Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова

Марта, или медсёстры, а другое дело — молодая девушка, на пальце которой не было пока и помолвочного кольца. Судя по тому, что она вызывалась работать без выходных, она была одинока.

Поначалу Дарен радовался рвению Терезы, но теперь крепко призадумался. Сейчас она выкладывается на полную катушку, однако, если не давать ей передышки, через несколько месяцев девчонка попросту выгорит. Целительский дар, как и любой другой, требовал качественного восполнения.

— Завтра же скажу ей, чтобы взяла выходной, — пробормотал Дарен.

— Ты про Терезочку, да? А можно мы с ней пойдём гулять в парк? — оживилась Милена.

— Послушай, я не имею права занимать личное время моих сотрудников своим ребёнком. Нет. Мы с тобой сами пойдём в парк, когда у меня будет свободное время.

— То есть — никогда, — обречённо вздохнула дочь и опустила голову.

— Я тебе обещаю, что найду время! — Дарен остановился и присел на корточки, чтобы заглянуть в лицо поникшей Милены. Та подняла ресницы и, слабо улыбнувшись, кивнула ему.

Он протянул ей руку, подставив манжету рукава, за которую и ухватилась цепкими пальцами дочь.

— Папуль, а когда-нибудь, когда мне будет лет двадцать, я смогу гулять с тобой за ручку?

— Когда твой дар раскроется, то сможешь, — пожал плечами тьер Мортенс. — Правда, вряд ли захочешь.

— Это ещё почему?

— Найдётся кто-нибудь другой, с кем тебе захочется гулять за ручку!

— Ох, ну и выдумщик ты, доктор Мортенс, — закатила глаза Милена.

Следующим утром Дарен сидел в кабинете и заполнял отчёты о расходовании виталитов и зелий, содержащих редкие ингредиенты. Он ненавидел эту бесполезную бумажную работу, которую почему-то нельзя было поручить младшему персоналу: каждая запись требовала подписи и личной печати врача. В дверь тихонько постучали, и на пороге возникла Тереза Коллин.

— Здравствуйте, тьер Мортенс. По вашей просьбе я посчитала остатки материалов в кладовой, нам едва ли хватит на неделю, — сказала она и протянула ему исписанный листок.

— Нужно будет составить заказ в аптеку и в гильдию Свободных магов — они заряжают виталиты.

— Я могу заняться, пока нет пациентов, — тут же вызвалась она.

Тьер Мортенс по привычке кивнул, но, когда дона Коллин уже направилась к выходу, окликнул её.

— Вот ещё что, вам нужно определиться с выходными днями. Посмотрите табель в ординаторской.

— Мне не нужны…

— Нужны! — громче, чем хотелось бы, заявил Дарен. — Вы целитель, а о собственном здоровье не думаете. Почему я должен рассказывать вам очевидные вещи?

— А что, если я беру пример с вас? — осторожно улыбнулась она.

— Тереза, не надо вот этого. Я — плохой пример. Можно сказать, отвратительный. Пару недель назад вы готовы были бежать от меня, роняя тапки. Что изменилось? Я всё тот же страшный некромант.

— Вы не страшный.

— Ну, довольно. Идите работать. Хотя нет, постойте-ка. Вчера вы ходили за консультацией к Арвелиону Альтаэру и вернулись от него в крайне возбуждённом состоянии. Могу я узнать, что произошло?

Глава 20

Тесса

Вопрос тьера Мортенса застал Тессу врасплох. Ей не хотелось отвечать на него, не хотелось даже вспоминать о визите в кабинет, где витал запах состарившейся кожи фолиантов, пыли и горьковато-острый аромат тимьяна — природный аромат самого фрея Альтаэра, ведь, куда бы он ни приходил, он приносил этот запах с собой.

Взбудораженная Тесса ворвалась в обиталище эльфа, забыв постучать. И приготовилась к выговору или хотя бы к презрительно брошенному взгляду и судороге, искривившей красивые губы, однако фрей Альтаэр соизволил улыбнуться. Эта краткая, мелькнувшая тенью улыбка смотрелась так чужеродно на застывшем лице, что Тесса сбавила шаг.

— Шум. Крики. Грязные ругательства достигли моих ушей и нарушили уединенную тишину, — сообщил фрей. — Мортенс не слишком торопится утихомирить этих головорезов. «Ржавые» и «серебряные», я правильно понял? Давно пора закрыть двери больницы святой Агаты для бандитов.

Тесса задохнулась от негодования, заговорила совсем не о том, о чем собиралась, однако с пылом.

— Как вы можете! Там ваши сородичи! Вы могли бы прийти на помощь, да хотя бы выйти в зал, чтобы я не тратила драгоценные минуты, бегая по коридору!

— Они мне не сородичи, — небрежно махнул рукой фрей Альтаэр. — Полукровки. Их не примут ни в одной приличной семье высокородных фреев… Да и я не целитель, чтобы оскорблять свой взор видом крови, а слух — воплями отребья. Каждый должен быть на своем месте: целители рядом со страждущими, архивариусы в обители книг.

И эльф изящно раскрыл ладони, указывая на шкафы с книгами, стоящие по обеим стенам.

— Однако должен признать, твой энтузиазм заряжает, Тереза. Ты справляешься лучше многих людей на моей памяти.

Тереза невольно нахмурилась, не понимая, как воспринимать слова носозадого. Как комплимент? Так не похоже на эльфа! В его привычках скорее напомнить каждому, где его место: где-то в районе ног высокородного фрея.

— Мне срочно нужна ваша консультация! — Растерянная Тесса попыталась вернуть разговор в деловое русло. — Поступил полуэльф со странным алым узором на руке. Сначала я приняла его за татуировку, но узор разрастается и причиняет ему сильную боль. Вы знаете, что это может быть?

Фрей Альтаэр тонко улыбнулся.

— Знаю. Несомненно.

— Что же?

Эльф поднялся со своего места плавным тягучим движением, будто в его теле вовсе не было костей, одни напряженные мышцы, и этим он снова напомнил Тессе змею, затаившуюся в засаде. Он молчал, а Тесса нуждалась в ответе, она не могла уйти, не понимая, как лечить неизвестную болезнь.

Фрей Альтаэр обошел стол, встал за спиной Тессы, так близко, что она ощущала его дыхание на своих волосах. Он, оказывается, был высок — возвышался над ней почти на голову. Тессу окутал удушливый и терпкий аромат тимьяна. Она задержала дыхание от гадливости. Эльф же протянул руку и взял со стола книгу, переплетенную в выкрашенную киноварью кожу.

— Посмотрим, — вымолвил он за ее спиной.

Шелест страниц был подобен шороху осенних умирающих листьев.

Тесса отодвинулась, насколько это возможно, зажатая между фреем Альтаэром и краем стола.

— При верном наставничестве из вас мог бы получиться неплохой целитель, Тереза.

— У меня есть наставник! — возразила она.

— О. Тьер Мортенс. Да. Некромант, чьи методы вызывают вопросы медицинской комиссии.

— Его методы спасают жизни! — воскликнула Тесса и удивилась