Мой командор - Татьяна Гончарова

Кристан встаёт на круг, запуская смену внешности. Я оторопело смотрю, как плывут черты его красивого лица, приобретая другую форму. В целом, мало что изменилось, но в этом черноволосом мужчине теперь точно нельзя заподозрить командора Хэлтора.

— На станции с корабля не сходить, — распоряжается командор, глядя на Линду. — Подчиняетесь Норласу. Ни с кем на связь не выходить, ничьи запросы не принимать. Действовать по протоколу тишины в боевом походе. Милу нагружай данными по ярлыкам. Решение против пси-сцепки продолжай искать. И что там с твоими проектами, актуализируй. Когда вернусь, будем разгребать всё, что накопилось.

Линда явно хочет что-то сказать, но под предупреждающим взглядом осекается.

— Сделаем, командор Хэлтор, — чётко выдаёт она.

Кристан кивает и, бросив на меня быстрый взгляд, стремительно выходит из лаборатории.

Я смотрю ему вслед, чувствуя, как сердце сжимается от неясной тревоги.

А потом оборачиваюсь на Линду — она уже колдует что-то у терминала.

— Все распоряжения командора по эсминцу вступили в силу, — говорит она спокойно. — Мила, давай определим тебе фронт работ, и я займусь, наконец, своими делами.

Глава 26. Станция

Командор Хэлтор

.

Эту станцию я знаю без преувеличения до каждого поворота, до каждого изгиба вентиляционной шахты.

Многие вывески на центральной трассе изменились с тех пор, как я был здесь последний раз, но запах всё тот же, тяжёлый, металлический, от которого в горле дерёт, а на языке горьковатый привкус.

Здесь я впервые осознал себя проблесковиком. Трижды чуть не умер, и был спасён. Тем, кто я есть, я стал уже в других уголках вселенной. Но эта станция до сих пор мне иногда снится.

Ирония судьбы, что именно здесь, в одном из самых оживлённых транспортных узлов империи, на самом виду — секретный кабинет самого императора.

Привычным волевым импульсом сглаживаю эмоции. Сейчас они смертельно опасны.

Только в самой глубине, у сердца, позволяю себе греть уютный тёплый комочек счастья — сладость губ моей Милы. Это не помешает. Только даст сил.

Стук железа под грави-ботинками. Ощупывающие меня взгляды местных охотников за наживой — они убираются с моего пути, чуют нутром, что не по зубам.

Проверка документов на каждом шагу. Нет, я не скрываю своё боевое нутро. Таких, как я, здесь достаточно. Нет ко мне вопросов. Продвигаюсь дальше. В глубину станции.

Наконец, прохожу первые кольцевые и перекрёстные проверки и сливаюсь с толпой. На арендованном флаере, мимо вывесок и жилых модулей всё глубже и глубже, туда, где никому не вздумается искать самого императора.

По пути проверяю в личной тщательно засекреченной сети последние сводки. Всё под контролем. Но надо спешить. Сюда, на станцию, заходит на стыковку фрегат генерала Паргаза. Человека, который давно меня подозревает в проблесковом даре, но не имеет никаких доказательств.

Доложили ему уже, что я сюда явился. Будет добиваться встречи с императором. Разведка у него работает, что надо, опаснейший тип, даже для меня. Я его опередил, встречусь раньше. Затаит злобу. Точно вломится ко мне на эсминец.

Отдаю ряд распоряжений. Вот так, Пергаз. Я подчиняюсь напрямую императору, как и мои люди. Не светит тебе ничего. И на девочку мою тебе смотреть совершенно незачем.

Запах нечистот ударяет в нос. Налево, направо. Вниз по скользкой лестнице. Пси-обманка от возможной слежки, и проскальзываю в узкую щель.

Петляю, проныриваю, подлезаю, карабкаюсь, всё время разбрасывая миражи.

Когда уверился, что слежки нет, вернулся в начальную точку, на самом виду — подал условный сигнал и зашёл в бар. Толпа пьющих и танцующих. Стилизация под зимний хвойный лес на окраине столицы.

Ещё несколько поворотов, проходов, проверок, и, наконец, я склоняюсь в низком поклоне, вставая на одно колено перед императором Арайлом, повелителем звёздной империи Райнал, раскинувшейся на просторах галактики Райналлы.

— Крис, что за спешка? — его величество всё же позволяет себе раздражённые нотки в голосе. — У тебя мало дел? Вардиранцы задирают флот Пергаза на окраинах. Имя моей дочери треплят по всей империи. Сети лазутчиков строят козни. И чем занимается мой лучший гвардеец? Настаивает на личной встрече!

Позволяю императорскому пси наказующей тяжестью обрушиться на своё. Скриплю зубами, но держу удар. Вскидываю голову, показывая беззащитное горло.

— Приму любое наказание, ваше величество, — почтительно отвечаю я, удерживая взгляд вниз и не торопясь подниматься.

Молчание. Чувствую, что лицо бледнеет, дышать нечем, а сердце бьётся всё реже. Император чудовищно сильный псионик. Приложил меня в этот раз не жалеючи.

Плохо. От его щедрот будет просадка в пси. Быстро вернуться будет сложнее.

Похоже, своей просьбой о личной встрече я доставил императору много неудобств.

Прислушался к потокам пси. Нормально. Могло быть хуже. Император всё ещё благосклонен ко мне.

— Встань, Крис, — наконец, император отзывает своё пси и говорит намного спокойнее: — Ты мой преданнейший. Ты не стал бы вынуждать меня перекраивать планы ради ерунды. Не стал бы?

Поднимаюсь медленно. Почтительно склоняю голову и признаю:

— Не стал бы, ваше величество. Каждая секунда вашего внимания будет вознаграждена.

Поднимаю взгляд и смотрю императору прямо в глаза. Называю код максимально возможной секретности из существующих в империи.

Он вздёргивает брови. Мрачнеет.

Только сейчас замечаю, насколько он за последнее время сдал. Годы берут своё. Да и неизлечимая болезнь, о которой знают единицы, тянет силы.

Но в глазах несгибаемая воля и острый ум. Нет, в империи ещё не скоро будет новый император.

Пока я мысленно прокручиваю основные тезисы моего доклада, как мы сможем разбить вардиранцев раз и навсегда, император делает мне жест следовать за ним.

Мы проходим в узкий кабинет, где он предлагает мне сесть в кресло, а сам садится напротив. Нам приносят напитки, уходят, и император запускает протокол защиты по коду максимальной секретности.

— Крис, оставим официоз, — император устало откидывается на спинку кресла. — Говори прямо.

— Хорошо, Арай, как скажешь, — киваю я и разливаю ему и себе ароматный настой из пузатого стеклянного чайника. — Только не плющи меня сразу. Выслушай до конца.

Император скрещивает руки на груди и прищуривается.

— Не нравится мне это всё. Хорошо, Крис. Говори как есть. Дослушаю.

Я киваю и прямо встречаю его испытывающий взгляд.

— Арай, для начала, нам нужно, чтобы Рина выступила перед империей. Если ты не разрешишь это, то остальное бессмысленно.

— У неё много двойников, — пожимает плечом