Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка - Оксана Барских

– Наслаждайся, пока можешь, Лера, – шипит мне в ухо Жанна. – Не думай, что сможешь отобрать у меня Матвея, раз вся такая мать из себя и любишь детей. Он будет мой, а детей мы тебя лишим.

Лена в этот момент уже вышла из салона, а затем Казанцев вытаскивает и саму Жанну. Я же остаюсь сидеть оплеванная и морально раздавленная. Жанна оказывается исчадием ада, дети ее совершенно не интересуют. Но она отличная актриса, так как сразу же, как только видит Матвея, начинает жалобно плакать и искать у него помощь.

Я же зажмуриваюсь и вынужденно выхожу следом, хотя сделать это с детьми на руках довольно проблематично. Прижимаю их покрепче и медленно оборачиваюсь, чувствуя на спине гневный взгляд Юдина.

Смотрю в его глазах уверенно и твердо, никак не показывая, как всё внутри меня дрожит. Нет. Не дам ему больше никаких шансов. Он был для меня врагом изначально, им и остался.

Сегодня я отстою Диану, а заодно и напишу на него с женой и на Антона заявление за мошенничество и незаконное похищение детей.

Хватит. Надоело бояться. В этой ситуации именно я и дети – жертвы, а все остальные – циничные преступники!

Глава 22

Матвей

Жанна жалобно и надоедливо жужжит мне в уши и натурально льет слезы. О том, как у нее затекли руки от наручников. О том, какие полицейские пустоголовые бараны, раз сделали так, несмотря на наши с ней фамилии. И, конечно же, о том, что их нужно лишить погонов, а главную виновницу произошедшего посадить за решетку сразу, даже без суда.

Но на Жанну мне сейчас плевать. И только последнее ее требование о решетке – единственное, с чем я могу согласиться, стоит нам встретиться с Валерией взглядами.

Новая волна гнева моментально накрывает с головой. Кулаки сами собой сжимаются. Внутри разгорается настоящий пожар, сжигающий собой любой намек на холодный контроль.

Мои дети сейчас у нее на руках, и это после того, как она обманула меня!

– Эй! – Жанна верещит, как только я грубо отодвигаю ее в сторону. – Матвей!

Но я и дальше ее игнорирую, оказываюсь практически вплотную к Возняк.

– Какого черта они обе у тебя?! – вместо слов из горла вырывается настоящий рык.

Это пугает девочек, и они начинают хныкать. Мгновенно чувствую себя уродом, а не нормальным отцом. Но не могу позволить, чтобы они и дальше были на руках у такой горе-мамаши.

Тяну к ним руки. Но Валерия не позволяет.

– Не трогай моих детей! – она так же чуть ли не рычит на меня, словно разъяренная фурия, и делает шаг назад.

Она прижимает к себе Карину и смотрит на меня, как на врага, словно это я продал старшую девочку за жалкую пачку денег. Несмотря на железобетонные доказательства ее вины, продолжает упорствовать, изображая из себя любящую мать.

Какая же стерва!

А ведь сперва я реально поверил, что она не такая, как остальные... не как Жанка или Ленка, а другая. Нормальная баба и хорошая мать, которую просто обманули.

Ага. Как же. Размечтался.

И ведь реально кивал, как китайский болванчик, на все ее слезы. Не сразу, но постепенно стал считать ее бедняжкой. И даже додумался предложить быть матерью девочкам после теста ДНК и проведенного вместе времени!

А потом случился всего один звонок от моего человека, и я узнаю, что у муженька Возняк есть для меня интересная информация, которой он готов поделиться за смягчение возможного срока, который я хотел на него повесить за мошенничество.

Подумал, что это просто глупая уловка, но всё же решил проверить. Так, на всякий случай.

Вот тебе и проверил.

Стоило узнать пароль от телефона Леры, как тут же нашел в нем и переписки, и голосовые сообщения, подтверждающие ее ложь.

И это еще не все. После Колобков смог еще и записи звонков, и даже пару видео предоставить, которые специально записывал тайно, не доверяя своей жене на все сто, хоть это и был их общий план.

Теперь понимаю, почему. Даже попавшись, Валерия продолжает играть свой спектакль, в то время как я знаю, что у ее мужа в принципе нет таких средств, чтобы так качественно всё подделать, а дешевыми аналогами такого качества записей невозможно добиться.

Счета его я проверял, он давно снова гол, как сокол. Да и в принципе он слишком глупый, чтобы найти таких специалистов. Так что в достоверности записей я теперь не сомневаюсь.

Валерия вместе с тем ни на секунду не ослабляет свой боевой настрой. Чем злит всё сильнее.

– Это мои дети. Только мои, усекла?! – рычу я, когда получается отобрать у нее хотя бы Карину. Она начинает плакать так, что это рвет мое сердце, но я не позволю сыграть Возняк на ее появившейся привязанности, поэтому просто протягиваю ее удобно появившейся рядом Лене.

Хочу сделать так же и с Дианой, но Валерия как с цепи срывается.

– Отдай Карину! – прямо с ребенком на руках, она делает к нам рывок и пытается снова отобрать Карину, да еще и выкрикивает такое, что мне словно под дых ударили, – Я не позволю, чтобы твоя няня еще раз ее ударила!

Крики, слезы в глазах и то, как Возняк рвется к Лене, заставляют на мгновение поверить в то, что Карину могли ударить. Гнев мгновенно обращается к няне.

Бросаю на нее острый взгляд и обратно выхватываю ребенка к себе на руки. И в этот же момент понимаю, как профессионально Возняк перекинула мое желание уничтожить ее на другую женщину.

– Это твоя очередная уловка?! – не выдерживаю, срываюсь на Возняк пуще прежнего.

Прямо с Кариной на руках надвигаюсь на нее. Но сделать ничего ей не успеваю.

Неудачно вмешивается Казанцев, пока Дорохов уже, оказывается, увел Жанну в наручниках внутрь участка.

– Так, граждане, успокоились! Пройдемте уже в участок. – полицейский встал между мной и Валерией и требует пройти дальше.

Не то, чтобы меня такое могло остановить. Но... это напоминает о том, зачем я сюда приехал и зачем я сам связался с Жанной еще до того, как к моему дому подъехали полицейские.

Вместе мы легко докажем, что обе девочки наши по договору ЭКО. А то, что биологическая мать не Жанна, сможем списать на еще один обман со стороны Колобкова