Искренне, твоя неудобная жена - Джулия Вулф

Я опустил руку и прищурился, глядя на нее.

— Разве у тебя нет для этого мужа?

— Миллер не любит тайскую еду, а ты знаешь, что я ненавижу есть в одиночестве. Пожалуйста, Лука? Мы можем поговорить о новом списке женщин, который я тебе отправила.

— Это должно быть приманкой?

Она потерла выпирающий живот.

— Твоя племянница очень хочет курицу по-сатейски. Неужели ты действительно лишишь ее этого?

Я покачал головой.

— Рано или поздно ты перестанешь использовать её против меня, чтобы добиться своего.

Она погрозила мне пальцем.

— К счастью для меня, этот день не сегодня. Увидимся в полдень.

ГЛАВА 15

Сирша

Ниддхи, Амелия, Чарли и я пошли пообедать в любимое тайское заведение Ниддхи. Она все еще находилась в нисходящей спирали из-за своего бывшего, у которого теперь была постоянная девушка и который разглагольствовал об их отношениях во всех социальных сетях.

Это был бодрящий обед, и я была более чем рада, что меня пригласили в эту сплоченную небольшую группу.

Кроме того, пад тай и гаенг даенг были невероятно вкусными. Лучше, чем когда я была в Таиланде.

Мне было немного жаль, что я была в таком хорошем настроении, когда Амелия только что потащила плачущую Ниддхи в ванную, чтобы помочь ей смыть макияж, но я была. Сегодня вечером мы с Лукой наконец-то поговорим, и, возможно, скоро я получу своего кота.

Чарли протянул руку и стащил с моей тарелки кусочек жареного базилика.

— Почему это так вкусно?

Я ударила его по руке.

— Смотри. Я серьезно отношусь к своей еде. В следующий раз, когда ты украдешь у меня, я не могу обещать, что не ударю тебя вилкой.

Он игриво толкнул меня в ответ.

— Делиться — значит заботиться, Сирша. — Его игривое выражение лица внезапно исчезло. — Вот дерьмо. Почему генеральный директор так на нас смотрит?

Повернув голову, я проследила за его взглядом, и он приземлился на Луку. Он находился на другом конце ресторана, его грозный взгляд был направлен прямо на нас двоих. Я слегка улыбнулась ему, от чего его нахмуренное выражение, казалось, стало еще сильнее. Я не знала, что еще делать, поскольку «мы» все еще были в тайне. Не то чтобы временный сотрудник мог прийти к генеральному директору поболтать.

— Знаешь, он не продержится долго.

Я развернулась к лицу Чарли.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты слышала что-нибудь о Луке Росси?

Я покачала головой.

— Не совсем.

Он наклонился и говорил тихо, хотя шансов, что Лука услышит его с другой стороны ресторана, не было.

— Каждые выходные он бывает в клубах и всегда фотографируется. До меня доходили слухи, что он несколько раз находился в нетрезвом виде, и его увольняли за взятки. Они также говорят, что его сестра действительно управляет компанией. Он просто лицо всего этого... пока.

— Это похоже на множество слухов, основанных только на сплетнях. — Мне пришлось бороться с рычанием, которое хотело выйти и поиграть. Я едва знала Луку, но по характеру наших отношений он пользовался моей лояльностью, и мне не нравилось, как Чарли говорил о нем. — Кроме того, я не думаю, что это хорошая идея — болеть против генерального директора компании, в которой ты работаешь.

Он пожал плечами.

— Я был большим поклонником его отца. Суждение о сыне пока оставлю при себе.

У меня вырвался смех.

— Это так ты оставляешь свое суждение?

Он усмехнулся.

— Думаю, нет. Но ты права. Я должен дать ему шанс. — Он посмотрел в сторону Луки. — Похоже, его уже нет. Мы снова можем расслабиться.

Ниддхи и Амелия выбрали этот момент, чтобы вернуться к столу, и все следы туши Ниддхи были вымыты. Она кинулась прямо к тарелке с блинчиками с начинкой, стоявшей в центре стола.

— Что мы пропустили? — спросила Амелия, встряхивая салфетку.

Я помахала палочками Чарли.

— Просто небольшая критика в адрес генерального директора, вот и все.

Она закатила глаза.

— Чарли не любит Луку Росси только потому, что он сексуальнее его.

Чарли издал сдавленный звук.

— Это...

Она пригвоздила его пристальным взглядом.

— Это правда, и ты это знаешь. Но Лука Росси горячее, чем девяносто восемь процентов мужского населения, так что не расстраивайтесь слишком сильно.

Когда мы вернулись в офис, я заметила, что несколько человек смотрели на меня, когда я проходила мимо них по пути к своему столу. Я задавалась вопросом, почему я вдруг стала такой интересной. Я проверила компактное зеркало, которое хранила в ящике стола. На моем лице и на блузке не было еды, поэтому я отмахнулась от всеобщего разглядывания. У меня был полный почтовый ящик с электронными письмами, на которые нужно было ответить, и задачами, которые нужно было выполнить до конца дня.

Тема общекорпоративного электронного письма от Луки Росси, генерального директора «Росси Моторс», остановила меня.

Личное объявление

Святое дерьмо. Он не мог этого сделать.

Я щелкнула по ней, кровь отхлынула от моего лица, когда оно открылось. В самом верху письма была фотография, сделанная судьей Эрнандесом в день нашей свадьбы.

Он сделал это.

Он действительно сделал это.

Без каких-либо обсуждений Лука объявил всей компании о нашей свадьбе.

Уважаемые сотрудники «Росси»!

Я, как ваш генеральный директор, намерен быть честным и открытым с вами. Иногда это будет означать делиться плохими новостями и личными неудачами, но иногда, как сейчас, я поделюсь своими триумфами.

С огромным счастьем объявляю о своей женитьбе на своей новой невесте Сирше Келли-Росси. Мы поженились на частной церемонии у себя дома, и мы с нетерпением ждем того, что готовит нам будущее.

Спасибо за вашу постоянную поддержку «Росси Моторс», семьи Росси и мне.

Ваш,

Лука Росси

Как только я закончила читать, Чарли вошел в мой кабинет, размахивая телефоном.

— Это ты? Он говорит о тебе?

Сглотнув, я медленно кивнула и выдавила улыбку.

— Сюрприз!

Морщина на его бровях противоречила его тщательно взвешенным словам.

— Тогда поздравления уместны.

— Спасибо, Чарли.

Между нами повисло молчание, пока он смотрел на монитор моего компьютера. Я с опозданием осознала, что моя свадебная фотография заполнила экран.

Когда я уменьшила, я была полностью лишена изящества и тонкости, но это снова привлекло внимание Чарли ко мне.

— Ты могла бы сказать мне об этом за обедом, вместо того чтобы позволить мне высказаться. Я чувствую себя идиотом.

— Нет, не надо. — Я собиралась убить Луку за то, что он поставил меня в такое положение. — Ты не сделал ничего плохого. И не беспокойся