажу по Ренату. Он, развернувшись на стуле, тоже внимательно слушает.

Рубашка, что ли, ему мала? Вся натянута на мышцах и по спине.

- Мы держим планку профессионализма: от первой секунды тревоги до последней капли воды в рукаве.

Одна рука у Воронова на столе, пальцами постукивает по скатерти. Марина наклоняется к нему и что-то шепчет. Ренат кивает в ответ, а уголке губ виднеется тень улыбки.

Что вот между ними?

Перевожу взгляд на других ребят.

Алексей так закинув руку на спинку стула жены, поглаживает ее плечо большим пальцем. Жена Ивана так вообще смотрит на мужа, будто вчера поженились. Никита своей подает какой-то салат.

Ренат к Марине ну… никак. Точнее не так ухаживают за женщиной, за своей женщиной.

Чуть оборачивает голову назад, а я не успеваю отвернуться.

Встречаемся взглядами на доли секунд.

Я тут же отвожу взгляд и прячусь, как воришка, который подглядывал в замочную скважину за господами.

- Спасибо за дисциплину, слаженность и то спокойное мастерство, которое видят гражданские и на которое опирается город.

Осматриваю от скуки зал. Все рассажены по караулам. Значит, там, за столиком, где все “мои”, было все же мое место. Не как пара с Вороновым, а как часть команды.

- Отдельные слова благодарности нашим ветеранам и их семьям. Ваш опыт и ваша поддержка - невидимый, но решающий резерв...

А может, я так и не стала частью команды? Снова кошусь на них.

Жены у моих ребят такие уже все взрослые, красивые. Марина там с ними хихикает. Считай, уже своя.

И это тоже бесит. Потому что мне это место сто лет не надо, я и без них могу, но не люблю, когда кто-то решает за меня, что мне делать.

- Мы будем продолжать учиться, тренироваться и предупреждать пожары ещё до их возникновения: профилактика, отработка нормативов, культура безопасности - это такие же "боевые сосуды", как автоцистерны и стволы.

Мариша, Мариша, ты вот как будто не поняла, что со мной не надо так шутить. Я такое не прощаю. Вернее, кому-то могу простить, но не женщине точно.

- Желаю всем сухих рукавов, надежной техники, крепкого здоровья и уверенности в напарнике. Пусть каждая смена заканчивается построением в полном составе, а уважение людей к нашей службе только растет. С праздником, товарищи!

- Ура! - залпом осушаю бокал с шампанским.

- Исса, а вы кем работаете?

- Я пожарный.

- И что, прямо тушите пожары?

- Ну да, - уверенно киваю.

Ну, как тушу… так, рядом стою.

- И не страшно?

- Так с таким караулом… Я ж как булочка в тостер не лезу, у меня инструкция есть.

- Это же надо, - наливают снова коньяк. - Такая молодая, а в пожарные пошла. Неужели молодежь решила работать?

- Жизнь заставила, - поддакиваю им.

- Ну, за женщин в нашей профессии.

Я принимаю ещё бокальчик шампанского.

- Исса, а кто у вас главный? Вы в чьей бригаде?

- Иван Андреевич Борзов.

- Оооо… Михалыч, это ж твой.

- Да, Ванька что ли? Я когда был начальником караула, он ко мне пришел зеленым ещё. Научил всему. Теперь, смотри, уже сам учит молодежь.

А мне даже нравится в их теплой компании.

- А вы прямо в карауле? - поворачивается ко мне усатый подполковник.

- Да. Учусь.

- Серьёзно нацелены? - проверяет.

- У меня уже тридцать одна секунда на одевание, - отвечаю честно. - Надо двадцать семь.

Дальше награждение, у нас награждают Ивана Андреевича. И вот он повод, не могу не поздравить его. Беру свой бокал и иду к их столу.

 Глава 28

Подхожу к своим.

- Иван Андреевич, - становлюсь рядом его стулом, - разрешите вас поздравить.

- Спасибо, Исса, - поднимается и берет свой бокал.

- Вы - тот редкий начальник, - бросаю взгляд на Рената.

Марина как музейный смотритель собирает пылинки с его плеча. Ну да, конечно. Перышко-перепелочка. Я даже слышу ее это "ой, тут соринка". Ага, соринка. Размером с меня.

- Начальник, с которым хочется не "дослужить до пенсии", а работать и по выходным. Шучу! По выходным - тоже хочется, но за двойную. А если серьёзно: я очень рада, что попала именно к вам. У вас как в хорошем караване: верблюды бодрые, вода - по плану, а если песок в глаза - вы первый и промоете.

- Это комплимент или рапорт по форме Ш-3 - Иван Андреевич улыбается глазами.

- Это признание в профессиональной любви, - киваю и обнимаю его. - Вы умеете держать строй и при этом не выжимать людей соковыжималкой. как ваши подчиненные, - кошусь на Рената. - С вами хочется стараться. Вы умеете замотивировать даже норматив сдать на "двадцать семь".

Марина что-то шепчет Ренату. Как пить дать обо мне.

Спокойно, Исса. Ты вообще-то женщина свободная, гордая, тебе Ренат не нужен. Ты не ревнуешь, тебе просто… смешно. Да, смешно. Очень смешно. На