Особенные. Закрытый факультет - Светлана Шавлюк

методами. Убийство девушки не вызвало паники, не вызвало истерик, даже обсуждение происходило тихо и спокойно, а уж хладнокровие Славки вызывало у меня и восхищение, и отторжение. Я понимала необходимость воспитать в себе это качество, но не могла принять. Просто не хотела становиться безэмоциональной машиной для уничтожения теней. Из нас будут делать настоящих солдат, которые мановением руки смогут уничтожить знакомого, если не останется выбора, смогут причинить боль, отделавшись, в лучшем случае, уколом совести, а в худшем – и его не почувствуют.

Глава 12

Глава 12

Последний этап не вызвал ярких эмоций. Работа боевого мага, конечно, впечатляла, отточенные движения, четкие слова, сосредоточенность и сила, судить о которой мы могли по яркому свечению магических лент, которые сплетались в клубки и с глухим хлопком встречались с дымкой в колбах. По кабинету сразу распространился запах горячего металла. Мы, конечно, поблагодарили за демонстрацию, но как-то вяленько. Зато, когда нам объявили о возвращении в академию, все немного приободрились. Я очень хотела скорее покинуть это место. Даже не надеялась, что когда-нибудь забуду о произошедшем здесь.

В академию вернулись, когда солнце уже клонилось к горизонту. Но в учебном корпусе все еще кипела жизнь. У кого-то только закончились занятия, у кого-то – рабочий день. И одного из таких я встретила уже у выхода.

– Выглядишь болезненно, – после приветствия заключил Артур.

– День выдался тяжелый, Артур Алексеевич, насмотрелась всякого, моя тонкая душевная натура была не готова к таким ужастикам.

– Прошли боевое крещение, – не разделил он моего плохого настроения, – дальше будет проще. Это было самое страшное и сложное в обучении. Пойдем, тебе поужинать надо, иначе тебя ветром сдует, а ловить, как всегда, придется мне.

– Ведете себя вы, Артур Алексеевич, совершенно непедагогично.

– А мы и не на занятии, – он открыл дверь и выпустил меня на свежий воздух.

Я даже и не подозревала, что прохладный ветерок, который ударил в лицо, принесет столько удовольствия. Не скрывая блаженства, прикрыла глаза и втянула влажный вечерний воздух с ароматами трав. Это немного отрезвило, а следом пришло ощущение сильнейшего голода, поэтому, взвесив все за и против, ответила согласием на предложение Артура.

– Вы, Артур Алексеевич, между прочим, дискредитируете меня, как порядочную студентку, – не смогла сдержаться я.

– Это почему это?

– Потому что порядочные студентки со своими малознакомыми преподавателями не ужинают после занятий, особенно так открыто.

– Ты предлагаешь за кустами спрятаться, как порядочные студентка и преподаватель? – растянул он губы в улыбке.

– Фу-фу-фу! Что за грязные предложения, Артур Алексеевич?

– Я не предлагаю, а тебя спрашиваю. Почему тебя так тревожит мое преподавательство?

– Не знаю, – пожала плечами, ведь я и себе не могла ответить на этот вопрос, – как-то с детства привыкла, что учитель – это учитель.

– Сверхчеловек, – понимающе хмыкнул он, – не пьет, не курит, матом не ругается, сексом не занимается.

– Что-то вроде того. С учениками и студентами не ужинает и в кусты не приглашает.

– Если тебя это настолько тревожит, то не буду навязываться. Просто провожу до столовой.

– Нет, что ты, – поспешно отозвалась я, – я с удовольствием поужинаю с тобой. Вообще-то, мне сейчас просто необходима чья-нибудь компания и хорошая порция мяса. Просто не хочу, чтобы по академии поползли какие-нибудь слухи. Мне сейчас только этого не хватало. Да и тебе, наверное, совершенно ни к чему это.

– Мне совершенно все равно, – отозвался Артур, – кому какое дело, где и с кем я провожу свободное от работы время?

– Ты прав, наверное. Я со временем привыкну к тому, что все друг у друга на глазах и не стоит на этом зацикливаться.

– Правильные мысли, лучше расскажи, как прошел практикум по подселенцам, даже преподаватели не все знают подробности поимки шестерки. Поделишься?

Состроила мученическую рожицу. Понимала желание Артура узнать подробности, как и то, что этими подробностями придется делиться еще и со Славкой и с пронырой Вертосом. А мне хотелось заколотить досками этот уголок памяти, повесить табличку «опасно для эмоционального равновесия» и никогда к нему не приближаться. Но это, к сожалению, было невозможно. А Артур остался глух и слеп к моему нежеланию говорить на эту тему, поэтому, покорившись его уговорам, я все же рассказала о своем сложном дне. Только сам ритуал мне милостиво разрешили не пересказывать. Во-первых, Артур и без меня знал, как все происходит, во-вторых, сказал, что не хочет портить мне аппетит.

– А у меня к тебе тоже просьба есть, – прищурилась, наблюдая за тем, как он уплетает небольшие кусочки мяса, размазывая соус по тарелке.

– Зачет на халяву не поставлю, – улыбнулся он и подмигнул.

– Да больно надо, мне до зачета бы дожить и не уехать на машинке с красным крестиком в компании симпатичных, я надеюсь, медбратьев. Хочу в обмен на мою информацию, твою информацию.

– Ты опоздала с бартером, я твою уже получил.

– Тю, а я думала, ты рыцарь, честь и достоинство, все дела, – надула губки и укоризненно глядела на своего собеседника.

– Ты забавная, – он скользнул взглядом по лицу, задержался на губах и улыбнулся, – что ты хочешь знать?

– То, что знаешь ты об убийстве Оли. Преподаватели наверняка знают больше, чем говорят нам.

Налет веселья испарился с его лица в ту же секунду. Он стал серьезным и внимательно на меня смотрел несколько секунд, словно собирался с мыслями и искал вариант, как прекратить этот разговор, не обидев меня молчанием.

– Ты была с ней знакома? – он вновь бросил на меня внимательный взгляд и вернулся к мясу.

– Нет, но земля, как говорится, слухами полнится, так ты расскажешь?

– Понимаешь, Лера, деканат считает, что той информации, которую получили вы, достаточно, и я с ними солидарен в этом вопросе.

– Значит, не расскажешь, – скисла я.

– Лер, я ведь не для интриги или чтобы тебя подразнить, не хочу говорить, причин много. Я всего лишь аспирант, мне оттуда, – ткнул пальцем в потолок, – сказали молчать, я молчу, скажут, рассказать все – расскажу. Да и зачем тебе какие-то неточные подробности, предположения? Мне казалось, что ты не из тех девушек, которые за собой оставляют шлейф сплетен и продолжают их разносить по всем углам.

– Не из