Любовь цвета клубники - Лия Джей

сообщение. Звук громкий, отрезвляющий. Он достает телефон из кармана брюк, и в следующий миг уже сияет от радости, которую я пока понять не могу.

– Марта написала!

Очень за нее рада.

– Она спрашивает, где мы, и говорит, что они с Аленкой уже сели вместе смотреть фильм. Алена дома!

От облегчения я чуть снова не бросаюсь на Луи. Подскакиваю на месте и начинаю громко смеяться на весь вагон. Благо тут всего пара человек, которым нет до меня дела. Иногда есть свои плюсы в том, чтобы не быть популярной.

– Вот бестия! И не позвонила! – сокрушаюсь я, когда мы подходим к двери квартиры. – Получит сейчас у меня!

Нажимаю на кнопку, по ту сторону раздается трель звонка, а затем чьи-то шаги. Краем глаза смотрю на Луи. Наши последние пару секунд вдвоем.

– Это правда? – шепчу я. – В ту ночь, когда упала звезда, ты попросил, чтобы я осталась с тобой еще ненадолго?

– Не совсем. Я загадал увидеть тебя вновь, – отвечает Луи так же тихо. – Я решил, что мое желание сбылось на следующий день. Ну, когда я пришел к тебе в номер. Но я и подумать не мог, что…

Дверь распахивается, и на пороге появляется Марта. Она целует Луи в обе щеки, затем в губы, после приветливо машет мне рукой. Из-за спины у нее выглядывает Аленка в домашнем костюмчике с динозаврами. Моя злость к этой маленькой проказнице тут же испаряется. В конце концов, она не виновата в случившемся, это просто стечение обстоятельств.

– И где вы так долго пропадали? – Аленка смеряет нас придирчивым взглядом.

Я чувствую, как щеки начинает жечь смущение, будто мы с Луи целовались на каждой станции, а теперь я пытаюсь это скрыть.

– О, это долгая история! – усмехается итальянец. – Расскажем завтра за чаем. Заодно оцените корзиночки, которые мы с Никой приготовим. Во сколько быть на кухне, шеф? – подмигивает мне Луи.

– Я думала снять видео утром, пока свет хороший. У меня завтра нет пар. Отведу Аленку в школу – и можем приступать. Часов в десять нормально?

Луи кивает.

– Я бы предложила свою помощь, но у меня в одиннадцать брифинг со стаффом.

Марта проходит вглубь коридора, освобождая место, чтобы мы могли разуться. Затем, смотря на Луи, она добавляет на итальянском:

– Думала, ты тоже пойдешь.

– Я уже пообещал помочь Нике с готовкой, – отвечает он тоже на итальянском. – Что толку мне идти, если все новые официанты русские? Уверен, ты и без меня прекрасно справишься.

– Может, мне и шефов без тебя выбрать, а, Луи? И ресторан самой запустить? Я думала, мы будем работать в Il Rosso вместе, а получается… – она разводит руками. – Мы пара или как, Луи?

Ее аккуратные брови сдвигаются на переносице. Луи ногой задвигает кроссовки на коврик для обуви и бросает на Марту недовольный взгляд.

– Обсудим позже, ладно?

Натянув улыбку, он произносит по-английски:

– Так, Потеряшка, и какой вы фильм смотрели?

– Потеряшка? Это вы с Никой Потеряшки, а я, вообще-то, прекрасно знала, куда идти! А фильм…

Аленка утаскивает его в комнату, на ходу пересказывая сюжет. Я остаюсь в коридоре с Мартой. Стараюсь придать лицу невинное выражение, чтобы не было видно, что я прекрасно поняла их разговор. Становится неловко, будто я залезла в чужой ящик с бельем и нашла там вибратор.

– Мы оставим тебе корзиночки, не переживай! – произношу, чтобы разрядить обстановку.

Марта по-доброму усмехается. Я жду ревности в ее глазах, но замечаю лишь теплоту и искреннюю радость.

– Уверена, они получатся сногсбивательными!

– Сногсшибательными, – поправляю ее я.

Мы смеемся, но изнутри меня разъедает отчаяние. Почему она такая светлая и милая? Будь она последней стервой, отбивать у нее парня было бы в разы проще.

А так мне остается лишь смотреть и вздыхать, смотреть и страдать, смотреть и…

Новое сообщение.

Я открываю его, зайдя в свою комнату. Падаю на кровать, окруженную книжными стеллажами, и читаю:

С клубничкой на голове тебе лучше, чем с лифчиком.

Отвечаю смеющимся смайликом, и следом мне прилетает:

Buona notte, Fragoletta[36].

В конце красное сердечко.

В ту же секунду прилетает сообщение от Макса:

Какие планы на завтра?

Затем он добавляет:

Я соскучился.

Чтобы Макс написал такое, должна по меньшей мере начаться атомная война. Он действительно соскучился, очень-очень сильно, раз осмелился мне об этом сказать.

Я завтра свободен в первой половине дня. Заеду?

Это сообщение я читаю в режиме предпросмотра. Отбрасываю телефон на покрывало, переворачиваюсь и беззвучно вою в подушку.

И как тут выбирать? Я совсем запуталась в своих чувствах и мыслях.

Аленка права. Я действительно Потеряшка.

Глава 8. Разговоры на кухне

Луи

18 сентября

– Луи? Луи! Ты меня слышишь?

Перед глазами скачут ее рыжие локоны. Позади нее – солнце. Белый диск затапливает все вокруг пломбирным светом. Сладкая улыбка и смеющиеся карие глаза.

Внизу болтаются завязки купальника с игривыми кисточками. Их кусают волны.

Она тянет меня за руку и снова зовет по имени. Шаг, другой… И я ухожу на дно. Вода прозрачная, кристально-чистая, глаза почему-то не щиплет и дышится легко. Она подплывает совсем близко и целует меня. Вода исчезает, уступая место мириадам звезд. Мы парим над землей, где-то в черной бездне космоса, в другой галактике или, может, даже вселенной.

Звезды несутся мимо серебристым дождем, и я вдруг вспоминаю, что в ту ночь, когда мы купались в море, я загадал не только увидеть Нику вновь. Я загадал найти свое счастье.

Быть может, жизнь неспроста привела меня в Россию?

– Вставай!

Кто-то дергает меня за плечо, и я просыпаюсь. Надо мной нависает Марта. Темное каре, нахмуренные брови. Может, предложить ей перекраситься, и проблема будет решена?

– Доброе утро, – бурчу я и отодвигаюсь на край кровати.

Непривычно. Наша вторая ночь в одной постели. Никакого секса, просто сон.

Глаза сами собой находят на стене картину с клубникой. В памяти всплывают игривые веснушки, изящные плечи и точеная фигурка с упругой грудью, натягивающей ткань легкого платья.

И поцелуй под водой, который мне приснился.

Я схожу с ума.

Кровь приливает к низу живота, и я невольно тянусь к резинке шорт. Посматриваю на Марту. Она проверяет сообщения в телефоне.

Да кого я обманываю? Не на нее у меня встал.

Сбрасываю простыню, направляюсь к двери, и тут за спиной раздается тревожное: «Луи». Оборачиваюсь. Марта откладывает