Защитник для чужой невесты - Алина Углицкая

с застежек, путались в завязках. Плюнув, я нащупала ножны на мужском бедре, выхватила кинжал и вспорола толстое сукно, из которого был сделан его дублет. Под ним оказались короткий шерстяной камзол и батистовая рубашка. Все пришлось резать.

Наконец моим глазам предстала грудь Авенара. Я лишь мельком отметила старые шрамы, исполосовавшие гладкую кожу, набрала в легкие побольше воздуха, крепко зажмурилась и прижала ладони к этой груди.

До той минуты мне не приходилось лечить драконов. Больше того, никто из людей такого не делал. Я не знала, получится ли у меня. Я не знала, что с ним случилось. Но и бросить его умирать не могла.

Сила хлынула из меня ровным мощным потоком. Я направила ее к сердцу Авенара, толкнула его, будто маятник в часах, и замерла, ожидая реакцию.

Сердце пульсировало, но очень слабо. Казалось, ему не хватает жизненных сил. Присмотревшись, я обнаружила дыру в ауре дракона. Но еще вчера ее не было, иначе я бы почувствовала. Я всегда чувствую, когда рядом есть кто-то, нуждающийся в помощи целителя.

Паника нарастала.

Мое чутье и опыт подсказывали, что физически дракон здоров. Дыра в его ауре не от болезни, это что-то другое. Что-то, что не вылечить настойками и порошками. Но раз сердце борется, значит, я могу его спасти.

С этой мыслью послала в грудь Авенара новый толчок. Сильнее первого. Сильнее всего, что я делала прежде.

Магический импульс сотряс мужское тело, будто удар молнии. Дракон содрогнулся, его сердце резко сжалось под моими руками, замерло, как взведенная пружина, распространяя волны чудовищного напряжения, и вдруг робко толкнулось.

От облегчения у меня потемнело в глазах.

Не сразу, но я поняла, что это просто выступили слезы. Помотала головой, приходя в себя, а когда вновь посмотрела на Авенара, то наткнулась на его хмурый… нет, злющий взгляд.

– Дура! – рыкнул он и грубо скинул с себя мои руки.

Я потеряла дар речи.

Это что, его благодарность?

Он молча поднялся. Бросил на пол испорченный плащ, у которого я разрезала завязки и осмотрел себя.

Да, одежду я покромсала на совесть. Мне даже стало немножко стыдно, но я тут же мысленно шикнула на себя: пусть скажет спасибо, что не бросила его умирать!

– Ты не должна была этого делать, – прорычал он глухо, поднимая на меня жутковатый красный взгляд. – Глупая женщина!

Я все еще стояла на коленях, в той позе, в которой его лечила. А он смотрел на меня сверху вниз с ничем не оправданной яростью и ожесточением. Несколько мгновений мы мерились взглядами. Я постаралась вложить в свой все, что думаю, и подкрепила мысли словами.

– Ну знаешь, – начала, поднимаясь и отряхивая подол, – люди в такой ситуации обычно благодарят. Попробуй, это несложно.

Я передразнила тон дракона:

– “Спасибо, леди Хлоя, что спасли мою жалкую и никчемную жизнь”…

– Вот именно, – процедил Авенар, перебивая. – Люди. Я не человек, и я не просил меня спасать. Твоя помощь была не нужна.

Мне хотелось его ударить. Сделать шаг, сокращая расстояние между нами, занести руку, изо всех сил ударить его по щеке.

Но я не прачка, а леди. Поэтому только выпрямилась сильнее, подняла подбородок и холодно осведомилась:

– Неужели? Что ж, в следующий раз так и сделаю, позволю тебе умереть в дешевом трактире на грязном полу. Это будет достойная смерть для такого, как ты.

С этими словами отвернулась и пошла прочь, не желая слушать ответ.

В спину мне донесся скрежет зубов. Затем шаги. Авенар шел следом и угрюмо молчал. Даже не спрашивал, куда я иду. Так мы спустились по лестнице и оказались в холле, где в этот час не было никого, кроме дремлющего мальчика за деревянной стойкой.

– Мне нужна служанка, – обратилась я к мальчику.

– Служанки нет, – тот широко зевнул. – Но если леди ищет уборную, то она вот.

Он указал на дверь рядом со стойкой, она была прямо напротив лестницы. Я ощутила, как жар заливает щеки, кивнула и поспешила скрыться в нужном направлении.

– А иголка с ниткой у вас есть? – в спину раздался глухой голос дракона.

Я потянула дверь на себя, одновременно бросая взгляд через плечо.

Дракон стоял возле стойки. Выглядел он уже не таким бледным, как прежде, да и пугающая краснота в глазах поуменьшилась. А еще он был в одной рубашке. Моей рубашке! С дурацким соколом на спине.

Остальная одежда висела у него на сгибе локтя.

Глава 15

Авенар

Она захлопнула дверь уборной, оставив меня одного в полумраке трактирного холла. Воздух с силой вырвался из груди, больше похожий на рычание. Я сжал кулаки, и костяшки побелели. Глупая, самонадеянная девчонка!

Рубашка – ее рубашка – жгла спину. Наивная вышивка, кривой сокол, похожий на пьяную курицу. Но ткань до сих пор хранила едва уловимый запах ее рук. Запах моей истинной пары…

Я злился на нее. За глупую гордость, за человеческие глаза, полные жалости. За то, что она – не моя и никогда не будет.

Я хотел ее ненавидеть. А вместо этого ощущал ее боль, как свою.

Она страдала. А я, жалкий глупец, каждую ночь стоял над ее кроватью, ловил дыхание и тайно подпитывал ее своей силой.

Она не догадывалась. Но каждый раз я ощущал, как пылает на шее клеймо, выжигая магию и отрезая от потоков этого мира.

Я не мог пополнить резерв и отдавал ей свою жизнь, капля за каплей. Чтобы