Сборник романтических новелл - Мари Соль

— Откройте! Откройте! Полиция! — ворвалось в затуманенный мозг.

Она приоткрыла глаза. Ощущая вкус крови во рту, подошла ко входной. Там, с потолка, опять лился свет. И в глазок было видно, как люди, одетые в форму, уводят налётчиков. Те громко противились, сыпали матами. Один даже пытался ударить бойца! Только тот оказался проворнее. Парня в тот же момент опрокинули на пол, и надели наручники. Лара смотрела, пытаясь понять, ей это кажется, или…

Вдруг, прислонённым к стене возле двери, она разглядела… его. Ненавистный сосед утирал с лица кровь. Он был сильно избит. И Лариса сама не заметила, как отворила злосчастный замок. Тот никак не хотел поддаваться! Очевидно, бандиты испортили что-то внутри дверной лутки? Наконец её дверь приоткрылась. Лариса застыла, держась за неё.

Он по́днял глаза. Один из которых был сильно заплывшим. Увидел её и опять опустил.

— Вы… Вы ранены? Господи, — прошептала она, прижимая ладони к лицу.

Тут вернулся один из дежурных. Полицейский, не глядя на Лару, отдал ему честь. А сосед просто молча кивнул.

— Здравия желаю, Виктор Андреевич! — отчеканил вояка, — Приношу извинения, что мои ребята явились не вовремя. Звонок поступил слишком поздно…

— Расслабься, Иванченко, — выдохнул Ларин сосед, — Я бы и сам с ними справился, только…, - он бросил взгляд на Ларису, — Только боюсь, мог убить ненароком.

— Вы сами-то как, Виктор Андреевич? — уточнил полицейский.

Сосед покачнулся, потрогал плечо:

— В норме, Иванченко, в норме. Бывало похуже.

Иванченко снова приставил ладонь к козырьку:

— Может, в больничку? Так мы отвезём!

— Нет, уж, Иванченко! Вольно! — ответил сосед.

Лара тихо смотрела, прижившись спиной к косяку. Ей казалось, что всё это — сон! Или фильм. Из категории тех, что он любит смотреть перед сном в своей одинокой квартире. Наконец-то служивый ушёл. И Лариса с соседом остались вдвоём. Он опять посмотрел на неё тяжело, осязаемо. И от этого взгляда она встрепенулась:

— Ой, что же я? Вы же в крови! А-ну, проходите! — открыла она дверь пошире.

— Да, ну, что вы? Пустяк, — отмахнулся сосед.

— Проходите, проходите, — втянула его за рукав. Тот, к слову, был порван.

Он как-то неловко прошёл. И в квартире её, не видавшей мужчин относительно долго, казался таким неуместным «предметом». Как если бы шкаф из красного дерева поместили в дизайне хайтек.

— Идёмте на кухню! Там есть аптечка. Я вас осмотрю, обработаю раны, — велела Лариса. И, наспех накинув халат поверх белой сорочки, указала ему в коридор.

Он молчаливо побрёл в направлении кухни. Там, взял табуретку, и сел.

— Значит, вы не бандит? — заключила Лариса, войдя и включив верхний свет.

Сосед усмехнулся. Но тут же издал тяжкий вздох. Очевидно, смеяться ему было больно.

— Нет, я капитан. Отдел по борьбе с наркотиками, — ответил он хрипло.

— Так вот, значит, как? — вынимая аптечку, Лариса пыталась не думать о том, что в её кухне сидит посторонний мужчина. Она обязана жизнью! Ему. Это он её спас. Страшно представить себе, что бы случилось, не будь его дома…

— Мы пасли его долго, — сказал, и устало вздохнул.

— Кого? — удивлённо воззрилась Лариса, открыв коробок с медикаментами, поставила его на столе, рядом с ним, — Это внук бабы Гали?

— Не знаю, о ком вы. Но хаза чужая! Насколько я понял, здесь жил его друг. И вот уже месяц почти ошивался наш старый знакомый, — сосед запрокинул лицо, позволяя Ларисе себя осмотреть.

На скуле у него была ссадина, на глазу проступал фиолетовый след синяка. А губа была треснута, из нижней сбегал ручеёк. Лариса намоченной в перекиси ваткой стала его вытирать. Ватка тут же впитала в себя его кровь.

— А кто он? Преступник? — спросила, стараясь не думать о том, что касается тела, лица. И руками, и…

— Он наркодиллер, — ответил сосед. Виктор Андреевич, так его звали. Но назвать его имя Лариса пока не могла. Не могла говорить! Даже думать боялась. О том, что он близко. Так близко, что сердце стучало как бодрый мотор.

— Наркоман? — прошептала она.

— Они все наркоманы, — усмехнулся сосед, — А ты не заметила разве? Они же все, как один, обдолбыши были.

— Так вот оно что, — поняла она вдруг. И прижала пропитанный ватный тампон к пострадавшей губе.

— Ты чего возмущаться-то стала? Жить надоело, что ли? — перешёл он на «ты».

Лара вспыхнула:

— Я не могла больше это терпеть!

— Не могла она, — хмыкнул сосед, отобрал у неё ватный диск, помусолил губу и отбросил его на столешницу.

Лара увидела, как он наморщился, тронул рукой правый бок.

— У вас ничего не поломано? — сжалилась.

— Нет, — отмахнулся сосед, — Перелом по-другому звучит. Это так, синяки.

Ей вдруг подумалось, что этот шрам у него на лице неспроста. Он, скорее всего, и на теле имеет ранения. Может быть, есть среди них пулевые?

«Прекрати», — осадила себя. И чего это ей приспичило думать о том, что у него есть на теле, а чего нет? Между тем он и не думал вставать! А смотрел вопросительно.

Лара смутилась, заправила за ухо прядь.

— У вас глаз распухает… Надо холодное приложить. Я сейчас, у меня мясо есть в морозилке…, - она собиралась пойти к холодильнику, вытащить мясо. Но он обхватил её талию. Мягко, решительно:

— Подожди. Дай я сам… приложусь, — прошептал.

А затем он уткнулся лицом в её тёплый живот, забинтованный наглухо светлым домашним халатом.

«Останутся пятна», — подумала Лара. Дрожа, трепеща и боясь шевельнуться, она продолжала стоять. И знакомая кухня качалась, и мир под ногами поплыл.

— Я… мне…, - попыталась она отстраниться. Но он не позволил. Сильнее сжал талию, шумно вдохнул:

— Подожди.

А Лариса не стала мешать. Она и дышать перестала! Лишь только биение сердца, в висках, в животе, позволяло понять, что жива.

«Я жива, я жива», — повторяла она про себя. И ощущала себя вновь рождённой! Причиной тому был не только лихой инцидент, который мог кончиться плохо. Но пояс халата, который внезапно пополз по велению сильной руки…

Глава 1

Жизнь Ирины была чрезмерно насыщена разными событиями. Она работала в большом и весёлом отделе, где все были женского пола. Но отдел этот, а именно, бухгалтерия, находился в пределах завода. А значит, вокруг было много мужчин! И каждый из них был потенциальным партнёром. Это и менеджеры, которые им приносили бумаги. И юристы, приходившие с деловым видом, чтобы обсудить правовую основу считаемых цифр. И водители грузовиков, развозившие грузы, которым нужны были доверенности. А выписать их