Мечтательница - Сьюзи Тейт

вся кровь отхлынула от моего мозга и устремилась вниз. Феликс и правда был завораживающе красив! Когда он забрался на кровать и навис надо мной, мои локти подогнулись и я снова легла на одеяло. Его все еще улыбающееся лицо склонилось над моим, мышцы рук напряглись. Феликс опустился, сильнее вдавливая меня в кровать, и от его близости по всему моему телу разлилось тепло.

– Дыши, детка, – хрипло прошептал он мне на ухо, и я выдохнула, хотя даже не заметила, что задержала дыхание, а потом резко втянула воздух. Феликс прижался ко мне, и я издала звук, на который, как мне казалось, никогда не была способна, – тихий грудной стон. Казалось, от этого Феликс потерял голову. Он снова застонал, и его губы накрыли мои еще одним требовательным поцелуем. Я запустила пальцы в густые волосы Феликса, чтобы прижать его голову к себе, а другой рукой провела по его спине, ощутив движение мышц под обжигающей кожей.

– На тебе слишком много одежды, – пробормотал он мне в губы, начав бороться с моим пальто. Вскоре оно отправилось на пол вместе с вязаным платьем, которое Феликс стянул с меня через голову. – Что за хрень? – сказал он, когда увидел еще один слой одежды из шерсти мериноса, и засмеялся. – А ты вообще там есть? – спросил Феликс, и я хихикнула. Но перестала смеяться, когда он сорвал термокостюм, и я осталась в одном нижнем белье. Внезапно мне стало не по себе. От коктейлей больше не кружилась голова. Застенчивость и неуверенность начали пробиваться сквозь пелену вожделения, и я прикусила губу, боясь посмотреть на Феликса.

– Люси, – выдохнул он, его голос был хриплым от желания, и я набралась смелости поднять на него глаза. После стольких лет тоски по Феликсу неприятия я бы не вынесла, но увидела совсем другую реакцию. Его челюсти были плотно сжаты, а лицо напряжено. Феликс оглядел меня с ног до головы.

– Вот же черт, – выдохнул он. Прежде чем я поняла, что происходит, он расстегнул лифчик, бросил его на пол, положил руку мне между лопаток и притянул мое тело к себе. Я прижалась к его твердой горячей груди, и он снова поцеловал меня. – Ты невероятна, – сказал Феликс мне в губы, и в его голосе снова зазвучали грубые нотки. Я была не в состоянии произнести ни слова. Феликс прижимался ко мне так яростно, что я чувствовала, какой он твердый. Он целовал меня от горла к груди, пока его губы не сомкнулись на одном из моих сосков. Я выгнулась на кровати, издав еще один отчаянный стон.

Его рука скользнула вниз по моему животу, прямо под трусики. Феликс медленно и размеренно двигал пальцами, с нужным давлением в центре, а я извивалась под ним, как змея. Очень быстро я потеряла всякий контроль и буквально оседлала его руку, полностью утратив разум. Резкое прикосновение его губ к другому соску довело меня до предела. Феликс легонько укусил меня, я вскрикнула, и в голове у меня, казалось, взорвались тысячи фейерверков.

Ощущения были настолько мощными, что на секунду мне показалось, словно я покинула тело. Но когда я пришла в себя и увидела выражение лица Феликса, меня захлестнула новая волна желания.

– Господи Иисусе, – произнес он грубым низким голосом. В его взгляде я прочла дикое желание. Все его тело было напряжено, как будто он сдерживал себя. Я почувствовала напряженные мускулы спины, когда провела по ней руками до затылка.

– Вот это да, а ты в этом необыкновенно хорош!

Это разрядило напряжение Феликса. Его тело затряслось, а потом он рухнул на меня и рассмеялся, уткнувшись мне в шею.

– Спасибо за оценку работы, – сказал он сквозь смех, и я улыбнулась. Его тяжесть и движения снова возбудили меня, я начала тереться об него и издала тихий стон, поцеловав в ухо. Во мне неожиданно проснулась сексуальная кошечка. Я слегка прикусила его ухо зубами, потом лизнула и прошептала:

– Феликс, я хочу тебя!

Его смех перешел в стон. Когда он отстранился, чтобы посмотреть на меня, выражение его лица снова стало напряженным. Не успела я опомниться, как мои трусики оказались на полу вместе с его одеждой. Феликс потянулся к тумбочке за презервативом, с которым разобрался в рекордно короткие сроки. Когда его член оказался прямо передо мной, я резко вдохнула и на мгновение замерла, поразившись его размеру. Челюсти Феликса были сжаты, а тело дрожало от напряжения – так он сдерживался.

– Люси, – сказал он хрипло, – детка, ты девственница?

– Что? О нет… вернее, не совсем.

Он сглотнул: было похоже, что это стоило ему последней капли самообладания.

– Что значит «не совсем»?

– Э-э-э… ну, у меня уже был секс с Дэйви Тернбуллом, ты знаешь, парнем, который работал на фермера из Лоуэр Уинтона?

Феликс медленно закрыл глаза и тяжело вздохнул. Это прозвучало так, словно ему было и очень больно, и смешно.

– Просто Дэйви был…

– Прошу тебя, Люс, я уже почти в тебе, мы у меня в кровати, можно сейчас не говорить о парне-фермере?

– Просто Дэйви, он, ну… э-э-э… оказался не очень одарен в этой области.

– У него был маленький член?

– Да не то чтобы… просто у тебя он такой… э-э-э… крупный.

Большая часть его веса легла на меня, когда он скользнул внутрь. Я охнула, привыкая к его размеру.

– Хватит, детка, – сказал Феликс мне на ухо грубым шепотом, медленно продвигаясь вперед. Я застонала, чувствуя, как растягиваюсь от его размера. Ощущение заполненности почти причиняло боль, но я жаждала большего, приподнимая бедра, чтобы принять Феликса еще глубже. – Господи, – сдавленно прошептал он. – Не двигайся, милая. Я не могу…

– Пожалуйста, Феликс! – выдохнула я. – Трахни меня!

Это лишило его самообладания, и я ахнула, когда он подался вперед, теперь полностью входя в меня, так глубоко, что это было почти болезненно, но в то же время восхитительно. Он на мгновение остановился, чтобы посмотреть мне в лицо.

– Ты в порядке?

– Я-я думаю, да… Я имею в виду, что у тебя и правда огромный. Может быть, даже слишком большой. Но это хорошо. Я чувствую себя полностью заполненной, немного даже больно, но… ну, я хочу, чтобы ты не останавливался. Можно?

Феликс опять издал полусмех, полустон, прежде чем продолжил двигаться, сначала медленно, затем наращивая темп, пока его толчки не заставили меня содрогаться, достигнув пика. Затем он поцеловал меня и перекинул одну из моих ног через свою руку, чтобы задать угол проникновения, о котором я даже не подозревала. Его движения были дикими, и я снова