Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Может быть, ты права… — дружелюбно отвечает Анна. — Однако мне никогда не приходилось сомневаться в твоей паре с Терренсом. Вы сразу дали понять, что дело рано или поздно обязательно закончится свадьбой. Ты буквально создана для него, а он – для тебя.

— Да, свадьба состоится уже в ближайшее время… — с легкой улыбкой говорит Наталия. — Может, поживут еще немного для себя, а потом начнут и о ребенке думать… Если захотят, конечно.

— Да-да, Ракель, вам с Терренсом стоит подумать об этом. Ваши детки точно возьмут от вас все самое лучшее. От таких красивых родителей.

— Ах, Анна, Наталия… — с легкой улыбкой вздыхает Ракель и на пару секунд бросает взгляд в сторону. — Что-то в последнее время люди много говорят об этом… Я недавно говорила с тетей Алисией, и она сказала, что мы не должны затягивать с рождением детей после свадьбы. Да и дедушка намекает, что хочет понянчиться с правнуками… Правда, на этот раз они уже не настаивают так яро.

— Поняли, что с этим делом не стоит спешить? — интересуется Наталия.

— Думаю, что да. Но вы не подумайте, что я не хочу иметь ребенка. Наоборот. Я планирую стать мамой в будущем. Просто сначала мне хотелось бы разобраться с оставшимися проблемами и еще какое-то время пожить для себя. Если бы я сейчас узнала, что жду ребенка, то не была бы готова к этому морально.

— Да нет-нет, ничего страшного. Мы не настаиваем. Просто лично мне все больше и больше начинает казаться, что Терренс уже давно готов стать папой.

— Он и правда готов и говорил это не один раз. Однако Терренс считает, что сейчас не время думать о детях. Мой жених тоже хочет разобраться со всеми проблемами. Ну и свадьбу сыграть, конечно же.

В воздухе на пару секунд воцаряется молчание, во время которой подруги выпивают содержимое своих наполовину заполненных чашек, согревая себя в такую прохладную погоду.

— Эй, а в не знайте, что там с Питером? — с грустью во взгляде интересуется Наталия. — Мы с Эдвардом ничего не знаем про него, потому что еще не говорили с парнями.

— Не беспокойся, с ним сейчас все хорошо, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Питер быстро идет на поправку, хотя еще долго пробудет в больнице. Но по крайней мере, он помирился с Даниэлем.

— Правда?

— Да! — восклицает Анна. — И парни уговорили его вернуться в группу.

— Значит, истории « Against The System » не приходит конец?

— Нет, она продолжается!

— Ух ты! — с широкой улыбкой радостно восклицает Наталия. — Здорово! Я так рада за них!

— Как только Питера выпишут из больницы, и он сможет играть, то парни приступят к работе над альбомом, — отвечает Ракель. — Будут уже точно работать добросовестно.

— Это меня радует. — Наталия бросает взгляд куда-то в сторону, немного поправив высокое горло своего вязаного нежно-сиреневого свитера. — Да, а почему Питер вообще решил покончить с собой? Он объяснил это?

— Ах, Наталия… — тяжело вздыхает Ракель и проводит рукой по своим волосам, собранные в высокий хвост. — Там целый букет причин… Жизнь с матерью, которой было наплевать на него, но без отца… Унижения и издевательства тех, с кем он учился… Любовь к королеве школы, которая сначала поиграла с ним в любовь, а потом жестоко унизила и бросила на глазах у всей школы.

— О боже мой… — ужасается Наталия, покачав головой с прикрытым рукой ртом. — Какой ужас…

— Бедному парню пришлось натерпеться, наверное, больше, чем всем нам, — с грустью во взгляде говорит Анна. — А те изверги сделали все, чтобы понизить самооценку Питера и заставить его перестать доверять людям и ждать предательства с их стороны.

— Ну… Мы в принципе предполагали, что проблемы могли начаться в школе. Но то, что Питер был влюблен в ту, что предала его.

— Его мать поступила омерзительно , — хмуро отвечает Анна. — Как она могла променять своего сына на алкоголь и собутыльников? У него же не было никого роднее ее, а она относилась к нему, как к ненужной вещи. Оскорбляла, унижала, избивала… Еще и забирала деньги, которые Питер зарабатывал с помощью игры на кахоне. И ладно тратила бы их на что-то нужное. Но эта женщина спускала их на выпивку.

— Да, его мать просто тварь, — заявляет Ракель. — Звучит грубо, но я не могу сказать иначе. Как можно пить водку, когда ребенок умоляет тебя помочь или хочет внимания и любви?

— И почему учителя и директор школы молчали? Почему они ничего не делали, чтобы помочь Питу? Неужели и они считали его чокнутым? Как можно было верить ребятам, которые только обещали больше не издеваться над ним? Они должны были дать ему какую-то защиту от этого стада, которое слушало одного человека!

— А в то время он был беззащитен перед парнями в школе, которые были намного крупнее его самого. Тогда Питер был высоким, но слабым в физическом плане.

— Да уж… Если мужчина слаб во всех смыслах этого слова, то он будет страшно бояться всеобщего осуждения.

— И к сожалению, Питер стал жертвой тех, кто во много раз сильнее него. Намного бессовестнее и безжалостнее…

— Боже, ну почему у него не было никого, кто мог бы научить его защищаться? — тихо стонет Анна. — Они наверняка прекрасно знали обо всех слабостях Питера и поэтому сделали его жертвой. Чем-то похож на случай Эдварда, но он-то хоть как-то пытался защититься.

— И самое ужасное – это то, как с ним поступила та девчонка.

— Вот нашел Роуз в кого влюбляться! Какого черта его потянуло к той стерве, которая, как сказал Даниэль, запросто могла располнеть, если бы перестала следить за фигурой?

— Просто запал на ее красоту, — пожимает плечами Ракель. — Тем более, что в таком возрасте ребятам совсем неинтересно, какой человек внутри. Им важна лишь