Красивый. Грешный. Безжалостный - Виктория Кузьмина

У Каина была истинная?

Какого чёрта? Это же невозможно.

Я содрала перчатку со своей руки и посмотрела на свою метку. Она была там.

Я не знала, что думать. Голова гудела. Сердце билось так сильно, что казалось, сейчас вырвется из груди.

Глава 18. Угроза

Они ушли, и меня будто отпустило. Воздух в лёгкие хлынул так резко, что я едва не закашлялась.

Я наклонилась, нащупала свои туфли и начала натягивать их на ноги, морщась от боли, ведь мозоли на мизинцах саднили так, будто я содрала с них кожу, и каждое движение отдавалось острой болью, из-за чего хотелось застонать. Но я стиснула зубы и продолжала обуваться, потому что оставаться здесь дольше было невыносимо.

Выйдя из туалета, прошла мимо двери, за которой сейчас находился Каин со своими друзьями, и внутри что-то сжалось. То ли от обиды, то ли от страха, то ли от чего-то ещё, чего я не могла сформулировать, но моральных сил смотреть на него сейчас у меня не было совершенно.

Участвовать в этом цирке, где я главный клоун, мне тоже не хотелось, вот только ноги сами несли меня вниз, к лестнице, подальше от этого проклятого третьего этажа.

Спустившись на первый этаж, я сразу же попала в гущу толпы. Тела прижимались со всех сторон, музыка била по ушам так громко, что в голове начало пульсировать, а воздух был настолько спёртым, пропитанным запахами пота, алкоголя и духов, что дышать стало труднее, но я протиснулась сквозь эту массу людей, кое-как добралась до гардероба.

Протянула парню за стойкой свой номерок, стараясь не смотреть ему в глаза, потому что боялась увидеть там насмешку или презрение, ведь наверняка я выглядела жалко. Растрёпанная, с красными глазами, в платье, которое казалось мне теперь нелепым.

Он принёс мой рюкзак, и я, проглатывая ком смущения спросила, где тут уборная, и парень ленивым жестом указал в сторону, даже не глядя на меня, будто я была пустым местом. И это почему-то задело, хотя не должно было, ведь какая разница, что обо мне думает какой-то незнакомый человек?

До туалета пришлось снова лезть через толпу, и я чувствовала, как чьи-то локти впечатываются в бока, как кто-то наступает мне на ноги, из-за чего боль от мозолей стала ещё острее, но я не останавливалась, потому что хотела только одного — переодеться и уйти отсюда к чёрту.

Атмосфера здесь, на первом этаже, конечно, отличалась от той, что была наверху. Там было тихо, размеренно, почти по-деловому, а тут царил шум, гам, хаос, люди танцевали, кричали, смеялись, целовались прямо посреди танцпола.

Всё это казалось каким-то нереальным, словно я попала в параллельный мир, где все живут по другим правилам, а я единственная, кто не понимает этих правил.

Я переоделась в кабинке туалета и почти застонала от удовольствия, когда надела на ноги носочки. Кроссовки, правда, давили на ранку на мизинце, и я начала рыться в сумке, ища пластырь, но потом вспомнила, что в этом рюкзаке его нет, и чертыхнулась, потому что моя старая сумка, которую Каин выкинул в мусор, как какую-то ненужную тряпку, мне бы сейчас очень пригодилась.

Там была косметичка со всем необходимым, ведь я была достаточно неуклюжей и часто ранилась, то споткнусь, то порежусь, то ещё что-нибудь с собой сделаю, из-за чего всегда носила с собой пластыри, антисептик и прочую мелочь.

Выходя из клуба, я прошла мимо охранников, и один из них, массивный, с татуировками на шее недобро фыркнул в мою сторону и скривился, будто я была чем-то мерзким, что он случайно заметил, и от этого мне стало ещё больше не по себе.

Оказавшись на улице, я вздохнула полной грудью, жадно вдыхая холодный ночной воздух, и в этот момент мой телефон заиграл мелодией.

Вытащила его из сумки, увидела незнакомый номер и на секунду замерла, не зная, стоит ли отвечать, но всё же провела пальцем по экрану.

— Да?

— Ты где? — от этого холодного и мрачного голоса я вздрогнула всем телом, будто меня окатили ледяной водой, и инстинктивно быстро зашагала прочь от клуба, не разбирая дороги, просто подальше, куда угодно. Только не туда, где он сейчас находится, и тут до меня дошло, что я вообще не знаю, куда мне идти.

В общежитие я точно не доберусь пешком за разумное время, а денег на такси у меня нет.

— Я ушла, — выдавила, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, увереннее, но получилось так себе.

— Фиоре, не испытывай моё терпение и вернись, — произнёс Каин, и по звукам я поняла, что он затянулся сигаретой. Услышала этот характерный вдох, после чего он медленно выдохнул, я представила, как дым выходит из его губ, и почему-то от этого образа внутри всё сжалось ещё сильнее.

— Я не вернусь. Я не хочу участвовать в том, что там происходит, — сказала я, и голос наконец-то окреп, стал увереннее, потому что я действительно не собиралась туда возвращаться, хоть убей.

— А я разве говорил, что меня волнуют твои желания? — в его голосе прозвучало что-то настолько ледяное, что по спине пробежали мурашки. Похоже я разозлила его довольно сильно. И это однозначно не добавляло мне уверенности в том, что он не причинит мне такую боль, что вообще пожалею о своем существовании.

— Не говорил. Но ты не должен так со мной поступать, я тебе не собака на выставку, чтобы ты приводил меня в такое время и показывал своим друзьям, которые приехали туда с девушками на одну ночь! — выпалила на одном дыхании, и услышала, как в трубке что-то глухо стукнуло, будто он ударил кулаком по столу или стене.

— Я, похоже, плохо объяснил тебе положение вещей, омега. Ты принадлежишь мне, и если я захочу, ты не только в ошейнике ходить будешь, но и ждать меня у входа в мой дом на коленях с открытым ртом, готовая принять мой член.

От неожиданности я чуть телефон не выронила . Руки задрожали так сильно, что экран заплясал перед глазами, а в голове пронеслось столько мыслей, что я не могла ухватиться ни за одну. Мне хотелось ему многое высказать, и я даже перечислила в голове всё это, все те слова, которые хотела швырнуть ему в лицо, но от этого легче мне не стало ни на грамм. о

Но понимание того, что он действительно считает меня